Атланты 1-9 - Дмитрий Владимирович Колосов

— Все говорят, что это был ты! — пытался поддержать рассыпающееся обвинение Дубиноголовый.

— Говорят-то все, но кто видел?! Кому-то очень хочется, чтобы это был я! Но подобное желание вовсе не является свидетельством моей вины. Но я не намерен оправдываться. Мою невиновность подтвердит сам Бальдр, он знает, чья рука вложила смертельный дрот. Ибо для побывавшего в Хель не остаётся тайн.

— Локи Прекрасноликий, ты ведь знаешь, как соединить душу моего сына с его телом? — заискивающе спросила Фригг.

Вот так-то! — подумал я. Однако как немногого нужно, чтобы превратиться из Злоумного в Прекрасноликого! Как же мало для этого требуется!

— Знаю, — ответил я. — Хель научила меня, что нужно сделать, чтобы ушедшая в Подлунный мир душа Бальдра вернулась к Солнцу. Для этого наш мир должен оплакать светлого бога. Излить печаль по Бальдру должны все: Дети Солнца и Дети Луны, Дети Камня и Дети Льда. Пролить горькую слезу обязаны дикие твари и поднебесные птицы, рыбы и ползучие гады. Деревья и кусты, трава и камни — всё должно плакать по Бальдру!

Сзади послышалось негромкое покашливание. Я обернулся. Хрофт улыбался мне.

— Ну, положим, мне удастся уговорить светила и скалы. Положим, Улль поговорит с тварями, а Ньёрд и Фрейр — с побегами трав и деревьев. Но как убедить ётунов после того, как Тор оскорбил их, убив могучего Хрунгнира? Как уговорить цвергов, распалённых злобой из-за смерти альва Нара, сброшенного в костёр Фрейром? Как убедить всех тех, кто готовятся к войне с Солнечным миром?! Думаешь, кому-нибудь удастся это?

Если Хрофт намеревался озадачить меня подобным вопросом, то он просчитался.

— Я сумею убедить их! Дети Луны, Камня и Льда по-доброму относятся к Бальдру. К тому же я скажу им, что вернувшийся в Солнечный мир Бальдр воссядет на трон богов и займёт место того, кто был виновником его смерти!

Это был красивый, умело поставленный удар. Засилье Хрофта становилось всё более невыносимым. Многие из Детей Солнца были не прочь поменять Одноглазого на Бальдра, фигуру, куда более приемлемую для большинства. Думаю, здесь меня поддержали б даже Фрейр с Тором.

Слушатели встретили мои слова дружным гулом, тут же, впрочем, умолкнувшим. Все ждали, что скажет Одноглазый.

— Опасное обвинение, Локи! — прошипел Хрофт. Лицо его было бледно от гнева. — Берегись, если не сумеешь его доказать! Мы схватим тебя, как лжеца, и навеки прикуём к скале.

— Я докажу! Бальдр докажет. Но мы будем следить за тем, чтобы плакал и ты.

— Запла'чу! — пообещал Хрофт. — А вот сумеешь ли заплакать ты, Локи?!

Одноглазый бросал мне, словно перчатку, вопрос, уже однажды заданный им прежде. В его словах явно скрывался какой-то подвох, но сейчас у меня не было времени, чтобы размышлять над этим.

— Сумею, — сказал я. — Сумею! Давайте же займёмся делом. Мы должны успеть оживить Бальдра к закату солнца, иначе будет поздно. Или ты боишься, Ярл, что воскресший Бальдр покарает тебя за учинённое тобою злодеяние?

— Нет, — ответил Хрофт. — Я ничего не боюсь.

— Так приступай! За тобою — светила и камни.

— Сначала попробуй договориться с ётунами и цвергами! — с презрительной усмешкой бросил мне Одноглазый.

— Эта моя проблема. Присмотрите-ка за Бальдром.

