Люби смерть - Стелла Так

лучше. Даже демонов можно изменить. Ты способна на большее. Когда Люцифер исчезнет, ты и Лор станете сильнейшими в этом мире. Создайте что-то новое, – спокойно сказал он мне, а затем его взгляд перешел на Крэйна. – Все вместе. Втроем. Экзорцисты и демоны, работающие вместе… Это может быть проклятьем для мира… или же даром. Стань даром, Лиф. Пообещай мне, что станешь даром. Используй то, на что способна.

Я уставилась на экзорциста, чувствуя, как гнев с болью объединяются в моей груди в единую смесь.

– Не говори со мной так, будто прощаешься.

– Но именно это я и делаю, Лиф. Я заранее прошу у тебя прощения за то, что не смогу быть рядом. Но я делаю правильный выбор.

– Фальк…

Прежде чем я даже успела произнести его имя, он прижался к моим губам. Это был отчаянный поцелуй, в котором смешалось столько всего, что у меня закружилась голова. Прежде чем я успела ухватиться за него, он отстранился и побежал.

– Фалько!

Я ринулась за ним, но Лор почти моментально схватил меня за талию.

– Дай ему фору, Лиф!

– Ты спятил? Он же умрет! Отпусти меня, – орала я, пытаясь вырваться из хватки цепких тонких рук, но он только крепче сжал меня.

– Он не может умереть, Лиф.

– Но…

– Ты подумай. Он был создан для того, чтобы стать идеальной оболочкой для Люцифера. Только идеальная оболочка способна выжить и при этом сохранить свой рассудок. К тому же Фалько неуправляем.

– Вот именно! Поэтому ему нельзя стать оболочкой Люцифера!

Лор покачал головой.

– Он достаточно силен, чтобы запереть Люцифера в себе.

Я открыла рот.

– Что?

Не успела я продолжить, как раздался тихий звонкий смех. Мы все подняли головы.

– Какая удручающая скукотища. Вам бы прятаться или искать отца, а не торчать здесь, как потерянные дети.

Уна стояла в холле, позади нее около дюжины гомункулов, и все они смотрели на нас лицами Зэро.

– О, тебя-то как раз не хватало, – проворчал Лор, шагнув вперед, чтобы прикрыть меня, а Крэйн встал рядом.

Уна презрительно уставилась на него, подпиливая короткие ноготки пилочкой.

– Что за кислая мина, Лор? Все равно вы обречены. Через несколько часов целая армия штурмом возьмет этот остров, и от него ничего не останется.

– Что ж… – Лор щелкнул костяшками и оскалился в демонической улыбке.

– Тогда у нас еще куча демонов, которых нужно убить, и я с радостью начну с тебя, моя дорогая курочка.

Она оскалилась в ответ. Ее глаза почернели – так же, как и у Лора, – и в следующее мгновение они уже бросились друг на друга.

Крэйн схватил меня и оттащил в сторону, а гомункулы двинулись на нас. Прежде чем Крэйн потащил меня в коридор, я лишь мельком успела увидеть, как Лор вжал Уну в стену.

Мы бежали по пустому залу. Дверь распахнулась – и еще больше гомункулов хлынуло в проход. Мы резко остановились, развернулись и оказались лицом к лицу с двумя дюжинами противников, окруживших нас.

– Вот дерьмо, – выругался Крэйн, а я тем временем мрачно призвала тени.

– Похоже, придется пробиваться, – сказала я.

Рука экзорциста нашла мою, крепко ее сжала, и первые демоны набросились на нас. Я пригнулась. Адреналин наполнил мое, казавшееся полупустым, тело. Каждая секунда в голове разбивалась на кадры.

Вот я нырнула под удары, а тени порхали вокруг меня как кожаные плети, разрубая тела гомункулов пополам. Крики и кровь заполнили коридор по самый потолок. Я не думала, а действовала, становясь похожей на самую искусную хищницу джунглей. Время от времени меня задевало, но боли не было. Мною управляло безумие, голод и желание убить всех демонов вокруг. Одного за другим.

Независимо от того, сколько мы убивали, постоянно возникали новые. В какой-то момент коридор настолько завалило трупами, что передвигаться было практически невозможно.

Я слышала тяжелые вздохи Крэйна, а затем заметила, как он держится за окровавленное правое плечо. Кровь сочилась сквозь его пальцы, а под правым глазом красовался пурпурный фингал.

С рычанием я развернулась и острой, как лезвие, тенью вспорола гомункулу глотку. Но эти твари оказались на удивление живучими. Даже самые страшные повреждения заживали с пугающей скоростью, словно мы сражались с ордой зомби.

Вскоре все мое тело покрылось испариной. Я тратила слишком много Арканума, и хотя я пыталась поглотить последние искры умирающих душ вокруг, этого не хватало, чтобы полностью восстановить силы. Как будто у этих гомункулов просто не было душ, которые я могла бы впитать.

Когда один из демонов бросился на меня, я отпрянула – и тут же споткнулась о труп. Рухнув на пол, я едва успела перекатиться в сторону, прежде чем серп вонзился в камень, который тут же заискрил.

Рыча, я метнула в него тень, распорола живот, и внутренности его повалились на землю с мокрым шлепком. Но его это не остановило. Он замахнулся и пронзил мое плечо.

Я вскрикнула от пронзительной боли, когда лезвие прошло сквозь плоть и пригвоздило меня к полу. Мертвые глаза гомункула смотрели на меня, пока другие его товарищи бежали ко мне.

– Лиф! – услышала я панический крик Крэйна.

Экзорцист резко развернулся и уставился на меня. Мгновение невнимательности.

– Крэйн, сзади! – закричала я в ужасе, увидев, как один из гомункулов заносит руку.

Все замедлилось, когда я увидела, как он вонзает нож прямо в левый глаз Крэйна.

– Неееееет!

– Ааааааа!

Наши крики эхом разнеслись по коридору, намертво врезавшись в мое сознание, пока я в ужасе наблюдала, как Крэйн падает на пол с торчащим из глазницы кинжалом. Мир будто замер, а внутри меня поднималась ярость – такая глубокая, что вырывалась наружу, как извергающаяся магма.

Я видела, как Крэйн истекает кровью на полу. Все вокруг покрыла темная пелена, и из меня вышли тени с длинными щупальцами.

Я зарычала как зверь, и даже демоны попятились. Я не видела ничего. Мной управляла только ярость. Я снова протянула незримые щупальца, ощупывая каждый уголок Академии, – каждый пульс, каждую дрожащую душу, каждую искру Арканума. На несколько ударов сердца я воспринимала жизнь на совершенно ином уровне – не в образах, а в формах и цветах. Горячем и холодном. Жизни и смерти.

Когда один из гомункулов схватился за серп, я вздрогнула. «Хватай каждую душу, до которой ты можешь дотянуться» – диктовал мне голод. Мой рот открылся. Я лишь чувствовала, как уголки губ начало тянуть. Из моего горла не вырвалось ни звука.

Души устремились ко мне. Каждая. Я хватала их источник и тянула к себе. Арканум пропадал во мне, как в бездонном озере. Секунду гомункулы стояли на месте, а затем стали падать. Один за другим они плюхались на землю безжизненными мешками с костями.

Этого было мало. Мне надо еще. Не каждая душа откликнулась. Я чувствовала Фалько и Люцифера. Продолжая рычать, я встала на ноги.

Из-за угла появился Лор весь в алой крови и запыхавшийся.

– Господи, Лиф, это ты была? Я только сестру в камень втирал, как она