"Пожиратель солнца". Компиляция. Книги 1-7 - Кристофер Руоккио

одно колено рядом с мертвым Вечным. Не говоря ни слова, капитан запустил когтистую руку в огромную рану, которую я сделал в груди женщины Сагары. Я закрыл глаза и старался не слушать, как демонический ксенобит роется в теле мертвого колдуна. Вскоре он вытащил нечто, похожее на черный ромб размером почти в половину ладони Рамантану. Мой клинок сделал надрез посередине.

"Это оно?" - спросил сьельсин.

Я кивнул.

"Остальные еще живы?" Рамантану все еще стоял на коленях возле трупа.

Я снова кивнул, не уверенный, что существо поняло этот жест. "Это еще не все", - сказал я, проверяя, на месте ли мой меч, и дотронулся до передатчика Эдуарда. "Я должен спуститься к воде".

"К воде?" Рамантану встал, отряхивая забрызганную кровью руку. Очевидно, не стесняясь, существо принялось слизывать кровь с пальцев.

Я отвернулся. "Там есть существо", - объяснил я. "Оно может управлять кораблями противника."

Двое сьельсинов подошли с полотном с изображением плачущего глаза Воргоссоса, который они сорвали с одной из квадратных колонн зала с намерением завернуть тело копии. Что я скажу Кассандре?

Скажу ли я Кассандре?

"Осторожно!" сказал я сьельсинам, глядя на все еще окровавленные пальцы Рамантану. "Я не допущу, чтобы с ним что-нибудь случилось".

"Абба!" В зале появилась Кассандра, Ирчтани, Дааксам, прыгал за ней. Шлем был снят, на лице отражались облегчение и ужас. Она была прекраснее всех, кого я когда-либо видел, - красота чистая и честная на фоне тех насмешек, которые Сагара устроил над ее матерью. Над Валкой. Моей Валкой.

Кассандра подбежала ко мне и обняла меня почти так же неистово, как я впервые обнял копию Валки. Я встал между ней и сьельсинами, пока они ухаживали за трупом. Когда мы отстранились, она спросила: "Что случилось?"

"Кхарн Сагара мертв", - ответил я. "Во всяком случае, тот, кто правил здесь".

"Значит, все кончено?" - спросила она, глядя на тело, завернутое в черное знамя Кхарна. "Что здесь произошло?"

Все еще держа руку на ее плече, я ответил: "Спроси меня позже". В тот момент я молился о том, чтобы это было забыто во всем последующем. "Это еще не конец. Переговоры провалились".

"Ты убил ее?" - спросила девушка, глядя на останки Вечной, все еще валявшиеся на полу.

"Я сделал не больше, чем она заслуживала", - ответил я с такой злобой, которую моя бедная дочь редко слышала. "Мне нужно спуститься к водохранилищу".

"Чтобы встретиться с Братством?" Ее слова последовали за мной, пока я добирался до двери.

Дааксам издал вопросительный возглас. Кассандра знала эту историю, одна из всей моей компании. Я много раз рассказывал ей ее версию, когда она была маленькой: как мы с матерью столкнулись с чудовищем, демоном старого мира, под висячим дворцом того самого бессмертного короля. Бедное дитя, она забрела на страницы тех самых историй, которыми я делился с ней в детстве.

Чудовища, от которых она засыпала в страхе, будучи ребёнком, оказались реальны.

"Да, - кивнул я. "Чтобы встретиться с Братством. После смерти Кхарна даймон - единственный, кто может положить конец всему этому".

Кассандра схватила меня за запястье. "Я иду с тобой!"

На мгновение я почти сдался. Но после того, что произошло при дворе этого желтого короля, мой ответ был: "Нет".

"Абба!" Она была непреклонна. "Я зашла так далеко!"

В этот момент она так походила на свою мать.

"Я должен идти один", - решил я.

Кассандра не отпускала мою руку. "Ты не сможешь защищать меня вечно".

"Аnаryаn", - вздохнул я, накрывая ее руку своей. "Демон опасен. Опаснее, чем ты думаешь". Но она знала истории. Я рассказывал ей о бесчисленных руках демона, о руках, которыми он тащил меня в воду, затягивал в свои глубины. Рассказывал ей о тех руках - быстрых, как молния, - настолько быстрых, что они перехватывали дронов Кхарна в воздухе, прежде чем те успевали выстрелить. Рассказывал ей, как чудовище могло посылать свои мысли, проникая невидимыми пальцами в чужие умы. Рассказывал ей, как оно нашептало Хлысту, позволив ему связаться с Бассандером Лином.

Но это послужило воле Тихого, передав его послание мне и проложив прямой путь к моему спасению. Теперь я ясно это понял. Если бы не предательство Хлыста, я бы вечно томился в тюрьме Кхарна. Мы с Валкой могли погибнуть там, наши поиски - моя мечта - были разрушены. Братство выполнило приказ Тихого и наставило меня на путь.

Путь в Аннику, в Ллесу и снова на Воргоссос.

"Я не боюсь, - произнесла она, крепче сжимая мою руку. "Страх - это яд".

* * *

Древний лифт со скрежетом остановился, двери открылись, и мы с Кассандрой вышли на стену, откуда открывался вид на неподвижные черные воды бессолнечного моря. Кхарн называл его водохранилищем, но оно было больше любого озера. Голографии, которые Гарендот и Аввесалом Блэк выставили в Латарре, показали огромный подземный океан, занимающий большую часть площади планеты. Эта пещера, какой бы огромной она ни была, была всего лишь входом, гротом, притаившимся на краю этого огромного и неизведанного океана.

Я мог видеть слабо светящуюся на крыше пирамиду самого сокровенного дворца Кхарна, бледное пятно во всей этой черноте. Древние фонари вспыхнули, когда мы с Кассандрой вышли из лифта.

"Здесь царит смерть", - сказал Рамантану. "Я чувствую ее запах".

"Действительно", - кивнул я. В воздухе пахло разложением, грязью. Я не помнил, чтобы это место казалось мне таким зловонным, когда я в последний раз входил в эту ужасную яму, но вонь была такой невыносимой, что я едва не надел шлем.

"Ты уверен в этом?" спросила Кассандра. "А что, если оно мертво?"

"Оно не мертво", - произнес я, доставая меч.

Подъемник находился на самом конце серой стены, похожей на плотину, которая изгибалась вправо. Впереди, за плотиной и под ней, возвышались серые руины электростанции Мерикани - самой глубокой части старой крепости, где вершины больших геотермальных поглотителей были глубоко погружены в мантию планеты.

Когда мы с Валкой пришли в это место в первый раз, то прошли через этот мрачный комплекс, через разрушающиеся здания из древнего цемента и изъеденного временем камня, следуя за бесноватым Калвертом, который надеялся скормить нас компьютерному богу, обитавшему в водах. Бороды белого лишайника росли на крепостных стенах и на черных местных скалах над головой, и цвели странные грибы, их ребра были мертвенно-бледными и синими.

В том, что эти древние светильники были установлены здесь мерикани, воздвигшими древнюю крепость, я не сомневался. Их лампочки, рассчитанные на