Рассвет проклятой Королевы - Эмбер Николь

– Ах да? До или после того, как он ушел? – бросила я, когда мы все поднимались по лестнице.

– Он возвращался следующей ночью, чтобы забрать… вещи, – сказал Орим, а Реджи тут же уставился на него.

В моей груди заныла новая рана, от сердца откололся еще кусочек. Он даже не попытался увидеться со мной.

Я сжала зубы, но задавила раздражение и боль на корню.

– Ладно, что ж, ему следовало быть здесь, если он хочет раздавать приказы.

Вдох Реджи не облегчил мою душу. Он знал – это была та битва, в которой нам не победить.

– Что, если он не вернется? – спросила Миска, отрезая кусочек мяса. Реджи застыл слева от меня, а Орим нервно огляделся по сторонам.

Я перестала стучать ногтями по барной стойке.

– А вы расстались? – продолжала допрос Миска.

– Миска. – Орим повернул на нее голову.

Девушка взглянула на него, а потом снова на меня. Люди в таверне продолжали болтать, но я молчала. Мне нечего было ответить. Я ни в чем не была уверена. На меня навалилось слишком много, и я дала Самкиэлю миллионы поводов больше меня не хотеть. Именно из-за меня у нас больше нет метки и близкой связи, объединявшей нас раньше.

– Что? – подняла брови Миска, глядя на Реджи. – Вы все молчите, но мы сами видели все прошлой ночью. Он закрыл портал, оставив тебя с нами, а потом вернулся, но совсем ненадолго. Ты тоже нас покинешь?

Я повернулась к ней, увидев ужас и слезы в глазах. За все это время Миска даже не притронулась к своей еде, только поковырялась в ней вилкой.

– С чего бы тебе так думать?

– Зачем тебе оставаться? – она опустила взгляд в тарелку. – Ты спасла меня потому, что нуждалась во мне, и раз он ушел, я больше не тебе нужна.

Я поджала губы. Не удивительно, что она беспокоилась. Все знали, что я эгоистка. Я использовала и спасала людей, только чтобы помочь ему, но я не была такой, как до открытия миров. Я больше не была тем человеком.

– Я не покину тебя. Никого из вас. У нас до сих пор есть семья, которую мы должны воссоединить, и назойливая стерва, которую мы должны убить. – Я указала пальцем на Миску. – Никогда так не выражайся.

Лучезарная улыбка озарила ее лицо, она потянулась и крепко меня обняла. Я замерла, не ответив на внезапное проявление нежности. Орим поднял бровь, и его губы расплылись в улыбке.

Я похлопала Миску по спине перед тем, как слегка оттолкнуть ее.

– Ладно, достаточно.

– Извини, – сказала она, шмыгнув носом, когда села обратно. – Каков твой план? Куда мы пойдем без Самкиэля?

Я фыркнула.

– Без него? Нельзя без него. Он вернется, а если нет, я начну на него охоту и притащу обратно, если придется. Вне зависимости от того, что между нами происходит, у нас все еще много работы. Так что мы должны быть взрослыми и действовать вместе. Мы уже делали так раньше… – Последняя часть предложения оборвалась, потому что я знала, что, как раньше, уже не будет.

Миска кивнула, продолжая ковыряться в еде. Орим все еще пялился на меня через ее голову.

– Что?

Он пожал плечами и вернулся к еде.

– Ничего.

Я вздохнула и откинулась на стуле, бросив взгляд на Реджи.

– Я думала, ты что-нибудь скажешь.

– Мне нечего добавить, – сказал Реджи. – Ты именно там, где должна быть.

Я фыркнула.

– Всегда такой загадочный.

Стакан Орима звякнул о стойку бара, и он захихикал.

– У Веруки есть новые зацепки? – спросила я Орима.

Эльф откусил еще кусочек и оглядел зал, чтобы убедиться, что нас никто не подслушивает.

– Нисмера сократила атаки, на этом все.

Я кивнула, а Миска принялась за еду. В таверне внезапно воцарилась тишина, а все, что ее нарушало, – жужжащий звук. За грязными окнами летела пыль, а стаканы на стойке затряслись. Чашка Миски тряслась в такт с серией тяжелых ударов.

– Спускайтесь вниз, – сказала я. – Все вы.

Миска уставилась на дверь.

– Что это?

Я вздохнула.

– Солдаты.

– Нет, – сказал Орим, покачав головой. – Этот звук предвещает появление легиона.

– Забирай Миску, – приказала я.

Орим и Реджи остановились, а Миска подскочила и прижалась к Судьбе.

– Оставайтесь внизу до тех пор, пока я за вами не приду, хорошо?

Все кивнули, хотя Реджи смотрел на меня дольше обычного. Я проследила, чтобы они исчезли за дверью, а потом услышала, как закрылся замок. Снаружи послышались голоса, и посетители таверны сбились в кучу, словно надеясь, что, если они будут вести себя тихо, опасность минует.

Поднявшись, я накинула капюшон плаща на голову, после чего направилась к маленькому столику в стороне – подальше от двери, за которой скрылись Реджи, Миска и Орим. Я вытащила деревянный стул и села, но долго ждать не пришлось. Дверь таверны распахнулась, и земля задрожала.

– Приветствую вас, жители Юла. Мы разыскиваем сбежавшую преступницу, которую недавно видели в этом районе. Мы получили сообщение о том, что она где-то поблизости.

Я выругалась. Вероятно, это был тот парень, которому я подпалила яйца, когда он пытался распускать руки в том чертовом спортзале.

Я не двигалась, сидя спиной к вошедшим. По полу стучали бронированные ботинки, солдаты проверяли каждого посетителя. Все сосредоточились на мужчине с низким голосом, и я поняла, что он показал мое изображение, когда все взгляды обратились на меня.

Что ж, надеюсь там хотя бы хорошая фотография.

Я не поднимала глаз, наблюдая, как многочисленные пары сапог окружили мой маленький столик. Один солдат зарычал, и я поняла, что сейчас будет бойня. Раздались тяжелые шаги, и я почувствовала, как кто-то остановился позади меня.

– Я Тедар, командир Восьмого легиона, и вы арестованы по приказу верховного командования.

Я постучала ногтями по столу и посмотрела на двух солдат, которые сверлили меня взглядами с другого конца стола. Вздохнув, я отодвинула стул и повернулась к командиру, не обращая внимания на его прихвостней. Кивнув, я закинула ногу на ногу.

– Да? И кто у вас там верховный?

Тедар расхохотался во все горло, прежде чем хлопнуть ладонью по столу с такой силой, что тот треснул.

– Ты забавная. Но веселье скоро закончится.

Я сморщила нос.

– Очевидно, как и ваша жизнь.

Я сомневалась, что кто-то до меня разговаривал с ним с таким пренебрежением.

В его больших глазах вспыхнула ярость.

– Она не будет возражать, если мы доставим тебя слегка покалеченной.

Он отвел руку, нацелив свой огромный кулак мне в