Песнь Первого клинка - T. C. Эйдж

Шаска опустила глаза. У нее не было сил оправдываться, и она решила сказать правду.

– Четыре.

– И Леши тоже?

Шаска кивнула.

– И каким это образом вы до него добрались? – Мэриан глубоко вдохнула, раздувая ноздри: ее обоняние обострил клинок из божественной стали, который она держала за рукоять. – По запаху вино совсем недешевое. Ну, рассказывай.

– Для нас его купил мужчина. Мы встретили его на площади возле храма Расалана. Он предложил выпить, мы согласились, он заплатил, – спокойно объяснила Шаска.

– Как его звали? – спросила Мэриан, подавшись вперед и грозно нахмурившись. – Только не вздумай сказать мне, что это был Винсент Роуз.

Шаска посмотрела по сторонам, потом снова на Мэриан.

– Боюсь, вы загнали меня в ловушку, миледи.

– О боги. – Мэриан медленно опустилась на стул. На лице у нее читалась крайняя усталость. – Мне только не хватало, чтобы этот мерзавец вынюхивал тут и переманивал моих студентов. Как вы с ним познакомились? Да садись ты уже.

Шаска отодвинула стул и села.

– Он просто подошел к нам. Люди молились на ступеньках. Мы с Леши это обсуждали, а он оказался рядом и заговорил.

– Да, да, и я знаю, к чему это привело. Вы немного поболтали, он показался вам интересным и загадочным. В какой-то момент он предложил угостить вас вином, вы согласились, почему бы и нет? Он красиво ругал знать, прилично вас повеселил, а потом предложил отправиться на его корабле в потрясающую экзотическую страну. – Мэриан фыркнула. – Я ничего не упустила, Шаска?

– В общем, нет, миледи. Вы что, подслушивали нас, сидя за соседним столиком?

Мэриан устало усмехнулась. Шутить было рискованно, но благодаря Ранульфу Шаска уже научилась понимать, когда и как можно разрядить обстановку одним лишь словом.

– К сожалению, нет, Шаска. Сейчас мне бы тоже не помешала пара бокалов вина. Впрочем, я не уверена, что убийство известного торговца прошло бы гладко на такой людной площади.

– Вы так сильно его ненавидите?

– Нет, Шаска. Я ненавижу его сильнее, чем ты можешь представить. – Мэриан сжала кулак и покачала головой. За всем этим явно скрывалась длинная история. – Винсент Роуз – мошенник и вор. Пират и контрабандист. Он шатается по всему миру, платит влиятельным людям, чтобы его не трогали, и везде создает проблемы, чтобы укрепить свое положение и побольше заработать. Он жестокий и самовлюбленный эгоист, ему нравится портить людям жизнь. – Мэриан вздохнула, и на ее лице отразилась боль. – Но что еще хуже, он не единожды, не дважды, а трижды переманивал у меня учениц в свою личную охрану. Похоже, его это очень забавляет, и он специально выбирает для этой работы Сталерожденных девушек – это ведь так в его духе. Все три девушки, как я понимаю, уже мертвы, и поэтому он охотится на новую.

– Ой…

– Вот тебе и «ой», Шаска. Ну что, стало яснее?

– Да уж, все сходится, – задумчиво сказала Шаска. – Конечно, он подал все это куда красивее. Значит, он не просто так подошел к нам на площади? Он знал, что вы нас учите?

– Наверняка. У него есть шпионы. Как змеи – ползают везде и вечно нашептывают ему. Он, наверное, за вами следил и появился в удобный момент. Рискну предположить, что сильнее его гнилыми речами прониклась Леши. Я права?

– Ну-у…

– Естественно. – Мэриан не дала ей договорить, избавив девушку от необходимости подставлять подругу. – Знаешь, я ведь могла бы отпустить ее.

– Правда? – удивилась Шаска.

– Почему бы и нет? Леши показала, что она весьма талантлива в некоторых вещах, но совершенно невыносима в других. Я могла бы ее воспитать и сделать из нее надежного воина, но сейчас у нас нет на это времени. По правде говоря, от такого человека, как он, мы могли бы кое-что получить. Убить двух зайцев.

– Надеюсь, вы говорите не буквально, – вмешалась Шаска. – Вы же только что сказали, что другие девушки погибли у Винсента на службе.

– Да, это так, но это риск, на который идем мы все. Леши сейчас не слишком надежна, чтобы быть эффективным агентом, а так мы, по крайней мере, сможем извлечь из нее пользу. – Мэриан замолчала, осознав, как прозвучали ее слова. Она начала постукивать пальцами по столу – тук-тук-тук. – Ладно, мне нужно это обдумать. Я позвала тебя не за этим.

Шаска наблюдала, как Мэриан поерзала на стуле. Она выглядела уставшей, даже измученной, но в ее глазах было что-то еще. Шаска только теперь смогла разглядеть в ее глазах скорбь. Глубочайшую скорбь.

Мэриан вздохнула.

– Сегодня я потеряла четырех агентов, – произнесла она, опустив взгляд. – Точнее, сегодня мне об этом доложили. Они погибли несколько недель назад, но я ничего не знала.

Шаска не могла подобрать слов. Леди Мэриан Пэйн была не из тех, кто нуждался в утешении.

– Мне жаль, миледи. Как вы узнали?

– Сегодня в Талан вернулся мой агент. Она работала под прикрытием в Тукоре, но не смогла больше там оставаться и вернулась. Договорилась, чтобы ее перевезли на небольшом рыболовецком судне через Братский пролив. Пару часов назад она сообщила мне, что еще четверых агентов в Тукоре раскрыли и казнили. Она испугалась, что следующей может быть она, и решила доложить мне об этом, а не продолжать работу.

Шаска немного помолчала, прежде чем заметить:

– Вы… Кажется, переживаете.

– Думаешь? Может, так и есть. А может, я просто устала.

– Думаю, истина где-то посередине, – осторожно ответила Шаска. В подпитии она говорила не совсем уверенно, но чувствовала, что Мэриан ее поймет. – Вы разочарованы тем, что она бросила задание. Вы чувствуете себя преданной. Но вы понимаете, что она это сделала, опасаясь раскрытия.

– Ты тонко все подметила. А что чувствуешь ты? – Она строго посмотрела на Шаску. – За последний месяц убили четырех агентов. Не хочешь ли ты после этого уйти? Может, ты тоже подумываешь о том, чтобы отправиться на юг с Винсентом Роузом? Или с Ранульфом?

Шаска нахмурилась.

– Нет, – сказала она. – Я поклялась вам. Я обязана вам жизнью. Я сделаю все, что вы попросите, миледи.

Мэриан внимательно вгляделась в Шаску, видимо, пытаясь понять, не от вина ли так расхрабрилась ее ученица? Не испугается ли она утром?

– Значит, ты не хочешь ехать в Араматию? И если Ранульф поедет туда, чтобы узнать о твоем прошлом, ты не отправишься с ним?

Шаска прищурилась.

– Он вам рассказал?

– Да ладно, не переживай. Ранульф Шектон – милейший человек, он тебе зла не желает. Ему ужасно сложно мне врать, а я, когда