Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

Я написал ему, коротко и по делу. Что мою мастерскую закрыли по жалобам с поддельными фотографиями, и у меня есть десять дней на обжалование этого предписания.

Михаил ответил почти сразу, и предложил личную встречу, желательно на моей территории. Не уверен, что у него вообще был свой личный кабинет.

Я назвал адрес мастерской, и мы договорились о встрече на час дня.

* * *

Михаил Ильин появился в моей мастерской ровно в час. Молодой человек двадцати восьми лет, в джинсах и белой футболке, а сверху куртке. Он держал в руках папку для документов, и носил очки в тонкой оправе.

Человек, который хочет казаться старше своих лет, это читалось в каждой детали.

— Здравствуйте, — поздоровался я. — Меня зовут Артём Краснов, это я вам писал. Проходите, присаживайтесь.

— Добрый день, — он кивнул и сел напротив меня за стол. — Итак, рассказывайте.

Я кратко объяснил ему суть своей проблемы. Затем показал постановление о закрытии, и он принялся его изучать.

— Интересно, — сказал Михаил Николаевич. — Фотоматериалы как доказательная база — это слабая позиция при оспаривании. Особенно если источник жалоб можно проследить.

— У меня есть основания полагать, что жалобы сфабрикованы, — ответил я. — Но доказательств нет.

— Для этого и есть я, — ответил молодой человек. — Я готов взяться за ваше дело.

Это были приятные слова, но впереди был ещё один очень щекотливый момент.

— У меня нет денег на оплату ваших услуг, — сказал я.

Михаил удивлённо посмотрел на меня.

— Я начинающий юрист, но благотворительность не входила в мои планы, — заметил он.

— Я могу предложить кое-что другое, — ответил я.

— И что же? — с интересом уточнил тот.

— Во-первых, случай в ваше портфолио, — ответил я. — Дело вы только начали, и вам нужны первые клиенты. А любой успешный случай поможет вам в вашем деле.

Это же то же самое, что и при дворе. Если нарисуешь хороший портрет, то о тебе сразу же пойдут слухи. Клиенты рассказывают знакомым, те свои знакомым, и так далее.

Но изначально первый клиент же должен откуда-то прийти.

— А во-вторых? — Михаил поправил очки и посмотрел мне в глаза.

— Я могу сделать вам татуировку, — пожал я плечами. — Как только мы отвоюем назад мою студию.

Ильин усмехнулся, снял очки и тщательно протёр стёкла. Так видимо, берут паузу все люди, которые носят очки. Семён Маркович с утра делал также.

— Татуировку, — повторил он. — Юрист с татуировкой не будет выглядеть серьёзным.

— Я не предлагаю делать её на лице, — заметил я. — На ноге, на спине. На том месте, где в рабочее время её видно не будет. Она ведь будет для вас, а не для других.

Он надел очки и пару мгновений помолчал.

— Насчёт татуировки я ещё подумаю, — заявил он. — Но успешное дело в моём портфолио и правда не повредит. Так что договорились.

Он достал лист бумаги и начал что-то писать.

— Я подготовлю иск об обжаловании постановления, — сказал Михаил. — Параллельно поищу эксперта по фотоматериалам. У меня есть один знакомый в университете, занимается цифровой криминалистикой. Возможно, согласится помочь по-дружески. Вам нужно собрать договор аренды, любые фотографии мастерской до закрытия с датой, показания соседей или постоянных клиентов. Чем быстрее, тем лучше. Хорошо бы, если свидетели, реальные клиенты, смогли бы сами выступить в суде.

Клиентов у меня побывало уже довольно много. Думаю, смогу что-то придумать.

— Хорошо, — кивнул я.

Он протянул мне руку, и я ответил на рукопожатие.

— Вернём вашу мастерскую, — на прощание сказал Михаил Николаевич.

И вышел за дверь.

* * *

После ухода юриста я некоторое время потратил на тренировку, чтобы не забывать навык. А затем отправился к Вике.

Пока не было клиентов по татуировкам, то можно было закончить проект у девушки дома. Я заранее созвонился с ней, так что она меня ждала.

— Привет, — радостно улыбнулась Вика. — Слушай, я так переживала. Мне Денис тут звонил… Короче извинился за тот случай, сказал, что он был не прав. Что ты с ним сделал?

— Просто поговорил, — уже второй раз за сегодня ответил я. — Иногда проблему можно решить простым разговором.

— Раньше такое с ним никогда не срабатывало, — усмехнулась Вика. — Так что ты просто волшебник. Ну проходи, не стой в прихожей.

Я прошёл в комнату, осмотрел успевшую высохнуть стену. Серо-голубой туман лежал ровным слоем, напоминая не то рассвет, не то сумерки. То, что надо.

Надел респиратор и перчатки, достал баллончики, тщательно встряхнул каждый из них.

— Сегодня буду делать деревья, — объяснил я Вике. — Ближний план. И попробую один трюк с листьями. Провернуть.

Я накрутил на баллончик чёрной краски широкий кэп, чтобы получилась плотная линия. Сделал пробный выстрел на куске картона, который прихватил с собой. Краска легла ровно, без подтёков. Значит, давление в норме, баллончик хорошо взболтан.

Подошёл к стене. Первое дерево будет располагаться ближе всех. Оно должно быть самым тёмным, самым детализированным. Я начал его с контура ствола. Вёл баллончик снизу вверх, не останавливаясь на полпути. Если рука задержится на одном месте, то краска начнёт течь, образуя некрасивые потёки. Этому меня научили первые тренировки с баллончиком в мастерской, когда я только-только взял его в руки.

Ствол получился немного неровным, с утолщениями, как у настоящего старого дерева. Отлично.

Для веток я сменил кэп на тонкий «лайнер». С ним линия получалась чёткой. Но работать так сложнее, малейшее колебание руки и линия начнёт плыть.

Я делал короткие движения от ствола наружу, нанося краску в два слоя. Первый слой едва заметный, чтобы обозначить направление. Второй через минуту, когда первый чуть подсох, более плотный и насыщенный.

Между ветками оставлял промежутки для воздуха и света. Туман уже просвечивал сквозь крону дерева.

Когда ствол и основные ветки были готовы, я отступил на шаг и оценил композицию. Не хватало листвы. Но рисовать каждый лист отдельно было бы слишком долго. Поэтому тут нужен трафарет.

На плотном картоне я набросал несколько форм, и вырезал их ножом.

Приложил трафарет к кроне дерева, прижал свободной рукой и короткими нажатиями нанёс краску. Появились аккуратные листья.

Затем второй трафарет, для бликов. Тонкие серповидные полоски белого цвета.

Закончив с первым деревом, перешёл ко второму. Оно уже было светлее, с меньшей детализацией. Здесь я обошёлся без трафарета, просто нанёс контур ствола и несколько крупных веток. Листву сделал серым цветом.

Третье дерево, ещё дальше. Ещё меньше деталей.

К концу вечера стена ожила. Деревья, укутанные туманом, создавали глубину. Лес начал оживать.

— Как же красиво! — воскликнула Вика. — Слушай, я даже не