Системный Кузнец XV - Ярослав Мечников

за его спиной. Один держал руку возле рукояти короткого меча, второй смотрел на людей рассеянно и словно замечал при этом каждое движение. Их ступени я оценить не успел, поскольку всё внимание забрал Костолом.

Он медленно повернул голову.

Бесцветные глаза остановились на мне.

— Что происходит? — спросил он.

Голос остался прежним, сухим и шершавым. От него мороз прошёл вдоль позвоночника, хотя Костный Очаг продолжал работать ровно.

Старший караульный шагнул вперёд.

— Прибывшие с юга, господин Верховный Хранитель. Перешли из земель Лиги. Имеют письмо с королевской печатью, направлены в Серый Дом для дознания. Мы выделяем им сопровождение.

Слова звучали чуть торопливее, чем прежде. Мариус выслушал, сохраняя взгляд на мне, и я понял, что объяснение стражника интересует его меньше, чем увиденное.

Он оглядел меня снизу вверх. Взгляд задержался на руках, прошёл по плечам и вернулся к лицу, словно перед ним лежало изделие, свойства которого расходились с внешним видом. Затем Мариус сделал шаг ближе.

Давление усилилось.

Меридианы отозвались сами, уплотняя Ци возле Нижнего Котла, а Очаг Равновесия пустил по каналам тонкую нить холода. Жар и Инь сомкнулись в устойчивый круг, позволив мне стоять спокойно. Я смотрел прямо перед собой и ждал.

— Восьмая ступень, — произнёс Мариус.

Стражники переглянулись. Старший караула снова посмотрел на меня, теперь уже с новым выражением, и его пальцы чуть крепче сжали край документов. Они явно не почувствовали силу. Я удерживал её внутри привычно, а столичные караульные, судя по всему, принадлежали к низшим ступеням и видели во мне всего лишь крепкого молодого кузнеца.

— Восьмая, — подтвердил я.

Скрывать это здесь было бессмысленно. Мариус уже назвал ступень вслух, а попытка юлить превратит обычную проверку в расследование. Мне предстояло сделать свою силу частью законной жизни в городе, чтобы каждый следующий стражник видел в ней отмеченное ремесленное достоинство, а не повод для погони.

Мариус перевёл взгляд на караульных.

— Почему в ведомости внешних ворот нет отметки?

Старший сглотнул.

— Видимо, вчерашняя смена не распознала ступень, господин Верховный Хранитель. Прибывший держит Ци свёрнутой.

— Вижу.

Он снова посмотрел на меня.

— В условиях военного положения каждый практик высшей Закалки состоит на учёте. Человек, способный переломить ход боя, служит Короне либо является по призыву в назначенное место сбора. На каком основании ты входишь в столицу без отметки?

— Я прибыл прошлой ночью и сейчас следую в Серый Дом, — ответил я. — Все сведения готов сообщить дознавателю. По воинским спискам прежде не проходил. Силу использую в своём ремесле.

Мариус чуть наклонил голову.

— В ремесле?

— Я кузнец.

Слова прозвучали просто. Давление Пробуждённого продолжало лежать на плечах, и всё же страха внутри не возникало. Мариус мог убить меня здесь, прежде чем рука успеет подняться, однако угрозы в его поведении пока не было. Он выполнял службу так же, как караульный у ворот, только масштаб ответственности у него измерялся целым королевством.

Бесцветные глаза задержались на моих пальцах. Шрамы, мозоли и въевшаяся в кожу металлическая пыль подтверждали сказанное лучше любых бумаг.

Мариус перевёл взгляд за мою спину.

Сначала посмотрел на Торна. Бесцветные глаза задержались на перевязанной культе, затем словно проникли глубже, туда, где под плотью лежали кое-как восстановленные каналы.

— Шестая ступень. Каналы драные, склеены поверх разрывов.

Торн выпрямился ещё сильнее. Мышца возле скулы дрогнула, однако ответа он не дал.

Взгляд Мариуса переместился к Эйре.

— Четвёртая. Ветер и Земля.

Эйра прижала ладони к бокам, скрывая напряжение.

— Вторая, — произнёс Костолом, посмотрев на Алекса. — Слабое тело.

При этих словах рыжий алхимик побледнел сильнее, но остался на месте.

Последним Мариус осмотрел Ульфа.

— Без ступени. Но тело крепче, чем у иных на третьей.

Ульф моргнул и растерянно посмотрел на меня. Собственной ступени он никогда не имел и о подобных вещах не задумывался.

Мариус чуть повернул голову.

— Тоже не воины?

Первой заговорила Эйра:

— Эйра со Штормовой Гряды. Кузнец. Живу работой у наковальни.

— Торн из Глубоких Руд, — произнёс пепельноволосый. — Знаю породу, слышу пустоты и жилы. За плату людей не бью.

Он не назвал себя кузнецом. Лицо осталось неподвижным, и только обрубок правой кисти качнулся возле живота.

— Алекс, — сказал рыжий. — Лекарь энергетических каналов и алхимик. Обучался при Башне Целителей Духа на Иль-Ферро. Моё дело — сохранять каналы живыми.

При упоминании Башни один из сопровождавших Костолома слегка поднял брови.

Ульф выступил вперёд, возвышаясь над караульными почти так же, как Мариус.

— Ульф молотобоец. Ульф бьёт молотом по железу. Если плохой человек обидит своих, тогда Ульф ударит плохого человека.

Молодой караульный Матвей втянул воздух сквозь зубы.

Пых за воротом Ульфа тихо треснул. Бесцветный взгляд сразу переместился к едва заметному оранжевому свечению.

— Зверь твой?

— Пых сам с Ульфом ходит, — ответил великан после короткого раздумья. — Пых друг.

Один из Серых Плащей едва заметно усмехнулся. Лицо Мариуса осталось неподвижным.

Над площадью повисла тишина. Люди обходили нашу группу дугой, караульные у ворот старались смотреть прямо, а писец застыл возле стола с пером в руке.

Мариус перевёл взгляд на меня и выдержал короткую паузу.

— Практик восьмой ступени обязан быть внесён в Книгу Сильных. Там записывают его имя, место постоянного проживания и род занятий, поскольку городская стража должна знать, кого искать после всплеска Ци. При смене жилья полагается сообщить квартальному до следующего боя Часов. Выход за стены отмечают у ворот, возвращение отмечают там же. Военное положение добавляет ежемесячную явку в Серый Дом, где практик подтверждает присутствие и получает новую металлическую бирку.

Порядок звучал тяжёлым, однако в нём была логика. В городе, где применение силы могло обрушить дом и убить десятки прохожих, власть стремилась видеть каждого способного на подобное. Моя неизвестность представляла для них угрозу сама по себе.

— Мы выполним этот порядок, — сказал я. — Запишусь сегодня, если дознаватель позволит.

Мариус сделал ещё полшага, и теперь между нами оставалось расстояние вытянутой руки.

— В Соль-Арке практик восьмой ступени подобен куску хрусталя, брошенному в щебень. Его видно при любом свете. Дом Тайных Троп узнает о тебе. Грифоны захотят поставить тебя в строй. Железный Кулак будет ждать нарушения. На что ты рассчитываешь, входя сюда с южной грамотой и свитой ремесленников?

— Рассчитываю жить по городскому закону и выполнять своё дело, — ответил я. — Я кузнец. Городу от моего молота будет в тысячу раз