Фантастика 2026-184 - Игорь Алмазов

Он мне подсунул второй билет.

― Так, давайте-ка посмотрим, ― произнёс он, ― а вот этот?

И я решал второй билет. К счастью, то был один из тех, который я выучил на зубок. Надо будет поблагодарить Кристину. Пусть мы с ней и расстались, но я не хотел делать вид, что она не внесла свой вклад. В конце концов, практически всем, что я выучил, я обязан ей. Без неё ― никогда бы сам не разобрался.

Покончив со вторым билетом, я гордо отодвинул его в сторону, протянул Артуру Николаевичу листочек с решением. Он начал внимательно изучать и что-то бубнить себе под нос.

― Та-а-ак! ― обрадовался он. ― А вот и ошибочка!

И обрадовался он наверное не потому, что хотел меня отчислить или просто завалить. А потому, что он в очередной раз убедился в собственных домыслах. Что нет студентов, которые могли бы сдать всё идеально с уважением к преподавателю и предмету.

У меня аж челюсть начало сводить от злости, я начал скрипеть зубами, напряжённо изучая его реакцию.

― Хотя нет, ― подытожил он, ― не прям ошибка. Допустимо. Но я всё равно пока не верю, что вы всё выучили. С двумя билетами могло просто повезти. Тяните третий.

Он сделал паузу.

― Хотя нет! Я вам выдам билет.

Я сидел и мечтал о том, чтобы мне попался любой билет, кроме 166-го. Именно его я выучил плохо. А если быть откровенным с самим собой, то я его практически не учил.

На самом деле были и другие билеты, которые у меня прям плохо шли. Но в голове почему-то мелькал именно 166-й.

Наконец он достал билет и протянул мне. Я посмотрел на номер: 169. Ну повезло!

Этот я знал относительно неплохо. Тут логарифмы, которые у меня вполне себе шли, а также производные высших порядков. Тоже пойдёт. Если даже что-то забыл, смогу вытянуть за счёт общего понимания.

Я приступил к решению. И что-то прям завис. Возился долго. Уже начал нервничать. Благо, за счёт утренних боёв, вся кровь в организме была разогнана до максимума. Мозг хорошо напитан и работал быстро. Но часть последнего уравнения всё равно мне никак не давалась.

Разумеется, Артур Николаевич уже начал хихикать и, видимо, планировал поставить мне очередной неуд. Но я не сдавался и в один момент мой мозг стал настолько активно работать, что неожиданно выдал решение, о котором я раньше и не задумывался.

Случилась, так называемая, эврика! Я обрадовался, тут же записал и протянул листочек Артуру Николаевичу.

Тот расстроился, глянул на бумажку. И, судя по всему, докопаться там было не до чего.

― Ну может уже поставите мне хотя бы удовлетворительно? ― спросил я. ― Неужели этого недостаточно?

― Недостаточно! ― резко ответил он. ― Я спросил вас, готовы ли вы отвечать по всей строгости? Вы ответили, что готовы. Теперь не жалуйтесь и на жалость давить не пытайтесь. Жалости к студентам, а тем более должникам ― у меня нет.

― Хорошо, ― кивнул я, глядя, как он начал снова копаться в стопке билетов.

Я даже начал отчаиваться. А вдруг он хотел прогнать меня вообще по всем билетам? И просто дойти до какого-то, который вызовет у меня трудности? После чего объявить, что все студенты одинаковые, встать и отправить меня в общагу с неудом в зачётке?

Он всё копался и копался. Я уже начал нервничать.

Наконец он выудил билет и передал его мне.

― Вот этот, молодой человек, ― он поправил очки, ― решайте.

Я перевернул билет и обомлел.

На нём был номер 166.

Глава 22

Так!

Какого чёрта? Какова вероятность, что мне мог выпасть именно этот билет? Почти нулевая. Но по закону подлости, как говорится.

Я посмотрел на Артура Николаевича. Тот вообще витал в облаках, поглядывал на стены, осматривал помещение. Ну почти натуральный человек дождя.

Мысль о том, что он подстроил это ушла, как только появилась. Потому что откуда он мог знать, что я выучил, а чего я не выучил? Ниоткуда. Он просто не мог располагать подобной информацией.

Но мне надо было как-то выбираться из сложившегося положения.

Грёбаные правила дифференцирования с примерами.

— Можно поменять билет? — тут же спросил я.

Он посмотрел на меня, как на врага народа.

— Поменять билет? Вы с ума сошли? Ни в коем случае.

— Вы меня всё равно заставили отвечать сверх положенного, и я хорошо справлялся.

— Не то, чтобы хорошо, — он махнул рукой, — приемлемо.

— Билетов много, я все выучил, мне нужно ответить идеально. А здесь у меня есть сомнения.

Я вообще не рассчитывал, что он мне разрешит. Но попытка, не пытка. Надо было попробовать. Вдруг прокатит?

— Значит, вы выучили не все, раз не хотите отвечать этот, — улыбнулся он, — В который раз убежда…

— Ладно! — выпалил я. — Сто шестьдесят шестой, так сто шестьдесят шестой. Дайте мне несколько минут собраться с мыслями.

— Ну да, время же у нас резиновое. Можно растягивать, как угодно, в любую сторону.

— Пожалуйста, позвольте сосредоточиться, чтобы не допустить ошибок.

— Ох, сосредотачивайтесь, — выдохнул он, — а я пока сходу в мужскую комнату. С вами одни проволочки. Кошмар.

Он уверенно встал и вышел. Мысли о том, что я мог списать, у него даже не возникло. Потому что в аудитории не было ничего, что могло бы служить подсказкой.

Одет я был в рубашку и брюки, так что вряд ли мог спрятать учебник под мышкой. Он это хорошо знал.

Но он не учёл одного.

Кафедра была в пятнадцати метрах от аудитории. И как только я понял по шагам за стеной, что он ушёл за угол, я тут же подорвался и спринтанул на кафедру. Там меня встретила лаборантка с глазами по пять рублей.

— Вам… — едва выдавила она.

— Мне учебник по высшей математике, быстро! — выпалил я. — Вопрос жизни и смерти.

— Но…

— МОЛЮ!

И она вошла в положение, и дала мне учебник. Правда, пришлось подождать секунд двадцать. Каждая из которых тянулась, словно вечность. Я уже думал, что может Артур Николаевич закончил со своими делами в мужской комнате и вернулся. Но мне повезло, он был всё ещё там, а аудитория оказалась пустой.

Я тут же открыл учебник на нужной странице.

Эврика!