Злодейский путь!.. Том 9 - Эл Моргот

а Ер обладал способностями Глубинной тьмы – сущности, которой никто в этом мире, кроме Шена, не мог противостоять. Все их способности выходили далеко за грань обычного заклинательства. Да и Шен… его способности тоже были далеко за гранью.

А ведь у Муана уже были подозрения, уж не божество ли сошло в смертный мир и вселилось в тело проклятого старейшины. Но Шен объяснил ему, что он простой человек из другого мира, и это его успокоило. Однако…

«Ер просто глупец с завышенным чувством собственного величия, – твердо произнес Шен. – Админ обманул его и надиктовал кое-какие элементы из реальности. С тех пор Ер множество раз убеждался, что этот мир непохож на тот, о котором он писал, но он продолжает упрямо заявлять, что причастен к его созданию. Думаю, ему просто нравится эта мысль».

Муан кивнул, хотя не был до конца убежден.

«Посмотри на этого растяпу: он до сих пор не смекнул, как совладать с силами Глубинной тьмы, – добавил Шен. – Если кто и причастен к тому, каким стал этот мир, так это тот, кто вписал свой текст в свиток бытия. То есть Админ. Ер же просто не может смириться, что был обманут им. Когда я только попал в этот мир, он долгое время чувствовал себя хозяином положения и называл меня смертником из-за того, что Админ нацелился на меня. По этой причине он не хотел сотрудничать со мной и долгое время отдавал предпочтение стороне Админа. Думаю, случай в Кушоне наконец открыл ему глаза на то, что для Админа он всего лишь разменный материал. Что у него теперь осталось? Полагаю, он будет твердить о своей исключительной роли до последнего».

«Ты точно не небожитель?» – поразмыслив, прямо спросил Муан.

Шен уставился на него со смесью недоверчивого изумления и жалости, при этом чувствуя себя слегка польщенным.

«Ты сейчас в моем теле – как считаешь, я небожитель? – с иронией спросил он. – Я просто дух, перенесенный в тело проклятого старейшины. Ты видел мой мир и видел меня: я был простым смертным. Я ни в чем тебе не соврал».

«Я не обвиняю тебя во лжи! – воскликнул Муан, услышав, что его голос стал слегка грустным. – У меня и в мыслях не было! Просто…» – Он замолчал, не в силах подобрать слов.

«Если я вознесусь – ты первым об этом узнаешь, – заверил его Шен. – А теперь поговорим о более важных вещах. Не уверен, прав ли Ер, учитывая, сколько всего изменилось, но на всякий случай нужно быть наготове».

«Думаешь, Ала собираются похитить этой ночью?»

«Кто знает».

Муан вспомнил, что так и не успел расспросить Шена, зачем тот вызвался дежурить.

«Полагаю, деревенские вряд ли начнут действовать сразу после захода солнца, а наши спутники, в свою очередь, постараются хоть немного вздремнуть и не станут бродить. Это время и этот просторный зал идеально подойдут, чтобы обменяться телами обратно».

Муан так поразился авантюрностью этой затеи, что не сразу нашелся со словами.

«Это слишком рискованно, – подумав, возразил он. – Вероятность того, что кто-то выйдет в гостиную, слишком высока».

«Придется рискнуть. Здесь творится что-то неладное, ты сам это чувствуешь. Мне нужно собственное тело, чтобы со всем разобраться».

Муан промолчал. С одной стороны, он не одобрял риски. С другой – не представлял последствия, а желание наконец-то вернуть себя было велико.

Стемнело. Какое-то время доносились звуки со второго этажа, но и они стихли. В гостиной горела лишь одна свеча, снаружи не было слышно ни стрекота ночных насекомых, ни редкого лая собак. Даже ветер притих.

«Хорошо, – мысленно произнес Шен, – ты покарауль, пока я нарисую печать».

«Как объяснишь ее утром?»

«Никак».

Шен принялся аккуратно составлять столики и стулья у стен. Прежде чем «покараулить», Муан помог ему с этим занятием. Затем Шен углем нарисовал печать. Следом поставил мешок с рисом на стул возле печати, проделал дыру и установил его так, чтобы рис ссыпался аккурат в миску на полу.

Когда все было готово, он ощутил, как его сердце бешено заколотилось.

«Почему я так волнуюсь? – подумал он. – Боюсь провала?»

Он не был уверен. Но медлить было невыносимо.

«Встань сюда и опускайся на пол, – скомандовал Шен, протянув руку Муану. – Только аккуратно – не сотри линии».

Они сели друг напротив друга. Муан не выпускал руку Шена из своей.

«Что теперь?»

«Когда я активирую печать, наши души отделятся от тел. Тогда мы поменяемся – примерно так же, как сделал я с тобой в тот раз. Правда, есть небольшой нюанс: придется дождаться, пока печать будет нарушена, чтобы она потухла».

«Чего?!»

«Манипуляции с мешком я проделал как раз для этого: когда миска наполнится, он посыплется через край и нарушит печать. Так что поспешим, миска наполняется вполне споро».

«Хорошо», – попытался успокоиться Муан. Ему очень хотелось спросить, уверен ли Шен, что все пройдет хорошо, но воздержался, прекрасно чувствуя, что тот и сам нервничает.

«Все будет хорошо», – произнес Шен и активировал печать.

«Я тебе верю».

В следующий миг мечник почувствовал, как душу тянут из тела. Через мгновение он ощутил невесомость и привычно уже воспарил призраком, чуть было не ляпнув: «Я вернулся!»

«Тьфу ты! – подумал он. – Я слишком к этому привык!»

Призрачный Шен стоял напротив него. Теперь, когда они отделились от тел, их призраки вновь стали выглядеть как обычно.

«А ведь ты не выглядишь, как Ши Ён из того мира…» – подумал Муан, но Шен его не услышал.

Старейшина пика Черного лотоса перевел взгляд на мешок.

– Почти, – прошептали его губы.

Миска наполнилась, и рис посыпался вокруг нее, поверх угольных линий печати.

– Она нарушена, – констатировал Шен. – Теперь возвращаемся.

Они поменялись местами и зависли над собственными телами.

– Скоро увидимся, – произнес Шен и дотронулся до своего тела.

Он ощутил сильный рывок, мир расплылся перед глазами. Затем пришло ощущение тяжеловесности собственного тела, веки открылись с трудом. Было уже светло. Шен уставился на экран телефона, который сжимал в руке. На нем висела надпись: «Великий безумный. Вы в конце истории».

Глава 272.2. Визуально красные нити

«Великий безумный. Вы в конце истории».

Шен уставился на экран телефона. Озноб волной прокатился по телу, и стало очень сложно сделать следующий вздох.

Пальцы дрогнули, и телефон выпал из рук.

– Не-ет, – неверяще протянул он и испугался собственного голоса, – это не может быть правдой. Такого не могло произойти.

Он сел и посмотрел на обшарпанную стену своей квартиры.

– Ты сгорела на хрен, – произнес он. – Взорвалась.

Он посмотрел на свои руки, на ладони без