Песнь Первого клинка - T. C. Эйдж

не странам. Что скажешь об этом сейчас? Я чувствую, что ты предана мне, но и к Ранульфу, без сомнений, чувствуешь привязанность. Я прошу тебя рискнуть жизнью и поучаствовать в опасных операциях. А он, скорее всего, захочет обратного – защитить тебя и доставить в безопасное место. Что ты выберешь?

– Я уже выбрала вас, миледи. Не Ранульф спас мне жизнь, а вы. Я пойду туда, куда вы скажете. Я сдержу свою клятву.

Мэриан вздохнула. Очевидно, ей не нравилось отправлять на задания учеников, которые еще не готовы. Но, похоже, у нее не было выбора. Она ведь уже потеряла четверых агентов, а пятый ушел из отряда. Может быть, они могли предоставить важную информацию, которая нужна для защиты страны? Может быть, один из агентов должен был убить лорда Седрика Кастора?

Теперь вся ответственность легла на Мэриан. Она сама получала приказы сверху, возможно, даже от самого короля. Не ей с ними спорить.

– Вы попытаетесь вернуться обратно в Тукор? – спросила Шаска.

Мэриан помотала головой.

– Времени мало, смысла тоже, – сказала она. – На нас нападут, скорее всего, через пару недель, а то и раньше. Боюсь, скоро здесь будет полно коричневых и зеленых плащей. До нас дошли слухи, что северяне не пойдут через Милосердие Вандара, потому что территории там хорошо защищены. Бóльшая часть нашего флота сейчас в Сталепорте, да и море там штормит. Думаю, Кастор поведет армию на юг, через Братский пролив, и высадится в бухтах южнее Дубового берега.

Шаска нахмурилась. Если Кастор пойдет на юг, это будет логично. Не исключено, что таков и был их план с самого начала: заманить флот расаланцев на север, чтобы защищать Сталепорт и путь вверх по Иззуну, а потом использовать это и бросить все силы на юг. Шаска знала, что основные силы расаланцев стоят лагерем неподалеку от моста в ожидании атаки. Если Кастор высадится к югу от Дубового берега, а войска принца Райлиана перейдут мост, расаланцы окажутся в ловушке.

Шаска поделилась своими страхами с Мэриан.

– Если это произойдет, армия сможет отступить на север, – ответила та. – По моим подсчетам, тукоранцам понадобится несколько месяцев, чтобы добраться до Талана. На их пути полно крепостей, замков и городов, которые им нужно будет взять, чтобы захватить столицу. К тому же, скоро погода начнет ухудшаться, это усложнит продвижение. Все это займет много времени, и у нас будет возможность помешать им.

Шаска продолжала думать.

– Винсент Роуз сказал, что король Джанила не собирается грабить эти земли, – прознесла она и внимательно посмотрела на Мэриан. – Что вы думаете? Кажется, что он хочет объединить северный континент, но это же бред. Тысячи людей погибнут с обеих сторон. И что тогда? Север точно не станет сильнее.

– Да, и этого я боюсь больше всего. Ненависть к нам застит Джаниле глаза. Он не остановится, пока не завоюет эти земли, и я боюсь, что в этой резне погибнут десятки тысяч северян. – Ее голос вдруг зазвучал как будто издалека, взгляд устремился в никуда. – Хаос скоро поглотит эти земли. Король Годрин так говорит. Он видел это, он знает, что должно случиться. И все же… и все же он считает, что мы должны встретиться с тем, что нас ждет. У нас нет выбора. Уже нет. Это… Это только начало. И времени у нас тоже нет.

Она моргнула, тихонько выдохнула и посмотрела на Шаску, которая молча и неподвижно сидела по другую сторону стола.

– Мне надо подумать, – сказала Мэриан. – Какова будет твоя роль во всем этом, еще не ясно, но будь готова уехать, когда настанет час.

– Хорошо.

Взгляд Мэриан задержался на коротких каштановых волосах Шаски, которые все еще торчали в разные стороны после импровизированной стрижки в диких землях Северного Тукора. Может, она и боялась, что Касторы узнают ее, но теперь, когда Шаска многое умела, это казалось маловероятным. Она научилась хорошо маскироваться: с помощью зелий она меняла оттенок глаз, а с помощью кремов и мазей – цвет кожи. Расаланцы были мастерами иллюзий и обмана. Все эти средства они добывали из океана: из кораллов, раковин, растений и животных, которые жили на такой глубине, куда никто больше не мог добраться. В этом была какая-то магия, которую Шаска так и не могла до конца понять. Изобилие глубин, прирученное Морерожденными и их колдунами, их связь с океаном – вот что делало их особенными, вот в чем заключался дар их павшего бога. У жителей Вандара была божественная сталь, у обитателей Агарата – драконы, а в Расалане люди научились управлять морем и его магическими плодами.

– А что будет с Астрид? Если Леши уплывет на юг с Роузом, а я останусь с вами, то куда отправится она?

– Пока не знаю, – ответила Мэриан. – Может, она останется тут. По крайней мере, пока. Астрид не готова убивать. Пока нет. А именно в этом и будет наша задача. Ты уже доказала, что можешь это сделать, и я вижу, что ты хочешь сделать это снова. Люди Кастора. Они – наша цель. В первую очередь их лорд.

– Я хочу поехать, – неожиданно для себя самой сказала Шаска. Возможно, это в ней говорило вино, а может, и нет. Понимала ли она, что ее ждет? Военные лагеря, осады, сражения и жестокая резня. Сможет ли она справиться со всем этим? Находиться среди этого?

Ответ пришел сам и укрепил ее решимость. Она знала, что ей придется пойти на это. Выбора у нее на самом деле не было.

– Я все обдумаю и буду держать тебя в курсе дел. Возвращайся к себе и попробуй отдохнуть. Не обсуждай это ни с кем. Ни с Леши, ни с Астрид – вообще ни с кем. С ними я поговорю сама. – Мэриан бросила взгляд на дверь. – Иди.

Шаска вышла из комнаты и двинулась по темным дворам в сторону общежития. Бредя по залитым лунным светом дорожкам, она вспоминала своих бывших хозяев. Модрика Кастора и его череп, расколотый, как яйцо. Его сына, который тоже упивался ее болью.

Она вспомнила его темные глаза, острый подбородок, гадкую ухмылку и полный ненависти и вожделения взгляд. Она слышала истории других девушек: как он пробирался к ним ночью, связывал их и делал с ними все что хотел. Как правило, эти девушки были южанками или метисками, и это неудивительно: Касторы ненавидели южан, ненавидели больше всего на свете. Они собрали в своем замке всех южанок, каких могли найти, чтобы там издеваться над ними, пытать, насиловать и убивать. Многим не удалось