Атланты 1-9 - Дмитрий Владимирович Колосов

горестный клич по мирам. Они пели торжественно и грустно. Зов их небесным пением звучал в Асгарде, неистовым громом скатывался с Среднеземье, заставляя дрожать людей и цвергов, достигал границ Ётунхейма и гремящей лавиной скатывался к вратам Хель, где затихал. Дети Солнца горевали по поводу смерти светлого Бальдра, и они делились своим горем с теми, кто считались ниже богов. Дети Солнца требовали воздать скорбь тому, кто даровал весну и зачатки урожая, кто согревал первым теплом и щедрою дланью разбрасывал ростки животворящего света. Дети Солнца извещали мир о трагичной кончине. Но, даже умерши, Бальдр должен был сослужить Семье добрую службу. Я решил попытаться использовать его смерть. По моему приказу Гна отправилась сначала к альвам — чёрным и белым. Передав им известие о смерти Бальдра и приглашение явится на его погребение, посланница поспешила в Ётунхейм — в обитель грозных турсов. Людей я решил не звать. С некоторых пор люди стали слишком жестоки и высокомерны. Они с неохотой приносили жертвы богам и всё реже поминали нас в страстных молитвах. Нетрудно предположить, сколь велика станет гордыня людей, если пригласить их на похороны Бальдра.

Скорбное торжество было назначено на следующий день. А сегодня я сделал несколько важных распоряжений. Я велел Форсети созвать тинг. В Зале Совета обрались все, за исключением Хеймдалля, занявшего свой пост у моста, и Тюра, отправившегося вместе с отрядом эйнхериев по следам сбежавшего Локи. На этот раз по бокам от меня занимали места Фрейр и Тор, что должно было свидетельствовать о новой расстановке сил в Семье. Вглядываясь в лица богов, одни — тревожные, другие — таящие сокровенную мысль, я начал свою речь.

— Свершено ужасное злодеяние… — произнёс я, всем видом своим выражая горе. Не знаю, любил ли я Бальдра, но смерть его вызвала у меня скорбь. Возникло чувство, будто потерял часть себя — частицу крохотную, но необъяснимо важную. Обыкновенно подобное чувство приходит спустя время после утраты, меня же оно посетило сразу. Я вздохнул и провёл рукой по глазам, чувствуя, что они вот-вот наполнятся слезами. — Мы понесли большую утрату. Сразу двое членов Семьи отправились в подлунный мир. Я говорю о Хёде, невинной жертве нашего гнева… — Я взглянул на Фригг, лицо её было бледно, а глаза красны, и решил не заострять внимание на этой теме. — Он бросил роковой прут, но чужая злая воля направила руку! Локи! Снова этот мерзавец Локи!

Я сильно закашлялся, искоса следя за реакцией окружающих. Все они взирали на меня если не с откровенным сочувствием, то, по крайней мере, с волнением. А оно как нельзя кстати в подобных делах.

— Это Локи нанёс удар, погубивший Бальдра. И нет ему прощения, ибо ничем не возместить утрату, какую понесли мы. Мы долго терпели злодейства, чинимые Локи. Так больше нельзя.

— Не беспокойся, Харбард, Тюр догонит Злоумного и бросит его к твоим ногам!

Я благодарно кивнул Тору. Верный Тор! Ах, этот верный Тор! Он почему-то не вызвался самолично поймать беглеца, хотя в другой раз ни за что не уступил подобную честь. И я знал — почему. Как догадывались об этом и многие из присутствующих, исключая разве что самых несообразительных.

— Мы должны непременно поймать Локи! Слишком много горя он принёс Семье, и слишком долго мы терпели это! Мы не можем позволить себе быть беспечными в час, когда мирам грозит смертельная опасность! Сразу после похорон Тор, Фрейр, Улль и Ньёрд присоединятся к Хеймдаллю и Тюру и отправятся по мирам в поисках Локи. Я буду поддерживать с вами связь. Вы приведёте мерзавца в цепях! И пусть собрание богов решит его дальнейшую участь!

— Да будет так! — напыщенно провозгласил Форсети.

— А сейчас мы должны заняться скорбным делом — свершить обряд прощания с усопшим Бальдром.

Здесь я не сдержался и всхлипнул. Лица вокруг, как по команде, изобразили сочувствие. Лишь у немногих оно было искренним, но я иного и не ожидал. Кивком головы я дал понять Форсети, что он может начать свою речь. Церемонией похорон занимался именно Форсети, как официальный представитель Семьи на всех торжественных мероприятиях, связанных с присутствием посланцев из прочих миров. Форсети, славящийся страстной любовью к крючкотворству, извлёк из-за пазухи кусок пергамента.

— По поручению Семьи и лично великого Хара я осуществил подготовку к траурной церемонии по погребению нашего брата Бальдра. В целях проведения вышеуказанного мероприятия мною приняты следующие меры. Первое, даны все необходимые распоряжения для сооружения погребального пепелища. Два отряда эйнхериев отряжены за дровами и хворостом, валькириям поручено обмыть тело Бальдра и облачить его в лучшие одежды. Я лично слежу за исполнением этих поручений. Второе, мною направлены посланцы в Ётунхейм и Альвхейм с известием о смерти Бальдра и приглашением прибыть на траурную церемонию. Третье, так как ожидается прибытие гостей, многие из которых известны своим недружелюбием, я распорядился усилить охрану Радужного моста, для чего в помощь Хеймдаллю отряжён отряд эйнхериев. Четвёртое, валькириям и рабам приказано принять все надлежащие меры для достойного приёма и размещения гостей. Для этой цели отведены палаты Ноатун, Сёкквабекк и Фолькванг. — Послышалось негромкое восклицание Фрейи, недовольной тем обстоятельством, что в её изысканно отделанных покоях будут жить какие-то ётуны или цверги. — Пятое, я позаботился о том, чтобы отремонтировать дорогу от палат Брейдаблик к месту, где будет совершено погребение. Этим занимаются два отряда эйнхериев. Шестое, отданы распоряжения к приготовлению поминального пира. Для этой цели отпущено сто быков, десять раз по сто — овец, тридцать раз по сто — чешуйчатых рыб, сто раз по сто молодых цесарок, соответствующее количество хлеба и овощей, а также сто бочек мёда, пива и вина из Винланда. В связи с подобными расходами должен заметить, что наши запасы изрядно истощены. — Говорун выразительно посмотрел на меня, я проигнорировал его безмолвный вопрос. Тогда Форсети сложил лист и торжественно провозгласил:

— И седьмое, принятые мною меры одобрены Советом Семьи!

Председатель закончил свою речь и вновь уставился на меня, ожидая дальнейших распоряжений. Я счёл нужным похвалить его рвение.

— Отлично поработал, Форсети! Ты самый дельный из всех нас!

Форсети буквально расцвёл от похвалы.

— Спасибо, Хар.

Я обвёл глазами собравшихся.

— Думаю, всем всё ясно. Завтра поутру — похороны Бальдра. Перед этим я проведу переговоры с великанами и альвами. В преддверии надвигающейся войны стоит попробовать договориться с ними, чтобы объединить силы в борьбе против огненных людей.

— Считаешь, они согласятся пойти на союз с нами?

Я покосился на Тора.

— Почему бы и нет? Наши отношения не обличаются дружелюбием, но когда