Чудесные механизмы - Цинхань Цэцэ

за перилами второго этажа, прямо напротив двери. Сверху было видно, как внизу в темноте в незакрытую сбежавшими монахами дверь пагоды проскользнула стройная фигура. Все трое затаили дыхание, узнав в этой тщедушной фигуре господина Бяня – или, точнее говоря, Гэ Чжию.

Она была вся в черном, лицо закрыто черной тканью. Войдя в пагоду Лэйфэн, она подняла голову, посмотрела на голову дракона наверху, затем осторожно огляделась вокруг и, лишь убедившись, что внутри никого нет, захлопнула дверь пагоды, ускорила шаг и направилась прямо к трем черным гробам перед буддийским алтарем.

Чу Юаньчжи слегка нервничал, глядя то на медные проволоки снаружи, то на те три гроба, тихо сказал:

– Дело плохо, она пришла слишком быстро, я не знаю, достаточно ли уже молний…

– Не волнуйся, мы же подготовились. – А-Нань не успела договорить, как внизу в темноте, словно в подтверждение ее слов, раздался легкий свист.

Поскольку Гэ Чжию нужно было взять живьем, выпущенные со всех сторон стрелы были не обычными, а охотничьими с вилообразными наконечниками и с привязанными сзади кожаными веревками, на которых были закреплены обратные крюки. Чжу Юйхэн не знал, что это за вещь, специально заказанная А-Нань, и внимательно присмотрелся.

В темноте замелькали вспышки света, густой сетью летя на Гэ Чжию со всех сторон. Та резко увернулась, размахивая плоским железным ломом, приготовленным для вскрытия гробов, пытаясь отбить эти странные вещи. Однако тут один из крюков зацепился за рукав ее одежды, легкого натяжения хватило, чтобы прикрепленная сзади кожаная веревка по инерции подпрыгнула и с легкими хлопками мгновенно обвилась вокруг тела Гэ Чжии. Через мгновение в воздух взлетел задний крюк, мгновенно зацепившись за ее одежду и плотно связав ее.

Будь это одна кожаная веревка, Гэ Чжия, возможно, смогла бы вырваться, но сейчас десятки, сотни таких же ловушек уже были выпущены, они мгновенно обвивали ее тело, как паразиты, присосавшиеся к телу жертвы. Как бы она ни прыгала и ни пыталась вырваться, в конце концов все ее тело оказалось плотно опутано кожаными веревками, сделав ее похожей на куколку шелкопряда. Потеряв равновесие, Гэ Чжия рухнула на пол.

Увидев, что внизу воцарилась безмолвная темнота, сквозь которую было слышно лишь тяжелое дыхание Гэ Чжии, сидевший позади них Вэй Ханчжи удивился и выпалил:

– Так быстро? Подчиненному спуститься посмотреть?

– Нет, подождем еще. – А-Нань подняла руку, дав ему знак не действовать опрометчиво.

Не успела она опустить руку, как на полу внизу внезапно вспыхнул огонь, и все тело Гэ Чжии внезапно загорелось множеством мелких язычков пламени, жутко подпрыгивающих. Они мгновенно распространились по всему телу женщины, под жаром пламени тонкие кожаные веревки тут же порвались.

Сбросив с себя железные крюки, Гэ Чжия холодно посмотрела вверх. На ней еще горели два-три маленьких язычка, но они, казалось, совсем не беспокоили ее. Голосом, в котором не слышалось и нотки страха, она спросила:

– Что за мелкие воришки прячутся здесь, притворяясь призраками?

Ее голос был ясным и твердым, совсем не таким, как у притворно косноязычного евнуха с одеревеневшим языком. Увидев, что соперница уже обнаружила их укрытие, А-Нань тоже не стала больше скрываться, развернулась, запрыгнула на перила, улыбнулась Гэ Чжие внизу и сказала:

– Евнух Бянь, какой у тебя приятный голос стал! Двадцать лет ежедневно держать во рту конопляные зерна, нелегко же тебе пришлось!

