Bраг Империи - Максим Шторм

способной с одного маху перерубить ствол дерева секиры, уклонился от промелькнувшего перед глазами кончика глефы. Снова с разбегу сиганул ввысь, не останавливаясь, врезался в вооружённого секирой бойца, со всей силы ударив его коленом в основание шлема. Он от неожиданности раскинул руки, пошатнулся, зацепился о неровность раскрошившейся гранитной плиты и рухнул, придавленный моим весом, на спину.

Сжимая меч одной рукой, я живо соскочил с ругающегося на чем свет стоит Часавого, волчком катанулся по земле, уворачиваясь от посыпавшихся на меня ударов подоспевших Часовых и, воспользовавшись секундной задержкой последних, резким хлёстким движением откинул руку в сторону и вниз.

Чёрное лезвие меча рубануло аккурат между воротником и нижним краем шишака не успевшего подняться на ноги Часового и цокнуло о камни. Звучно чавкнуло, звеня сталью, облачённая в шлем голова даже не дернувшегося воина покатилась по гранитным плитам.

Я моментально вскочил на ноги и отступил к центральным воротам, разрывая дистанцию. Теперь моих врагов осталось только трое.

Тяжело дыша и злобно ворча, они замерли. Аскольд снова выругался. Я уловил в его голосе ненависть, изумление и что-то, похожее на страх. Сомневаюсь, что раньше эти люди вообще кого-либо боялись. Пусть привыкают к новым ощущениям. Тем более, что жить с этим им предстоит недолго. Я не собирался щадить никого из этой пятёрки.

На сей раз действуя более острожно, они снова накинулись на меня и внутренний двор крепости опять огласился надсадным дыханием, вскриками и лязганьем метала.

Я ускорился, вклиниваясь в тройку пытающихся выпустить мне кишки разозлённых бойцов. Пропустил пару скользящих ударов, которые успешно отразила силовая броня. Самым опасный был угодивший мне в правый бок сильнейший удар глефой. Из-за длины клинка и неудобного положения, блокировать который я не успевал.

Со скрежетом выбивая водопад искр, хищное лезвие глефы врезалось в панцирь. Мне показалось, что меня лягнула лошадь. Я отшатнулся, поднимая меч, сделал пируэт и стремительное лезвие глефы наткнулось на черный клинок. Я тут же сблизился с Аскольдом, и пользуясь гораздо большей подвижностью, пнул его под коленный шарнир брони. Чертыхаясь, он неловко припал на ногу, теряя равновесие.

Оскалившись, я крутанулся, перехватил эфес и, вкладывая в движение всю скорость и силу, рубанул его по руке. Лезвие меча, не замечая, перерубило броню, кости и плоть. Сжимающее древо глефы железная кисть упала на земь. Из культи фонтаном забила ярко-алая кровь.

Замычав от чудовищной боли, пошатываясь, Аскольд сделал несколько шагов назад. Я видел увеличившиеся от шока глаза в прорези его шишака.

Сделав шаг в сторону, я наступил, обменялся ударами с последними нападающими, ловко пригнулся, пропуская пронёсшийся подобно веслу над собой меч противника и сделал сильнейший выпад, проламывая нагрудник ближайшего ко мне бойца и накалывая его на клинок, как свинью на вертел. Он машинально шагнул вперед, все больше насаживаясь на со скрипом пронзающий его броню меч.

Простуженно закашлялась поврежденная силовая установка, доспехи судорожно вздрогнули. Он зашатался и тяжело упал навзничь, увлекая за собой оставшийся в его теле меч. Я моментально подхватил с каменных плит валяющуюся наподалеку секиру и успел поймать на торец отчаянный рубящий удар последнего из остающегося на ногах Часового из личной шайки барона Рыкова.

Отбил, скинул меч в сторону и, сокращая дистанцию, резко шагнул вперед. Ударил обухом секиры в бронированное лицо не ожидающего подобного воина и следующим размашистым движением выбил из его руки меч. С грохотом тот упал на гранит.

Тяжело дыша, он медленно поднял вверх руки, отступая назад. Я снова повернулся в сторону пытающегося зажать культю Аскольда, взмахнул секирой и со всей силы опустил ему на голову. Удар был так силен, что огромное лезвие прорубило шишак, вошло ему в макушку, с треском лопнувшего яйца, металлическая рукоятка обломалась у основания. Раздалось шипение, от раскалившегося метала повалил едкий дым.

Нелепо и изумлённо крякнув, Аскольд, что-то взмыкнув, на подогнувшихся коленях рухнул вниз. Он был мертв. Я брезгливо пнул его железной подошвой в грудь и опрокинул на спину. Обломанная секира продолжала торчать из его раскроенной башки.

— Эй, мы можем договориться, — раздался позади меня уставший, задыхающийся голос последнего Часового. Складывалось впечатление, что он не со мной сражался, а в одиночку выступил против целой орды нечисти. Я остался безоружным, как и он. Но этот человек и не помышлял более о нападении. — Я всегда могу сказать, что убив остальных, ты просто сбежал!

Я медленно поднял руки и снял с головы шлем, с удовольствием подставляя разгорячённое лицо прохладному воздуху. Омерзительно улыбнулся и произнёс:

— О чем ты, приятель? Кого я убил? Я вас даже не видел. Меня здесь вообще не было. Как и вас.

— Что ты несешь, безумец⁈ — поражено выкрикнул воин, настороженно глядя на меня.

— Вы действовали по личному указанию вашего шефа, барона Рыкова. И что-то мне подсказывает, что вашу пропажу истолкуют весьма двояко…

Словно в задумчивости, я повертел шлем в руках, не делая резких движений.

— Пропали и пропали, что теперь… Северный фронтир, он такой. Люди, а особенно Часовые, мрут здесь гораздо чаще, чем в других уголках Империи. Ты же знал об этом?

Часовой зарычал подобно загнанному в угол волку.

— Ты труп, Безродный. Просто ходячий труп. Ты даже не представляешь, что сейчас натворил и чем тебе это аукнется… Мы люди Императора!

Я с сожалением покачал головой и осторожно опустил шлем себе под ноги.

— Нет, ты не прав. Вы всего лишь сборище подлецов и трусов, храбрых лишь в драке с бабами. Мне кажется, я оказал всему миру огромную услугу, избавив его от вас. Да… Так и есть.

— Я еще жив! — выдохнул Часовой. — Ты, отродье предателя!..

— Нет, ты уже давно умер, — я повернулся к нему и зловеще улыбнулся. — А для тебя и подобных тебе мразей — я Алексей Бестужев, наследник династии Великих Герцогов и законный владыка этих земель.

Я с голыми руками шагнул к нему. И, рассмотрев на моем лице что-то, показавшееся ему просто ужасным, закаленный во множестве битв опытный и сильный воин испуганно заорал. Мой Грифон кровожадно засмеялся.

Глава 6

Я не собирался оставлять никаких следов от присутствия в моем доме пятерых Часовых Второй Стражи. Личная гвардия барона Рыкова. Пятёрка прихлебателей и пользующихся особой благосклонностью хозяина шакалов.

Мне очень не понравилось то, что они несли про мою сестру. Очень. С другой стороны, если бы и вправду произошла какая беда, думаю, Кречет в письме обязательно бы мне рассказал. Или же если и случись нечто подобное, он бы и сам все