Атланты 1-9 - Дмитрий Владимирович Колосов

— Хорошо, я подумаю. Быть может, ты прав. Рассказывай свой сказку. Я принимаю твои условия.

— Если ты засмеёшься…

Царица кивнула.

— Если услышишь мой смех, знай, что я отпускаю Бальдра. Он будет свободен. А заодно я отпущу тебя. В виде особой милости. Великой милости! Ведь побывавший в гостях у Хель не вправе рассчитывать на то, что вновь увидит солнце. Начинай!

Хель поудобнее устроилась в кресле, давая понять, что готова слушать меня. Я, в свою очередь, собрался с силами, призвав на подмогу всё своё красноречие и остроумие.

— Был пир, — начал я. — Славный обильный пир. Палаты Гладсхейм освещали двенадцать пылавших мечей. Они были развешаны на стенах, и сияние их заливало залу огненным светом. Дети Солнца праздновали день рождения своего повелителя Хрофта. Неведомо, какой по счету день рождения. Они веселились. Они пили сладкий мёд и поглощали отменно приготовленные яства, они мерялись силой и пели хмельные песни. К утру все устали и забылись тяжёлым крепким сном.

Я улыбнулся, всем своим видом показывая: ну что боги? Мы ведь как люди. Ничто человеческое нам не чуждо! Хель кивнула в ответ, показывая, что ей нравится начало рассказа. Улыбнувшись шире, чем прежде, я продолжил:

— Первым проснулся великий Тор, красивый, яростный и могучий. Он встал с мыслью о долге. Каждый день Тор встречал с мыслью о долге. Он тревожился о судьбе Солнечного мира, какому угрожали злобные турсы, и всегда был готов грудью стать на его защиту! — Признаться, тут мне захотелось расхохотаться. Если вы помните, мне однажды уже довелось поведать сию историю, но изложена она была несколько иначе. Там было мало пафоса и много правды. Теперь же предстояло перевернуть всё с ног на голову. Женщина — существо восторженное и любит романтические истории. А Хель была прежде всего женщиной. Посему надлежало слегка переписать историю, сделав из недотёпы героя. Но при этом моя история должна была быть смешной. — Итак, Тор проснулся с намерением отправиться на обход владений асов. Он стал искать молот, но не нашёл его. Коварный турс по имени Трюм, воспользовавшись весельем богов, выкрал бесощадный ко вражьему Мьёлльнир. Он и не скрывал этого, прислав вестника с дерзкими словами. Представ перед Хрофтом, вестник объявил нам:

«Да, я запрятал

Хлорриди молот

на восемь поприщ

в землю глубоко;

никто не возьмёт

молот обратно,

разве что Фрейю

в жены дадут мне».

Сам того не замечая, я стал подражать высокому штилю Браги.

— И возмутились светлые асы. Но ничего не могли они сделать с предерзким ётуном, ибо с исчезновением Мьёлльнира ослабла сила богов. И обратились тогда они к мудрому и прекрасному Локи, то есть ко мне.

— Скромно и со вкусом! — оценила мои потуги царица мёртвых, не одарив при этом, на что я весьма рассчитывал, улыбкой.

— Да. Локи пришёл на помощь и придумал, как отвратить беду. Ведь Фрейя ни за что не соглашалась стать супругою турса. Тогда пусть ею станет Винг-Тор! — воскликнул Локи. Обрядим его в красивое платье, нацепим на шею ожерелье, а на белые длани — браслеты! Но Тор засмущался. Слишком нелепым показалось ему предложение мудрого Локи. Покачав головою,

Тор отвечал,

отважнейший ас:

«Меня назовут

женовидным асы,

если наряд я

брачный надену!»

Но Локи не сдался. И принялся он уговаривать Тора. Локи напомнил ему, какою бедой может обернуться утрата могучего Мьёлльнира. И Тор, верный защитник Асгарда, решил во имя отчего дома отдать себя на посмешище. Ладно, пусть будет по-твоему, Локи, сказал Тор. И боги начали обряжать могучего бога.

Тору надели

брачный убор,

украсили грудь

ожерельем Брисингов,

связка ключей

забренчала сзади,

женская скрыла

колени одежда,

камней дорогих

на грудь нацепили

голову пышным

убором накрыли.

Весело хохотали боги, разглядывая Тора, столь нелепого в женском одеянии. Уж больно смешно выглядел могучий бог!

Я сделал паузу и покосился на Хель. История с переодеванием Тора была одной из самых смешных, а значит, и выгодных частей повествования. Обыкновенно в этом месте на слушателей нападал безудержный хохот. Но Хель холодно взирала на меня. Губы её выказывали полное равнодушие. Было от чего прийти в отчаяние, но Локи не таков, чтоб сдаться! Всем своим видом выказывая уверенность в успехе, я продолжил рассказ.

— На этом переодевания не закончились. В женские одежды облачился также Локи, вызвавшийся сыграть роль служанки. Он должен был сопровождать невесту турса и вести умные речи, так как могучий Тор не слишком умел на язык. И Локи выглядел презанятно, и боги потешались уже над ним. Смеялся и Тор, хоть его и глодала кручина. Слуги запрягли козлов Тора. То были стремительные скакуны, способные обогнать даже ветер. Козлы имели причудливые имена Тангниостор и Тангриснир[8K93] и были столь забавны, что, глядя на них, невозможно было не рассмеяться. — Я с надеждой уставился в глаза Хель. Её взор был бесстрастен, почти мёртв. Мне оставалось лишь продолжить. — И отважные боги отправились к злобному турсу. Они ехали много дней и ночей, пока не прибыли во владения ётуна. Тот принял гостей в хоромах, столь огромных, что самая высокая гора казалась кочкой в сравнении с ними. Трюм принял гостей любезно. Кликнув слуг, он велел подать свежего пива и в изобилии всякой еды. Боги сели за стол и принялись есть и пить, а могучий турс всё не мог отвести взора от своей наречённой, прятавшей лицо под густою вуалью. Он думал, что это Фрейя, и грезил о сладких ласках, какие ожидали его ночью. Локи трапезничал с оглядкою, внимательно следя за ётуном, а вот Тор, неуёмней ни в сече, ни в пиршестве, совершенно забыл про то, что обязан изображать нежную девицу. Он съел целого быка, отправив вдогонку за ним восемь громадных лососей и бессчётное множество тарелок со сластями. Всю эту снедь Тор залил тремя бочонками крепчайшего пива. Столь великий аппетит поверг хозяина в трепет. Почесав шестипалой лапой лохматую голову, турс вопросил у гостей:

«Где виданы девы,

жаднее жевавшие?

Не знал я невест,

наедавшихся так,

и дев, что по стольку

пива глотали!»

Тор испугался разоблачения. Только представь, царица, у могучего и отважного Тора даже затряслися поджилки! — Я расхохотался, искоса наблюдая за Хель. Та со скучающим видом рассматривала ногти на руках. — Но на помощь пришёл мудрый Локи. Губы его были накрашены, а брови подведены. Играя глазками, словно вожделеющая мужа девица, Локи ответил ётуну:

«Восемь ночей

не ела Фрейя,

так не терпелось ей

к турсам приехать».

И глупый турс поверил обманщику Локи. Покраснев от удовольствия, самодовольный ётун