Фантастика 2026-16 - Александр Петрович Нетылев

Ненависть, что была извечной любовницей страха.

«Они ненавидят нас! Они хотят нас уничтожить! Уничтожим их первыми!»

Если каждый будет это говорить, — то другой неизбежно получит подтверждение своим словам.

Просто, как все гениальное.

Торговому Альянсу никогда не было важно, кто победит. Чем больше воевали другие, — тем больше выгоды получали те, кто сами оставались в стороне. Каждый займ, каждый долг, каждая «милостивая помощь» одной из сторон все больше затягивала войну. На год. На три года. На восемь лет.

На Вечность.

Могли люди Данаана и Аскании справиться с этим сами, сами распутать паутину лжи? Могли ли они, отринув все противоречия, войну и ненависть, понять, кто их настоящий враг? Вместо того, чтобы жаждать победить в войне, могли ли они стремиться её закончить?

Демон-Дракон не знал ответа. Может быть, могли. Может быть, некогда у человечества был шанс.

Но оно само упустило его.

Потому и пала завеса Бездны. Поступок Ар’Бранда был лишь последним шагом в длинной череде ошибок и поражений. Принеся человеческие жертвы ради могущества, он извратил последний Завет, что еще оставался в силе.

Привечай чужака как брата.

Убей чужака ради своей страны.

Да не обратишься к колдовству.

Веди в бой армию мертвецов.

Да не принесешь человеческой жертвы.

Пусть сто восемь человек умрут ради торжества твоей веры.

Рыдал Эормун там, за Гранью. Хохотал Зверь среди синих пустошей Бездны.

А демон-Дракон просто делал свою работу.

К чести короля Ар’Зигфрида Непоколебимого, трирцы не пытались отсидеться в своих границах, когда сопредельные страны сотрясала катастрофа. Как поводом для интервенции, король воспользовался загадочной смертью своей дочери, — как будто в эпоху, когда мир погибает, кого-то до сих пор волновали дипломатия и политика!

Сорокатысячное войско схлестнулось с армией демона-Дракона у северных границ. Несомненно, то, что он собрал его в столь короткий срок, говорило о том, что Торговый Альянс запустил свои щупальца и в Трир. Прошло бы немного времени, и уже Трир сошелся бы в войне с Асканией, и жертва Бей’Ханны могла лишь отсрочить это, но не предотвратить.

Теперь же эта армия была последней преградой на пути Правления Зверя.

Пускали лучники серебряные стрелы. Героически держали оборону пикинеры, заставляя откатываться волны демонических чудовищ. Заходили с флангов эормингские хеленды в одном строю с риирами-шестибожниками. Ар’Зигфрид проделал большую работу, найдя среди жрецов последних, кто владел еще колдовской силой.

Но только было её недостаточно. Спустился демон-Дракон, и его тень накрыла ряды сражавшихся солдат. По приказу Зигфрида лучники сосредоточили огонь на нем, — но серебряные стрелы лишь бесполезно отскакивали от чешуи, неспособные пробить её.

Не могло оружие поразить того, кто порожден был самой войной.

Синее адово пламя вырвалось из исполинской пасти, обрушиваясь на ряды солдат, но не оно было главным оружием. Тысячи темных клинков и стрел разили без промаха, направляемые колдовством. Избранный Зверя легко одолел все чары колдунов Шести Богов.

Седьмой не был величайшим среди богов, — но человечество само выбрало его владыкой мира сего.

Человечество выбрало свой конец.

Клинки и чары, направляемые колдовством, подобно армии обрушились на ряды солдат. Сломался строй, когда исполненные паники, пикинеры один за другим бросали оружие, что мешало им бежать.

И уже не могли противостоять яростному натиску проклятых теней.

Трирские рыцари еще сражались. Сражались отчаянно. Многих из демонов поразили они.

Но слишком много темной силы породили годы прошедших войн, чтобы демонов можно было уничтожить.

Когда последние очаги сопротивления были подавлены, Избранный Зверя кивнул демону-Нетопырю и Золотому Копью Эормуна. Оба они когда-то были его врагами, — и оба ныне служили ему.

Полилась неторопливая, размеренная музыка костяных колокольчиков, обещавшая покой, — но столь же лживая, как и все остальное.

Столь же лживая, как и все в этом мире.

И поднимались мертвецы. Десятками. Сотнями. Тысячами.

Сорокатысячная армия мертвых поднялась, вставая под знамена демона-Дракона. А затем направилась на Трир.

Ибо вернувшийся мертвец всегда первым делом приходит за близкими.

Как удалось Торговому Альянсу привлечь на свою сторону халифов Шайтара? Вин’Элле в свое время говорил, что столь далеко на юге не имеет он интересов.

Но видимо, Вин’Элле ошибался. Да и можно ли доверять суждению разведчика, чье чутье подвело и его, и весь мир?

Всадники пустыни ударили в тыл наступавшей на торговые города армии демонов. По всем законам военного дела, подобный удар должен был нанести ей огромный ущерб. Вот только демонам плевать было на потери.

Проклятые тени были лишь отражением человечества, — а человечество давно привыкло жертвовать собой в войне.

Проскакали всадники пустыни сквозь ряды демонических тварей, срубая их клинками и запечатывая колдовскими амулетами. Развоплотился под очередным ударом демон-Ворон, — почему он был важнее остальных?

Казалось демону-Дракону, что когда-то он это помнил. Что помнила то человеческая его часть. Казалось ему, что подумав как следует, вспомнит он это и теперь.

Но когда разгорается война, человеческое умирает, и ты забываешь обо всем остальном. Такое правило установило для себя человечество, — и отражением в темном зеркале следовали ему демоны. Уже не мог, физически не мог думать Избранный Зверя ни о чем ином, кроме того, как победить врага.

Как его уничтожить.

И вот, стоило всадникам выйти на новый заход, как ловушка захлопнулась. Плотные ряды демонических тварей зажали их в клещи, — и прорваться сквозь них уже не удавалось. Спустившись ниже, демон-Дракон полыхнул огнем.

И шайтарские конные лучники смогли его ранить не лучше, чем их коллеги из Трира. Считанные секунды прошли, прежде чем лишились они всякой воли к сопротивлению и стали легкою добычей для проклятых теней.

Бездна не слышит молитв побежденных. Из конного войска, что пыталось остановить Конец Времен, не выжил никто. Их кровь стала пищей демонов, а тела восстали под знаком Копья полчищем яростных мертвецов.

Скоро, очень скоро Шайтар падет пред армиями проклятых теней, пред новым Правлением Зверя. Но не сейчас.

Сейчас его ждали торговые города.

Процветавшие еще недавно города Торгового Альянса смогли оказать на удивление неплохое сопротивление. Никогда ни с кем не воевавшие, они тем не менее были готовы к тому, что однажды их ручной зверь, имя которому Война, вырвется из-под их контроля. В оружейных торговых городов тысячами хранились тяжелые арбалеты, что могли поразить рыцаря в доспехах с двух сотен метров, и все мужское население уделяло хоть сколько-то времени тренировкам во владении этим оружием.

Темные всадники, коих было уже не дюжина, а тысячекратно больше, падали под их стрелами один за другим. Демон-Дракон