Bраг Империи - Максим Шторм

Иногда среди нас встречаются и такие… Они опасны как для людей, так и для любого иного существа. Твари, без сострадания и чести, подобные тем, что пришли в наш мир из чуждых нам измерений. Мецгер был страшным выродком, наводившим страх на эту часть леса. И ты всем сослужил добрую службу, убив его.

О чем-то подобном я и подозревал. Этот мир таит множество тайн и загадок. И полон совершенно уникальных существ. Некоторые благосклонно настроены к людям, иные нейтральны, а есть монстры наподобие змеелюдей, людоедов, хортов, памятного мне по перелету в Столицу обёртыша. И многие из них отлично умеют скрываться от людского глаза. И живут среди нас, так умело маскируясь, что никто и не подозревает об этом. Почему-то мне вспомнился Франк. Огромный охотник на подобных, враждебных людям, существ. Он, судя по всему, тоже знал очень и очень многое…

— Ты спрашиваешь, кто я… Я обычная, живущая в лесу старуха, — она несколько лукаво усмехнулась. — Но живу я долго и не понаслышке знала многих людей из твоей семьи. И не думала, что доживу до того дня, когда опять выпадет возможность поговорить с потомком тех, что некогда проклялись нам в вечной дружбе. Но ты достоен всех своих мудрых предков, Алексей Бестужев. Слухи о тебе разносятся среди Иного народа, как гонимый ураганом лесной пожар. Древняя кровь вновь пробудилась на Северных землях.

— Я всегда стараюсь поступать по совести и по велению души, — тихо сказал я. — И готов и дальше выполнять условия Договора.

— Я прочла это в твоих глазах, юный наследник… Уже поздно. А тебе предстоит еще очень много тяжёлых и опасных свершений. Отдохни в этом доме, а перед рассветом отправляйся в путь, к свой дальнейшей судьбе. Лес проводит тебя.

Взвесив все за и против, я пришел к выводу, что, скорее всего, так и поступлю. Теперь здесь было безопасно, а внутри избушки приятно пахло сухой травой, смолой, сгораемыми дровами и легкими пряностями. Лесная женщина указала пальцем на стол, где стоял пузатый кувшин. И как я его раньше не заметил?

— У меня нет пищи для тебя, но есть набранная из родника поблизости вкусная и хорошая вода. Испей её. Она придаёт сил. Завтра они все тебе понадобятся. Ложись спать, сынок. Я постерегу твой покой.

Она отвернулась и уставилась в пляшущий в открытой печурке огонь. Я выпрямился, прислонился в угол, выбрался из с жужжанием распахнувшегося металлического кокона и, с наслаждением потянувшись и размяв мышцы, опустился на лавку. В домике было тепло, тихо и на удивление уютно. Я с удовольствием отпил воды и спросил:

— Как вас зовут?

— Зачем тебе мое имя?

— Я стараюсь помнить всех хороших людей, что встречаю на своем пути.

Она тихонько засмеялась, старчески покашливая и, не оборачиваясь, покачала головой.

— Я не человек, мальчик. И живу слишком долго, чтобы помнить свое настоящее имя. Но зови меня Лисаветой.

Усмехнувшись, я улегся на лавку и закинул руки за голову. Мой рунный клинок продолжал стоять рядом, опираясь на бревенчатую стену. Лисавета так Лисавета. Имя не хуже прочих.

— Скажите, — приподняв голову, вдруг решил спросить я. — Что находится в Безлюдных землях? Что за твари обитают в тайге, за тундровыми пустошами?

Лесная женщина вдруг ощутимо напряглась. Повернувшись ко мне, она укоризненно произнесла:

— Тебе нужно отдохнуть. А я не хочу пугать тебя страшными россказнями на ночь. Скажу только, что не след человеку или же чтущему законы Иному существу соваться туда. Сейчас это мертвая проклятая земля. И обитает там лишь одно зло. Берегись его. А теперь спи, сынок, спи. И помни обо всем, что я тебе рассказала. А спозаранку отправляйся навстречу своей судьбе. И знай, что отныне этот лес всегда тебя выручит.

Обдумывая последние слова Лисаветы, я прикрыл глаза. Любопытно…

Навстречу своей судьбе… Мне показалось, что она знала много больше, чем захотела рассказать. Но это ее полное право.

А завтра… Завтра меня ждет мой дом и моя семья.

* * *

Я спал как убитый. Мой сон хранил Грифон, а бренное тело удивительная лесная женщина-колдунья по имени Лисавета. Проснулся я абсолютно выспавшимся и отдохнувшим. Всю ночь меня не покидало умиротворяющее чувство домашнего покоя и уюта.

Когда я разомкнул глаза, комната тёмной избушки начала заполняться серой предрассветной хмарью, вытесняющей ночные тени. Огонь в печурке погас, но открытая топка мерцала медленно тлевшими малиновыми углями, продолжая дарить тепло.

Кроме меня, в комнате больше никого не было. Моя радушная хозяйка, решившая поселиться в этом домике, исчезла, словно и не было её. О лесной женщине напоминали только кувшин с водой да придвинутая к огню лавка.

Напившись, я споро влез в доспехи, взял в руки шлем и меч и вышел наружу. Просыпающийся лес встретил меня мягким шуршанием желто-багряных листьев, росой и свежей утренней прохладой. Я тщательно прикрыл за собой дверь и спрыгнул на землю.

Силовая установка боевого комплекса работала как часы, мерно и расслабленно жужжали приводы и сочленения, Грифон продолжал спать, а я повернулся на Восток. В сторону восходящего за лесом, невидимого отсюда солнца. Меч за спину, шлем на голову и в путь. Совсем скоро я выйду к своему дому.

Еще раз бросив прощальный взгляд на крытую дёрном рубленную избушку, из каменной трубы которой чуть вился слабый дымок, и мысленно поблагодарив Лисавету, я легко и нетерпеливо зашагал, шурша палой листвой. На краткий миг мне показалось, что за дальними, покрытыми мхом деревьями, мелькнуло что-то, напоминающее пушистый рыжий лисий хвост. А может это был один из уже знакомых мне волков? Все может быть. Особенно в этой чащобе.

Как и рассчитывал, к возносящемуся над простором древесного моря скальному плато, на котором гордо возввшался древний замок, я выбрался довольно скоро. Деревья становились все реже и милостиво пропускали через плотно сомкнутые кроны лучи яркого, но холодного осеннего солнца. Пожалуй, я добрался до Имения даже слишком быстро, едва ли не за три часа. Словно лес и в самом деле помогал мне, делая дорогу короче и удобнее.

Выбравшись из подлеска, я забрал вправо и начал подниматься в обход гряды на каменистое плато. И когда наконец вышёл на возвышенность и остановился на обочине утоптанной, ведущей в сторону Лютограда торной дороги, обратил внимание, что здесь, над лесом, в воздухе стоит отчетливый запах гари. А вот это мне уже совсем не понравилось…

Насторожившись и мрачнея на глазах, я повернулся в сторону своего Родового Имения. На первый взгляд, с такого расстояния вроде бы ничего тревожного не бросалось