Скверная жизнь дракона. Книга 8. Часть 2 - Александр Костенко

— Там много всяких гостиниц будет, да? И ресторанов? — с вожделенным придыханием выпалила Соя, на что я кивнул. Девочка расплылась в мечтательной улыбке, но тут же встряхнула головой, почесав засаленные с долгой дороги волосы. — Сперва помыться надо, хозяин. Давно не мылись. На корабле только полотенца были, обтирались. Только два раза голову помыть получилось. Чешется.

— У нас же было мыло, так? — на мой вопрос Соя что-то задумчиво промычала, сложив губки трубочкой, но усиленно закивала. Я посмотрел на бледно-жёлтые волосы Сои, убранные в тугой хвост и в свете костра поблескивающие жиром, и перевёл взгляд обратно на карту. — Нам надо идти строго на север через лес. Мы сейчас у его южной части, а где-то на западной половине ручей от ключа утекает к океану. Найдём его и остановимся головы помыть, а то такими темпами ты в город войдёшь не одна, а с набором друзей в волосах, — я перевёл взгляд на Затару. — Тебе тоже мыла хватит. Надо за собой следить, согласна?

Орчиха не отреагировала на мои слова. Её жирные и густые чёрные волосы спадают, закрывая лицо, а опущенные плечи изредка чуть поднимаются от глубоких вдохов.

— Как же ты достала, — я сплюнул. — Тебе, что, нравится куском мяса сидеть?

— Не надо, хозяин, — Соя вскинула руки, как бы прикрывая Затару. — Ей время нужно. Наверно.

— Что угодно, но не время. Его у неё было достаточно на корабле.

— Но она…

— Ножик, — раздался голос тихий, погасший, с едва уловимой мелодичностью.

— Ой, говорит, — Соя аж подскочила от неожиданности.

— Что «ножик», — я передразнил Затару.

— Ножик. Подарок да́ата. Отдайте.

— Это который я у тебя забрал? У меня полежит. Ничего с ним не случится.

— Это подарок…

— Потом отдам, — я хлопнул по колену. Орчиха вздрогнула и замолчала, но сквозь закрывшие лицо густые волосы я заметил, как она чуть недовольно прикусила губу. Не знаю, хороший ли это знак или нет, но нянчиться с ней я не собираюсь.

* * *

Следующим утром мы собрались быстро. Неожиданно, но в этот раз Затара не стояла истуканом, дожидаясь, когда мы всё сделаем. В этот раз она самостоятельно сложила свой спальник. Соя это увидела и аж просияла. Она дёрнула меня за руку, показывая, как орчиха медленно сворачивала спальник трубочкой. А дальше девочка попросила меня нагнуться, сложила руки лодочкой и прислонила к моему уху.

— Всё хорошо будет, — прошептала Соя. Я же скептически покачал головой, мозжечком чувствуя, что сегодняшний день ничем хорошим не закончится.

Мы снялись с лагеря и отправились вдоль опушки. Первые часы ничего не происходило, кроме мелькнувших в лесу звёздочек на окраине [Чувства магии]. [Обнаружение жизни] показало рыскавшую в лесу группу из трёх фиолетовых шлейфов, по размеру походящих на человека. Или гнолла. Или же молодняк оруков. Но кто бы там ни был — они нас заметили. И сопровождали на почтенном удалении.

Я о «гостях» ничего не сказал, сейчас они не опасны. Но, на всякий случай, перестроился и пошёл между лесом и Соей с Затарой. Девочка держала ту за ладонь и частенько всматривалась в её лицо, тщетно выискивая хоть какие-то перемены в настроении орчихи.

Ближе к обеду, когда нам до ручья оставалось не больше минут десяти хода — Затара остановилась.

— Пойдём, пожалуйста. Осталось немного, мы там передохнём, — Соя умоляюще дёрнула орчиху за руку.

— Ножик, — прошептала та.

— Хозяин же сказал, что потом отдаст. Он отдаст, честно. Пойдём.

— Ножик.

— Я потом отдам, сказал же, — я устало покачал головой. Весь этот трагизм Затары меня окончательно выбешивает.

— Ножик, — всё ещё тихо, но уже чуть уверенней прошептала орчиха. Она приподняла голову. — Подарок да́ата. Отдайте.

— Зачем он тебе посреди диких земель?

— Подарок. Он мне нужен. Он мой. Отдайте, — Затара незрячими глазами смотрела в мою сторону.

— Хочешь ножек? — процедил я раздражённо. Орчиха кивнула. — Ладно. Будет тебе ножик.

Я скинул с плеч рюкзак и тут же, не дожидаясь ответа Затары, насильно снял с её плеч уже её рюкзак. И схватил её за руку. Орчиха испуганно дёрнулась, сжав ладонь Сои.

— Хозяин, что…

— Стой здесь. И отпусти Затару, — я показал девочке на землю под ногами. Моё разгневанное лицо объяснило всё. Я вложил в ладонь Затары небольшой ножик в деревянных ножнах с искусно вырезанной дикой рысью. — Все эти долгие недели я терпел твои выходки. Терпел, когда ты пыталась выброситься в океан, когда пыталась порезать себя.

— Я… — открыла рот Затара, но мне плевать, что она хочет говорить. Меня этот спектакль окончательно взбесил.

— Я терпел всё это, потому что пообещал Кагате, твоей да́ата, взять с тебя собой. Защитить тебя. Я не понимаю, при чём тут какой-то её сон с рысью и котятами, но я знаю наверняка, что Кагата пожертвовала собой ради твоей жизни. И ты, неблагодарная тварь, пыталась покончить с собой. Всё это время я тебя останавливал, но больше не собираюсь.

— Хозяин, не надо. Ей надо время. Хозяин! — Соя сжала кулачки.

— Ей достаточно было времени на корабле. Хватит с меня этой херни.

— Ей надо, хозяин. У неё теперь никого нет, она одна. Ей надо понять, привыкнуть.

— Да ты-то что вообще знаешь? — Затара недовольно прикрикнула на Сою. — У тебя господин есть.

— Но ведь мы с тобой, — Соя растерянно захлопала глазками.

— Нет у меня никого. Нет, поняла!

— Ну раз нет, то и не надо, — Соя обиженно буркнула, сложила руки на груди и, надув щёки, уставилась под ноги.

Я дёрнул орчиху за руку и насильно потащил в лес.

— Куда… Куда вы ведёте меня? Отпустите! Мне больно! — кричала Затара, дёргаясь и пытаясь вырваться, но я крепко сжимал её запястье.

— Отпущу, не волнуйся. Очень скоро отпущу, — процедил я, огибая деревья так, чтобы слепая орчиха не запнулась о торчащий корень.

Орчиха вырывалась, кричала отпустить её и объяснит, что происходит — но я её игнорировал. Мне интересовали лишь четыре звёздочки на границе действия «Чувства магии». Они услышали крики и, ненадолго замерев, медленно двинули в нашу сторону. Поэтому я чуть изменил маршрут и пошёл по диагонали, одновременно углубляясь в лес и не приближаясь к группе преследователей. И остановился, отойдя от опушки метров на сто и скрывшись от Сои за деревьями. Четырём звёздочкам оставалось идти до нас примерно полторы сотни метров. Достаточное расстояние.

— Ну, вот, пришли. Отпускаю тебе, как ты и просила.

Стоило мне только отпустить руку орчихи, как она прижала её к груди. Во второй ладони она всё так же сжимала