ЭнергоМорф I. Неофит Ци. - Максим Балашов

на этом его амбиции заканчивались. А вся эти крутые камеры и игры — это для модных блогерш с накачанными жопами, сочными сиськами и надутыми, как у рыбки, губами, которым больше нечего предложить миру.

Сергей с усилием разблокировал потрескавшийся экран и посмотрел на время. Чёрное зеркало дисплея показывало без трёх минут пять утра. До ненавистного будильника оставалось ещё целых два часа, но сон как рукой сняло.

«Давненько я не вставал в такую кромешную рань, да ещё и по своей воле».

Путь от его панельной берлоги до работы занимал немногим более двадцати минут, если, конечно, не попасть в утреннюю пробку. На свой спартанский завтрак и быстрый умывание он тратил около получаса, соответственно, и вставал всегда ровно в семь, как по команде. Тяжёлым на подъём Сергей не был никогда — мог даже в полусне, спросонья, принять звонок от какого-нибудь взволнованного клиента или самого начальника, и тот ни за что бы не догадался, что только что выдернул своего собеседника из объятий Морфея. Но встать так рано, да ещё и в субботу, после этой выматывающей, бесконечной рабочей недели! Такого геройского подвига за собой Сергей не мог припомнить последние года три, если не больше.

Сна теперь не было ни в одном глазу, будто его и не было. Он чувствовал себя странно выспавшимся и непривычно бодрым, бросив косой, недовольный взгляд на своё помятое лежбище, окончательно понял, что ложиться обратно больше не собирается — хоть кол на голове теши.

Раз спать больше не хотелось, следовало потратить остаток утра с хоть какой-то пользой. Под этой сомнительной пользой традиционно подразумевалась генеральная уборка всей квартиры, которую он проводил по субботам с завидным, почти мазохистским постоянством столько, сколько себя помнил.

«Возможно, если очень повезёт, удастся сегодня свалить с работы пораньше под благовидным предлогом и укатить на тот самый пляж, чтобы доедать остывшие, резиновые шашлыки и допивать вчерашнее, уже выдохшееся пиво. Всяко это будет лучше, чем весь вечер торчать дома и с остервенением тереть эти чёртовы полы, смывая с них грехи прошлой недели».

Включив на своём древнем ноуте негромкую, фоновую музыку, Крас с привычной обречённостью начал планомерно наводить вокруг себя спартанский порядок. Когда руки наконец дошли до остатков вчерашнего ужина, он машинально проверил срок годности на смятой упаковке от сосисок и дату розлива на бутылке из-под пива, которое употреблял намедни. Всё, в общем-то, было в норме. Сосиски, конечно, были просрочены на пару дней — иначе их не стали бы продавать с такой заманчивой, подозрительной скидкой, но подобный «деликатес» он ел постоянно и пока без каких-либо фатальных последствий для кишечника, а тем более для мозга и психики. Пиво же и вовсе оказалось свежайшим, разлитым буквально неделю назад — вот это была редкая удача в его жизни.

«Значит, дело всё же не в продуктах, — с облегчением констатировал он про себя. — По всей видимости, просто навалилось в последнее время всего: работа, долги, это вечное чувство безысходности… ещё эти странные зависания постоянные и думы ни о чём. Так и в аварию недолго попасть, будешь крутить руль и видеть перед собой не дорогу, а эти чёртовы пульсирующие стены. Не стоит, проходили уже, помним. Нужно срочно взять пару отгулов, если Игорь Юрьевич, сволочь, разрешит, и провериться в местной поликлинике — может, хоть витаминов каких выпишут для поддержания тонуса, а не направление в психушку».

Сергей никак не мог найти рационального объяснения причине своего необычного, до жути реального сна и, как ни старался, не мог припомнить в своей жизни таких же ярких и детализированных сновидений. Он как-то читал в модном блоге одного распиаренного психолога, что постоянная усталость и хронический стресс могут приводить к самым печальным последствиям для психики, но там ни слова не было о столь странных и сюжетно насыщенных кошмарах.

«Хотя, чего верить этим шарлатанам из интернета, которые за деньги готовы любой бред диагностировать, — нужно идти к настоящему, дипломированному специалисту, да и рано пока бить тревогу из-за одного-единственного сна, даже такого жуткого».

С таким скептическим настроением Сергей и закончил уборку, позавтракал остатками тех самых сомнительных сосисок, запил их крепким чаем с чёрствыми, как камень, печенюшками, затем с отвращением надел свой единственный и отнюдь не самый модный, слегка поношенный костюм. Таким образом, он морально подготовился к выходу на ненавистную субботнюю работу.

«Хорошо хоть галстук носить не заставляют — удавился бы на месте, как несчастный щенок на цепи».

Он всей душой ненавидел эти костюмы: неудобно, непрактично, сложно ухаживать и стирать, а в жару в нём потеешь, как пассажир в переполненной маршрутке в час пик. Благо, так нелепо одеваться ему приходилось лишь два-три раза в месяц, когда намечались важные сделки с приезжими клиентами.

Схватив свою верную барсетку, ключи от машины, а также на всякий пожарный случай пакет с шортами, шлёпками и майкой — чтобы не тратить драгоценное время на заезд в квартиру для переодевания, — он наконец отправился на работу. Перед самым выходом из квартиры он ещё раз невольно кинул короткий, тревожный взгляд на свой диван, и по спине снова пробежал тот самый, знакомый лёгкий холодок. В памяти, словно назло, чётко и ярко всплыли самые ужасающие сцены из ночного сна.

«Твою мать, да что это со мной творится? Вот почему эротические сны никогда так ярко не запоминаются? А вот всякая чертовщина — пожалуйста, до мельчайших подробностей! А ещё это жуткое, неотвязное чувство, что за мной постоянно кто-то наблюдает, словно я под колпаком, просто сжигает меня изнутри. Нет, с моей психикой точно что-то явно не то, пора признаться самому себе. А может, это и вовсе неврологическое — опухоль какая-нибудь или сосудистая мальформация? И откуда я только слова такие знаю? Пох, после этой встречи попрошу отгул на следующей неделе и схожу, наконец, сдам все анализы, пусть там томографию что ли сделают».

«Твою мать, да что это со мной творится? Вот почему эротические сны никогда так ярко не запоминаются, а вот всякая чертовщина — пожалуйста, до мельчайших подробностей? А ещё это жуткое, неотвязное чувство, что за мной постоянно кто-то наблюдает, словно я под колпаком, просто сжигает меня изнутри. Нет, с моей психикой точно что-то явно не то, пора признаться самому себе. А может, это и вовсе неврологическое — опухоль какая-нибудь или сосудистая мальформация? Пох, после этой встречи попрошу отгул на следующей неделе и схожу, наконец, сдам все анализы, пусть там томографию чего ли