– Не понимаю, о чем ты, – холодно ответила Гэ Чжия. – Я просто проходила мимо, захотела посмотреть на новую пагоду Лэйфэн. Какой еще евнух, какой Бянь? О чем ты?

А-Нань ахнула:

– Вот это да, просто проходила, а у самой с собой железный лом, неприметная черная одежда, да еще и так воровато зашла!

– Когда женщина идет куда-то ночью, естественно, ей нужно брать что-то для защиты, разве это противозаконно?

– Верно говоришь, обычной женщине, конечно же, нужно быть начеку. – Сказав это, А-Нань взмахом руки выпустила Поток света, спрыгнула с перил и с улыбкой сказала. – Но такая бесстрашная женщина, как ты, идущая по жизни в одиночку, – не нуждается в этом…

Не договорив, девушка резко взмахнула правой рукой, и прямо на Гэ Чжию устремился ослепительный Поток света. Та выбросила вперед руку, чтобы блокировать атаку, но ее движения никак не могли сравниться по скорости с той вспышкой. Еще не разобрав, что это за свет, она почувствовала прохладу на щеке, и в следующий миг повязка с ее лица была сорвана.

Внутри пагоды и так было темно, так еще и дверь была закрыта, но в этот момент за окном ударила молния, свет проник сквозь двери и окна, внезапно осветив пагоду и лицо Гэ Чжии. А-Нань стояла совсем недалеко от женщины и четко увидела ее ясное лицо, изящные черты, миниатюрную фигуру, в молодости она наверняка была очень милой девушкой.

А-Нань спрятала механизм обратно в браслет и улыбнулась ей:

– Ай-ай, сестрица, ты же красавица, а столько лет евнухом притворялась, ну разве это не напрасная трата дара Неба?

Эта надоедливая девушка разозлила Гэ Чжию, но, догадываясь, что в пагоде наверняка есть ее сообщники, женщина развернулась и быстрыми шагами бросилась к дверям пагоды.

– Не уходи так быстро! Дай мне хорошенько рассмотреть шрам на твоем запястье. – А-Нань тут же бросилась за ней, голос ее внезапно стал холодным. – Тот, что увидела Пиннян, когда дарила тебе персики!

Гэ Чжия бросилась к двери пагоды, надеясь вырваться. Тут за ее спиной подул ветер, это вылетела сеть из механизма в браслете А-Нань, накрыв ее.

Тогда в доме Чу Юаньчжи, чтобы выбраться из ловушки, А-Нань разобрала сеть, а сейчас, хотя и собрала ее обратно, оставила ее в форме лент. Больше двадцати снежных лент выстрелили, словно живые змеи, обвивая конечности и тело Гэ Чжии, вцепились в ее руку, которой она уже успела схватиться за дверь, и оттащили обратно.

Гэ Чжия сообразила быстро, воспользовавшись моментом, пока А-Нань подтаскивала ее к себе рывками, она наклонила тело, левой ногой уперлась в тяжелую дверь пагоды, и когда А-Нань в очередной раз рванула, перехватила инициативу, развернулась и бросилась вперед. Связанная рука Гэ Чжии резко дернулась, и на ее теле снова появились скачущие огненные искры, и из-за ее стремительного броска вперед эти огоньки разлетелись во все стороны и поползли к А-Нань по тонким стальным лентам.

Видя, как снежные ленты быстро превращаются в огненных змей, А-Нань ничего не оставалось, как выбросить тонкие стальные нити, они все были в огне, и их уже невозможно было свернуть в браслет. Отскочив на два шага, А-Нань левой рукой накрыла механизм, щелкнула чем-то, раздался хлопок, и двадцать три горящие стальные ленты одновременно оторвались от механизма и грохнулись на пол.

В момент, когда она оторвала руку Гэ Чжии от двери, А-Нань успела ясно увидеть шрам