Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

Первый серьёзный враг этого разлома повержен.

Я присел на корточки, достал нож и начал вскрывать тушу, нащупывая ядро. Если уж рисковал жизнью, стоило забрать заслуженную награду.

Ядро оказалось средним по размеру, сияло тусклым зелёным светом. Оно не было редкостью, но и проходным трофеем его не назовёшь — в столице за такое можно выручить приличную сумму. Я убрал находку в сумку, задержался на секунду, чтобы перевести дыхание, и двинулся дальше вглубь разлома.

Каменные коридоры становились уже, потолок опускался ниже. Казалось, что сам разлом проверяет на прочность, давит тяжестью, вынуждая идти осторожно, пригнувшись. Воздух был тяжёлым, густым, будто пропитанным чем-то чуждым.

Шаги отдавались гулким эхом, и каждый раз сердце замирало — не я ли это иду, или кто-то рядом повторяет мои движения? Я замедлил шаг, напряг слух. Поначалу — тишина. Но потом уловил шорох, словно когти царапали по камню.

Я сжал копьё покрепче, всматриваясь во мрак впереди. Внутри тлела странная смесь — страх и азарт. После недавней победы я чувствовал в себе рост силы, но знал: разлом не отпустит без новых испытаний.

На развилке коридоров я задержался, пытаясь уловить поток энергии. Слева веяло холодом, словно дул ветер из могилы. Справа было тепло, но воздух будто колыхался, словно там таились твари, обволакивающие жертву, прежде чем разорвать.

Куда идти?

Я выбрал правый путь — в темноту, где воздух дрожал, как над костром.

С каждым шагом предчувствие усиливалось. Я уже знал: скоро будет новая схватка.

Едва я сделал десяток шагов по новому коридору, тьма впереди зашевелилась. Сначала подумал, что это мираж или игра воображения. Но нет — стены будто ожили. От камня отделилась тень, вытянулась и приняла форму.

Монстр был ниже предыдущего, но куда опаснее с виду. Длинное тело, больше похожее на змеиное, обтянутое тёмно-серой чешуёй. Голова — треугольная, с двумя светящимися точками глаз и пастью, усыпанной острыми зубами. На спине торчали костяные наросты, словно лезвия.

Он не бросился на меня сразу. Тварь извивалась, прижимаясь к полу, и я понял: эта гадина не из тех, кто прёт напролом. Она будет кружить, выжидать, а потом ударит там, где я не жду.

Я выставил копьё и сделал шаг назад. Монстр замер, раскачиваясь из стороны в сторону.

— Ну давай, — прошептал я. — Я не люблю ждать.

Ответом стал резкий рывок. Чудовище метнулось вбок, исчезло в тени, а в следующее мгновение я почувствовал, как что-то свистнуло прямо у виска. Удар хвостом! Я едва успел пригнуться, и тяжёлый костяной нарост с треском врубился в стену.

Сердце ухнуло вниз. Я понял — это не простая грубая сила, а охотник. Сильный, быстрый и хитрый.

Я перехватил копьё удобнее и начал медленно кружить, стараясь держать его острие между собой и чудовищем. Оно снова метнулось — уже прямо на меня, зубастая пасть распахнулась, будто собиралась проглотить с головой.

Второй раунд начался.

Тварь рванула вперёд, и я успел выставить копьё, целясь прямо в раскрытую пасть. Но зверюга не была глупа — в последний миг она извернулась, обвила древко хвостом и дёрнула. Острие соскользнуло, копьё чуть не вырвало из рук.

Я врезал ногой, оттолкнув тушу в сторону. Она снова скрылась в тени, и лишь приглушённый шорох выдал, что враг обходит меня по дуге.

Не лезет в лоб… значит, считает меня добычей.

Я сделал вид, будто потерял его из виду, ослабил стойку, опустил копьё. И, как я и предполагал, он метнулся сзади. Я развернулся рывком, всаживая острие наугад — и почувствовал сопротивление.

Зверь взвыл, но вместо того, чтобы отскочить, навалился на копьё всей массой, прижимая меня к стене. Я врезался спиной в камень, воздух вылетел из лёгких. Копьё трещало, зубы клацали в сантиметре от лица.

Собравшись, я резанул по шее ножом, второй рукой удерживая копьё. Чёрная кровь брызнула, монстр дёрнулся, но не ослабил хватку.

Хитрый ублюдок… даже умирая, хочет утащить меня с собой.

Я рванулся вниз, поднырнул под тушу, и в тот же миг хвост с костяным шипом прошёл там, где только что была моя голова. Развернувшись, я ударил копьём в основание черепа. Хруст, ещё один визг — и монстр рухнул, извиваясь.

Я отскочил, переводя дыхание. Руки дрожали, пот струился по лицу. Он ещё дёргался, но я не стал ждать. Подскочив, нанёс завершающий удар, пригвоздив голову к камню. Тело дёрнулось в последний раз и обмякло.

Я медленно выпрямился, сжимая копьё так, что костяшки побелели. Это был не просто бой, а шахматная партия на выживание. И я едва не проиграл.

Я опустился на колени рядом с тушей, заставляя дыхание хоть немного выровняться. Кровь ещё тёплая, пар поднимался в прохладном воздухе. С усилием разрезал плоть у основания шеи, нащупывая твёрдый узел ядра. Когда пальцы сомкнулись на гладкой поверхности, из груди вырвался невольный вздох — ещё одно ядро, ещё одна ступень к силе… и к безумию.

Подкинув находку на ладони, я задержался, рассматривая его мерцающий отблеск. Сколько уже таких было? И всё равно тело дрожит, будто впервые.

Я идиот.

Мысль сама прорезала сознание, колкая, но правдивая. Я полез не в какой-то захолустный разлом у деревеньки, где монстры слабые и примитивные. Нет. Меня потянуло сюда, ближе к Московскому разлому, самому гнилому нарыву на теле Империи. Здесь воздух сам по себе казался тяжелее, тьма плотнее, а твари — умнее и злее. Они будто тянули силу от той огромной бездны, и потому каждая схватка могла стать последней.

Я сжал ядро, ощущая его пульсацию. Когда-нибудь в Академии я узнаю, как именно работают эти связи, почему один разлом влияет на другой. Там будут книги, лекции, учёные головы, которые хоть немного понимают природу этой заразы. А пока у меня только догадки и инстинкт выживания.

Я убрал ядро в сумку, вытер нож о траву и поднялся. Спина ломила, руки ныли, ребра отзывались болью при каждом вдохе. Но я жив. А значит — охота продолжается.

Я устроился в небольшом углублении стены, куда почти не проникал сквозняк. Сумка глухо звякнула о камень, когда я поставил её рядом. Изнутри тянуло знакомым, тяжёлым светом. Я достал одно из ядер, тёплое и гладкое, будто камень, который пролежал целый день на солнце.

Пальцы непроизвольно сжались сильнее. Это был соблазн — быстрый, доступный, почти бесстыдный. Продать ядро — и хватит на месяц жизни в Петербурге, на подготовку к Академии, на новые доспехи. Но жадность никогда не спасала от монстра, а