Люби смерть - Стелла Так

– Что происходит? – спросил экзорцист, ловко вытаскивая кинжал из ножен на спине.

Декан Шанель шла к нам широким шагом, а лицо ее было бледнее, чем у фарфоровой куклы.

– Сами посмотрите, – сказала она, ведя нас на лестницу. Только когда мы поднялись на третий этаж, откуда всегда открывался вид на весь остров, вплоть до побережья первого оборонительного кольца, мы увидели студентов, почти прижавшихся к окнам. Я проследила за их серьезными взглядами и увидела целый батальон военных катеров, причаливших к скалистому берегу. Казалось, они наступали со всех сторон. Некоторые лодки уже опустели, и я видела около двухсот-трехсот человек. Даже с такого расстояния я заметила, как они похожи друг на друга: одинаковые волосы, униформа и цвет кожи. Группами они пробирались сквозь густые заросли дьявольской ножки.

– Они прислали гомункулов, – сказала я.

– Мы это предполагали. Глаза у них не черные, а это значит, что их послали зачистить территорию.

Словно в подтверждение слов Фалько, загорелся огонь. Он был небольшой, но дыма было достаточно, чтобы затруднить видимость.

– От этой вони ни один демон не подберется сюда еще несколько дней, – бросила я, уже чувствуя легкую головную боль.

Фалько скрестил руки на груди.

– Мы с группой дадим им отпор. Нам пора.

Мы все продумали. Договорились. Но когда Шанель кивнула, а Фалько развернулся, чтобы встретить первую волну демонов Люцифера, я схватила его за воротник и резко дернула назад.

– Береги себя. Из-за этой вони я не смогу выйти и помочь.

Фалько серьезно посмотрел на меня и легонько коснулся губами лба.

– Это не спринт, а марафон. Когда-нибудь у них кончатся гомункулы. Если проредим их сейчас, будет шанс отбросить демонов до прорыва.

– Это твой способ сказать, что будешь осторожен?

– Мой способ сказать, что я лучший в своем деле. И если умру, то с мыслью, что сделал все возможное, чтобы их остановить.

Мне хотелось то ли пнуть его, то ли поцеловать, но я просто отпустила.

Декан Шанель развернулась и начала отдавать приказы резким, как лай, голосом. Молодые экзорцисты разбежались, словно стая молодых волков.

Воздух был густым от напряжения – казалось, его можно резать ножом. Детали выступили четко, как на гравюре: каждая пылинка превратилась в угрозу, а адреналин гнал по жилам что-то вроде допинга. Дым сгущался, и я, рыкнув от ярости, достала из кармана маску, которую дал Морфеус, и натянула на лицо.

Мир сразу приглушился – не такой жесткий, не такой пугающий. Вплетенный в ткань Арканум слегка подавлял запах дьявольской ножки. Ненадолго, но, возможно, хватит, чтобы я могла выйти за стену, не потеряв при этом сразу сознание.

Торопливым шагом я пересекла Академию, минуя перепуганных преподавателей и студентов. Они тренировались. Умели сражаться. Но никто из них не был солдатом, готовым к войне. В их глазах читался страх, а от кожи исходил едва уловимый запах Арканума, он сочился из них как пот.

Без Фалько я бы здесь умерла от голода. А сейчас во мне было столько силы, что она практически вытекала из меня. Я побежала в пятое крыло, где несколько месяцев провела в изоляции. Деревянные ступени закряхтели подо мной, я толкнула старую дверь и залезла на зубчатый парапет. Отсюда открывался один из лучших видов, чтобы наблюдать за происходящим.

Подогнув ноги, я уставилась вниз. В ту же секунду двустворчатая дверь Академии распахнулась и из нее вышли около дюжины экзорцистов во главе с Фалько. Они быстро сформировали треугольник.

Словно почувствовав мой взгляд, темноволосый экзорцист остановился и посмотрел наверх. Мгновение мы смотрели друг на друга, и мне показалось, что я видела протянувшуюся между нами серебристую нить судьбы. Риша пролетела мимо меня и опустилась к Фалько. Я успела разглядеть в глазах птицы такое же золото, как и у ее хозяина. Она поможет ему. Меня это успокоило. Не сильно, но тем не менее.

Фалько развернулся и повел за собой группу экзорцистов. Потребуется время, прежде чем я вновь увижу его у пирса. Фалько прав: гомункулы – это не бесконечный ресурс, но их было больше, чем экзорцистов. Подкрепления у нас не будет. У наших противников было больше оружия, и как только дьявольская ножка будет сожжена дотла, мы лишимся последней линии защиты от демонов. Я всматривалась в плотный черный дым, разъедавший мою трахею и легкие, и увидела дыру в самом дальнем кольце. Это, видимо, и был источник взрыва, от которого затряслись стены.

Гомункулы прокладывали путь к Академии. У нас, конечно, были еще руны и магические круги, но я была уверена, что среди беловолосых существ были и Мантики, которые с легкостью снимут их. Я сглотнула подступившую сладкую желчь и напряглась от осознания, что расчеты экзорцистов не соотносятся с реальностью. Мы долго не продержимся.

Вокруг шипел огонь и горел цветок, – а потом раздались крики, полные боли. Они сливались с темным дымом, и казалось, будто умирает сама земля.

По спине побежали мурашки. В ушах стучала кровь, а внутри разгоралась ярость – так и хотелось броситься в эту бойню, чтобы слышать предсмертные хрипы, чувствовать, как кровь липнет к пальцам, насытиться их последними вздохами.

Дрожа, я вцепилась в каменный парапет. Вонь горевших цветов кружила голову. Из-за сплетения лей-линий сюда нельзя было долететь на самолете – только доплыть на лодках. Но я все равно напряженно смотрела вверх, почти ожидая, что вот-вот увижу бомбу, которая сравняет остров с землей в мгновение ока.

Паранойя шептала: «А вдруг Люцифер оживил дракона и прямо сейчас мчится на нем, размахивая мечом?»

Черт, этот смрад сводил меня с ума. Я уже собиралась уйти, как заметила едва уловимое движение во дворе. Мимоходом можно было принять его за падающий лист, – но волосы на затылке встали дыбом, когда я уставилась на статую Парацельса.

Тогда-то я все вспомнила – потайной ход, который Крэйн показал мне когда-то. Мы уже бежали через него. Он говорил, что этим путем пользовалась только семья Парацельс… и вот теперь ход открылся, пропуская темные фигуры. Бесшумно. Незаметно.

Я окаменела. Мантики друг за другом просачивались на остров, пока все экзорцисты были заняты гомункулами. Когда одна из фигур откинула капюшон, я распознала в ней Интенданта. Мы просчитались.

Гомункулы были не основной силой демонов, а лишь отвлекающим маневром. Им даже не придется ступать на остров, если Мантики уже здесь.

Я лихорадочно оглянулась. Добежать до входа раньше них было невозможно. Взгляд упал вниз, – но прыжок стал бы самоубийством. Никакая тень не смогла бы мягко приземлить меня.

Я резко выдохнула, стянула все тени в единый клубок и так же резко распустила его, направляя тени во все стороны, как гончих. Они понеслись, и я побежала следом. Я неслась так быстро,