Кивнув стоящему рядом Уллю на призрак, я исчез. Постигнув тайну Ясеня, я научился перемещаться в мирах вне времени и пространства. Теперь я знал ответ на загадку, поразившую воображение Хёнира. Я знал, как Хрофт мог бывать одновременно сразу во многих местах. Допущенный по сень Иггдрасиль может обретаться вне пространства и времени. Лишь обладая подобной способностью, сознаешь, какие громадные возможности она предоставляет. На путь, какой раньше отнял бы по меньшей мере день, я потратил всего несколько мгновений. Блеснул ослепительно яркий луч света, и я обнаружил себя стоящим посреди огромной залы, стены и потолок которой были выложены из дикого, грубо отёсанного камня. Моё появление вызвало переполох, впрочем, не слишком продолжительный. Сидевшие за столом ётуны повскакали со своих мест. Самые нервные схватились даже за оружие, но тут же были остановлены властным окриком своего предводителя, узнавшего меня.

— Стойте, братья! — Вафтруднир ухмыльнулся, продемонстрировав отменные клыки. — Кто к нам пожаловал! Да это же сам Локи Злоумный, какого повсюду разыскивают его же собратья, чтоб покарать за смерть Бальдра!

Пока великан неторопливо нанизывал на нить речи бусины слов, я огляделся. В зале находилось по меньшей мере три десятка ётунов, многие из которых были вооружены. Судя по этому оружию и свирепым физиономиям, Дети Луны собрались, чтоб обсудить планы грядущей войны, о какой упомянул Хрофт. При упоминании моего имени великаны, было опустившие оружие, вновь схватились за мечи, топоры и дубины, вырезанные из цельных стволов деревьев из леса Мюрквид. Дубины эти, своей крепостью не уступавшие стали, были излюбленным оружием Детей Луны.

— Смерть ему! Смерть Локи! Смерть негодяю!

От подобных выкриков любой другой непременно оскорбился бы, я ж даже не обиделся. Признаю'сь, у великанов были веские причины меня недолюбливать. Мои затейливые шутки стоили жизни не одному ётуну. В своей безудержной ярости великаны были смертельно опасны, но сейчас их гнев не вызывал у меня ничего, кроме смеха. Я не стал лишать себя удовольствия и расхохотался. Этот смех подействовал на великанов самым странным образом. Они вдруг дружно успокоились, а потом также принялись хохотать. Первым засмеялся Вафтруднир, потом к нему присоединились и остальные, среди которых я знал морского турса Эгира, великана Голльнира, громадного ростом ётуна Тукира. Дождавшись, когда хохот, похожий больше на горный обвал, стихнет, я промолвил:

— Рад, что достойные Дети Луны сохранили способность ставить разум выше чувств.

Вафтруднир, в мгновение ока расставшийся с улыбкой, одарил меня тяжёлым взглядом.

— Говори, зачем пожаловал.

Я не стал томить хозяев пустыми разговорами и изложил свою просьбу. Ярл Детей Луны задумался, все прочие ётуны почтительно молчали.

— Так говоришь, в этом случае главою вашей Семьи станет Бальдр? — Я кивнул. — Но тебе известно, что мы во вражде с Семьёю Детей Солнца?

— Я в курсе.

— Помогая вам вернуть Бальдра, мы тем самым усиливаем вас, — глухо вымолвил ётун.

— Но на смену Одину, какого вы ненавидите, придёт Бальдр, не сделавший вам ничего дурного. Мы могли б помириться. Полагаю, в час, когда нашим мирам грозит страшная опасность, Детям Луны и Солнца следует сотрудничать друг с другом. От этого выиграют обе Семьи.

— Но обида, нанесённая нам, слишком сильна.

— Полагаю, Семья извинится и выплатит положенный в подобном случае выкуп.

Вафтруднир скорчил мину, должную выражать сомнение. Обведя глазами собратьев, он, в конце концов, произнёс:

— Не знаю, выгодно ли