Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

— А нечего было улетать, ишь, трус какой, — Улейв отпихивал тяжелую башку, а сам, чего уж, таял и умилялся не по-мужски совсем, благо, никто не видел. Змей был почти другом, почти фамильяром, разве что без привязки, и теперь отпускала тревога: вернулся, не пострадал, не попал ни в шторм, ни под разлетевшиеся от напора стихии цвергьи щиты.

Ходка выпала на редкость несчастливой, сплошные проблемы и чрезвычайные происшествия. Хотя адепты двуликой Судьбы сказали бы, наверное, что богиня явила им свой благосклонный лик: столько смертельно опасных моментов, а они живы, целы, груз не потеряли, домой добрались почти в срок, да еще прихватили по пути новых грифонов и девчонку. Вот уж точно, хоть беги в храм с благодарственной жертвой.

Может, и стоило бы. Да, может, он и сходит воздать хвалу счастливой судьбе, за себя и за босса. Но сначала дела.

Бутыли с демонском огнем, оплетенные в семь слоев защитными заклятьями и все равно обжигающе-горячие. Пятнистые тролльи шкуры — не всякой сталью пробьешь. Гоблинские клинки в зачарованных под кровную привязку ножнах. Острая, звонкая драконья чешуя. Продать все это за справедливую цену — не легче, чем добыть, особенно когда ты торговец без лицензии, без покровителей или с очень сомнительными покровителями. Да еще когда времени не так много, чтобы выжидать, подогревать интерес и взвинчивать цены. Горячие деньки их ждут.

— Справимся, босс, — шепнул Улейв. Сам не мог бы сказать, то ли по-глупому себя успокаивает, то ли клятву дает. А имеют право не справиться? То-то же.

Разложил все по местам, проверил, навесил охранные чары. И пошел в дом. Сейчас бы вымыться, поесть нормально и спать, спать. Но сначала доложить боссу, что с товаром, и узнать, какие планы.

Долго искать не пришлось: едва в дом вошел, как услышал визгливый стариковский фальцет:

— Ты позор семьи, Делсен! Единственная причина, по которой я не вышвырнул тебя из рода и из этого дома — одного Хагоса мало, чтобы дать фамилии достаточно наследников. Но ты, вместо того, чтобы взяться за ум и исполнить долг перед семьей, болтаешься по свету, строя из себя безродного авантюриста! Ты, носитель крови и магии Лоссеивалей! Вместо того, чтобы занять, наконец, подобающее тебе место…

— Дед, хватит, — оборвал босс. — Долбишь одно и то же. Сам о чем думал, пока еще мог обзаводиться наследниками? Интриги крутил?

— Я делал то, что считал необходимым для величия рода!

— Вот и радуйся теперь. И не испепеляй меня взглядом, не получится. У тебя есть мой правильный братец, возрождайте фамилию с ним.

Улейв остановился у дверей, из-за которых слышались голоса. Прислонился к стене, спрятал руки в карманы. Как всегда, дед с внуком столкнулись в зимнем саду: такое уж место, никак его не минуешь. И, как всегда, никому из них эта встреча настроения не улучшила.

— Что за девку ты приволок?

— Девушку, — ровно, очень ровно ответил босс.

— Это ответ? — Казалось, старик сейчас начнет плеваться ядом. Улейв прижался затылком к стене и закрыл глаза. Если босс терпит старого пня, не ему вмешиваться. А хотелось — до зуда в кулаках.

— Не девку, а девушку, — с холодной яростью пояснил босс. — Она гостья. Улейв, хватит там торчать, заходи.

— Товар в порядке, звери тоже, — сразу, едва войдя, отчитался Улейв. На старика он смотреть не хотел, но все равно заметил, как того перекосило. Гарсин Лоссеиваль, бывший глава великой семьи, бывший архимагистр, бывший первый богач королевства, был отвратителен в своей ненависти. Оставайся у него хоть капля магии, лучшим решением было бы даже в одном городе с ним не останавливаться, не то что в одном доме. Но магию старик утратил и навредить не мог, а родовое гнездо Лоссеивалей слишком хорошо подходило для базы. Пока не вернулся упомянутый в разговоре Хагос.

— Значит, приводим в порядок себя, — с едва заметной усмешкой подытожил босс. — Дед, замолчи уже, не зли меня. А то, гляди, сам откажусь от фамилии, и плакали все твои надежды на возрождение.

Старик сплюнул и вышел, бормоча под нос бессильные проклятия.

— Как ты его не пришиб до сих пор, — не выдержал Улейв. Зимний сад угнетал: давно умершие, засохшие растения, закаменевшая земля в пыльных, затянутых паутиной кадках. Ни магии, ни работников, чтобы поддерживать здесь порядок и жизнь.

— Сам не знаю. Спроси еще, как я до сих пор этот дом не спалил к демонам.

В двери заскочила Орья, голенастая, белобрысая, восьми лет от роду, протараторила, пожирая их обоих восхищенным взглядом:

— Мамка велела передать, обед через час, батя воду в купальне приготовил, газеты и почта за все время в зеленой гостиной сложены, если доктора надо позвать, так я сбегаю.

— Доктора не надо, аптечки хватит, — босс потрепал малявку по затылку. — Матери скажи, с нами гостья, но она до утра точно проспит. Мы заняты будем, пусть присмотрит.

— Ага, — девчушка кивнула и умчалась, а босс хмыкнул тихо: — Вот потому и не спалил. Пойдем. Наконец-то я почувствую себя человеком.

Уже после, когда они смыли с себя дорожную пыль, грязь и кровь, обработали ссадины и расслаблялись в горячей ароматной воде, Улейв спросил:

— Ты Элси сонными чарами приложил, что ли?

— Ей надо было, одеревенела вся, с грифона сама не слезла бы. Пусть отдохнет.

— Спорим, она тебе спасибо не скажет? Девчонка же! Тоже, наверное, вымыться сначала захотела бы.

— Проснется — вымоется, тоже проблему нашел. Проблема — что с ней дальше делать.

Босс ушел под воду с головой, вынырнул, откинул с лица потемневшие волосы. Сейчас, без смазывающих черты чар неприметности, он выглядел тем, кем и являлся — отпрыском великого рода, которому торговля никак не к лицу. Вот только Улейв знал, что его босс не планирует возрождать почти угасший род. Делсен Лоссеиваль плевать хотел на былое величие, амбиции предков и ту непомерную гордыню, которая, в итоге, и привела семью к краху.

— И что ты собираешься с ней делать? — осторожно спросил Улейв.

— Я? — босс поднялся из мраморной купели, стряхнул воду с волос и призвал полотенце. — Разве не ты плясал вокруг нее всю дорогу, распускал хвост, как мальчишка, выставлялся,