Ледовый Гамбит - Владимир Пайлодзе

— Дорогие зрители, наш спонтанный концерт по вашим заявкам подошёл к концу. Мы с мамой искренне прощаемся с вами до следующих творческих встреч и сердечно благодарим за ваше ангельское терпение. До новых встреч на нашем скромном огоньке!

По комнате тут же прокатился гул разочарованных и недовольных криков — мужики и дамы требовали продолжения банкета, умоляя спеть что-нибудь ещё. Но Тамара Эрастовна мгновенно и решительно взяла бразды правления в свои чуткие руки. Она с весёлой строгостью захлопнула крышку фортепиано и поднялась с табурета:

— Так, товарищи артисты и дорогие гости, отставить шум! Время — уже третий час ночи. Нашей талантливой молодёжи давно пора спать. Ну а мы, старички, ещё вполне можем посидеть. Тем более, из-за Володиных талантов все совершенно позабыли, что праздничный стол у нас накрыт, но до сих пор толком не тронут! Так что все дружно, без разговоров, идём за стол!

Гости со смехом и шутками потянулись к тарелкам. Мама ласково подошла ко мне со спины, крепко, с безграничной материнской гордостью обняла за плечи и тихонько прошептала на ухо:

— Иди отдыхай, родной… Ты настоящий гений, Володя. Написать такое про наш Тбилиси… Потрясающий, просто великолепный вечер. Спасибо тебе, сынок.

Я благодарно поцеловал её в тёплую щёку и, воспользовавшись всеобщей суматохой у стола, потихоньку, незаметно для остальных сбежал в свою тихую комнату. Тело ныло от усталости, но внутри меня горело абсолютное, чистое торжество.

Едва за мной закрылась тяжелая дверь спальни, в большой комнате поднялся настоящий переполох. Взрослые буквально накинулись на растерянную, но счастливую маму:

— Тамарочка! Ну и как это понимать, а? Столько лет скрывала от нас такого гения, такой невероятный талант!

— Да не поверите вы мне! — оправдывалась Тамара Эрастовна, прижимая руки к груди. — Володя только сегодня, прямо перед вашим приходом, робко попросил меня подыграть ему на фортепиано. Я как открыла его общую тетрадь, как увидела эти партитуры — всё, оторваться уже не могла. А эта его «Баллада о матери»… У меня до сих пор сердце разрывается, как вспомню.

Все присутствующие в комнате дружно и согласно закивали головами, утирая заблестевшие глаза.

Дядя Сергей, кадровый офицер-летчик, решительно рубанул ладонью воздух:

— Ну что, дорогие родители, готовьтесь. Я до понедельника точно не выдержу! Завтра же с самого утра пойду прямиком к Николаю Николаевичу, нашему начальнику гарнизона. Будем на самом высоком уровне решать, что с Володей делать. Такие песни, товарищи, нужно всей стране со сцены петь, а не на читинских кухнях скрывать!

Тут старый сапожник дядя Йося, не выдержав общего накала, вдруг подскочил со стула и опрометью бросился в темный коридор. Через секунду он шумно вернулся, держа в руках увесистый, шуршащий газетный кулёк.

— Тьфу ты! С этим вашим великим концертом я совсем из ума выжил, чуть не забыл, зачем вообще пришёл и какие подарки принёс! — ворчал старик, дрожащими от волнения пальцами разворачивая пожелтевшую правдинскую газету.

Он с глухим стуком бережно выложил на праздничный стол три пары новеньких, пахнущих свежей кожей коньков совершенно невиданного, футуристического вида. Лезвия из читинской инструментальной стали, покрытые тонким слоем никеля, ярко блеснули в лучах одинокой лампы.

— Вот… Сделал всё в точности так, как Володя на своих чертежах нарисовал, — гордо выдохнул мастер. — Ваня, гляди, вот эти тяжелые, с высоким задником — это для тебя, хоккейные. А вот эти, изящные, с меховым подкладом и зубцами впереди — это для Володеньки.

Отец, Иван Петрович, замер. Он медленно взял в свои огромные ладони новые хоккейные коньки будущего и растерянно, с немым шоком крутил их так и эдак, бережно ощупывая жесткий стакан и анатомическую защиту ахилла.

— Да чего ты их в руках крутишь, как дикарь? На лёд в них надо, на лёд! — весело прикрикнул на него дядя Йося. — Эх, Ваня, ты бы видел, какие этот сорванец мне рисунки новой формы для твоих хоккеистов набросал! Вот там — настоящая красота, а уж как защита суставов продумана… Космос! Передай Володе, когда проспится, что эти коньки — мой личный подарок за его сегодняшние песни.

Дядя Сергей внимательно выслушал сапожника, а затем снова повернулся к хозяевам дома:

— Я думаю, все здесь присутствующие единогласно согласны, что Володины песни должны услышать люди на больших концертах. Тамара, ты чего на меня так смотришь? Не согласна, что ли?

— Согласна я, Серёженька, конечно согласна, — тихо и со вздохом ответила мама, ласково поглаживая ладонью голенище новых фигурных коньков сына. — Но есть один важный момент. Ты, Серёжа, человек военный, от мира писателей и музыкантов далёк. Чтобы эти песни у него не украли, всё это добро надо везти в Москву, в ВУОАП, и официально регистрировать авторские права. И вот тут как раз кроется огромная проблема. Володе ведь всего четырнадцать лет, он несовершеннолетний школьник. Как ты думаешь, советская бюрократия позволит ему вот так легко и просто защитить свои права в столице?

— Хм… Об этом-то я как-то не подумал, — дядя Сергей озадаченно почесал затылок, но тут же хитро прищурился: — Но погоди! Есть у меня в Москве один очень важный товарищ в Спорткомитете. Он за две Володины песни — за «Камикадзе» и про хоккеистов, которые мы сегодня услышали — думаю, любые двери в ВУОАПе с ноги откроет. Как-никак, мы с ним в одной эскадрилье служили, до сих пор в Москве иногда получается вместе посидеть. Слушай, Йося, а ты мне прямо сейчас две пары таких же точно коньков будущего для хоккеистов сможешь сготовить? Я сам лично на следующей неделе решу вопрос с окружным руководством и вместе с Володей в Москву полечу! Обеспечу парню прикрытие!

Дядя Йося в ответ лишь страдальчески всплеснул руками и выдал своё коронное, чисто одесское:

— Ой, ну вот всегда так! У бедного старого еврея последнее с мясом заберут! Осталось у меня на складе всего две пары хорошей чепрачной кожи, так и те сейчас без ножа отберут!

Дружный, громовой хохот уфимских и читинских гостей был ему единогласным ответом. Напряжение окончательно спало.

Дальше застольный разговор сам собой сошёл на обычные домашние темы, звенели рюмки, пахло пирогами, и только под самое утро, когда за окнами уже забрезжил холодный забайкальский рассвет, уставшие, но безумно счастливые родители наконец-то легли спать.

https://author.today/work/604424

1 том из моего нового цикла, полностью готов. Нужна ответная реакция, размещать или нет. Жду комментарии. Спасибо за помощь.

Они думали, что их время ушло. Они ошибались.

Три ветерана элитного спецподразделения, изломанные гражданской неустроенностью, ранениями и болезнями, натыкаются в