Вирус Aeon. Нева - Татьяна Кравченко

— Уезжали от погони, — коротко, без лишних деталей, бросила Нева, ее взгляд на миг стал стеклянным, будто она вновь видела в зеркале заднего вида искаженные лица преследователей и слышала свист пуль.

— На машине? — не унимался подросток, его глаза загорелись искоркой былого, почти забытого интереса к миру за стенами.

— Да, — кивнула она, и в этом кивке была целая история бегства и отчаяния.

— Она за тем домом, — Нева чуть двинула подбородком в сторону, откуда они пришли, в направлении, которое теперь казалось светлой, но такой опасной свободой. — Мы должны её забрать. И уехать. Домой.

— У вас есть дом? — воскликнул Брайан, и в его голосе прорвалось неподдельное, детское изумление, словно он услышал о чем-то волшебном и невероятном. Для него, жившего в четырех стенах подвала, само это слово, вероятно, звучало как сказка.

— Да, — снова коротко ответила Нева, и на ее обычно суровых губах дрогнул почти что призрак улыбки. — Не подвал. Вполне прилично. И меньше, горазда меньше мертвечины, чем у вас, — она сделала легкий, почти небрежный жест рукой в сторону замурованного окна, за которым, в гнетущей тишине, все еще слышалось неясное шевеление, похрипывание и скрежет — голоса того мира, что остался снаружи.

После этих слов в подвале воцарилась густая, тягучая тишина, будто время замедлило свой ход, застряв между прошлым, которое было кошмаром, и будущим, которое казалось одновременно пугающим и манящим. Каждый присутствующий погрузился в свои мысли, прислушиваясь к далеким, приглушенным звукам, доносящимся сверху: где-то в высотке, накрытой мраком, с грохотом падала бетонная плита, или чья-то медлительная, неуверенная поступь волочилась по разбитому коридору. Каждый такой звук отзывался в груди холодным, знакомым эхом страха.

Сет наконец оттолкнулся от стены и тяжело опустился на матрас рядом с Джиной. Его глаза были полуприкрыты, веки отяжелели от усталости, но пальцы по-прежнему мертвой хваткой сжимали рукоять автомата. Джина, не говоря ни слова, придвинулась к нему ближе и положила голову ему на плечо, найдя минутное утешение в простом человеческом касании. В тусклом свете их силуэты, сидящие рядом, выглядели уставшими, но не сломленными.

Нева снова посмотрела на девочку. На тоненькие, белые пальцы, вцепившиеся в грубую ткань дедовской рубахи, как в единственную надежду на спасение. На ее испуганные, слишком большие глаза. И в самой глубине, под слоем стали и прагматизма, в душе Невы что-то болезненно сжалось, напомнив о том, что она когда-то тоже была человеком, а не просто машиной для выживания.

И мысль Джины, настойчивая и ясная, снова отозвалась в ее сознании, уже не шепотом, а твердым, неоспоримым фактом: «Мы должны их забрать. Мы обязаны». Теперь это был уже не порыв, а решение. Приказ самой себе.

Глава 70. Агентство праздников ФЕЙЕРВЕРК

Нева сама не поняла, как заснула. Казалось, лишь на миг прикрыла глаза, позволила тяжелым векам сомкнуться, отпустила натянутые, как струны, мышцы после бесконечного дня, наполненного бегом, выстрелами и адреналином. И этот миг обернулся глубоким, беспробудным провалом, из которого ее выдернул легкий, но настойчивый толчок в плечо. Она вздрогнула всем телом и резко распахнула глаза, зрачки мгновенно сузились, адаптируясь к тусклому свету свечи. Перед ней, склонившись, стоял Брайан. Губы его почти не двигались, а слова выходили едва слышным, шелестящим шепотом, предназначенным только для нее:

— Пошли. Они ушли…

Сон слетел с нее мгновенно, не оставив и следа. Разум прояснился, острый и холодный. Она приподнялась на локте, и первым делом рука сама потянулась к автомату. Привычным, отточенным движением она сняла его с предохранителя, большим пальцем проверила полный магазин, шероховатость металла и прохлада пластика успокаивающе подействовали на нервы. Вторая рука нащупала рукоять ножа на поясе, легким толчком проверив, надежно ли он сидит в ножнах. Только после этого она глубоко, почти беззвучно вдохнула, заставляя бешено колотившееся сердце успокоиться.

Ее взгляд скользнул по подвалу. На матрасе у дальней стены, под грубым одеялом, спали Николас и Лина. Девочка свернулась калачиком, спрятав лицо в складках дедовской куртки, ее дыхание было ровным и тихим. Старик спал на спине, одна рука закинута за голову. Рядом, на втором матрасе, Сет сидел, откинувшись спиной к холодному бетону, его голова беспомощно склонилась набок. На его плече, найдя минутное утешение, покоилась Джина. Все они выбились из сил, их тела требовали отдыха, отключаясь несмотря на смертельную опасность за стенами.

Брайан молча кивнул в сторону окна — тяжелого, запертого на массивный засов проема, ведущего наверх.

— Можно вылезти, — его голос был тихим, но твердым.

— Сходим на разведку. Надо глянуть, как там джип. — сказала Нева.

— Я проведу. Знаю пути.

Нева ответила беззвучным кивком. Сомнений не было — это было необходимо. Их единственный шанс на спасение, их внедорожник, остался там, на улице, и его судьба была неизвестна.

Брайан первым подошел к окну. Он бесшумно, проявляя удивительную для его возраста ловкость, отодвинул тяжелую металлическую крышку. Раздался короткий, приглушенный скрип, но подросток мгновенно прижал ее, погасив звук. Он ловко подтянулся и исчез в черном прямоугольнике проема, показались на мгновение его плечи, и вот он уже наверху.

Нева встала на старый, прочный деревянный ящик, служивший им ступенькой. Мышцы спины и плеч напряглись, она с усилием поднялась, просунулась в узкий лаз и вынырнула на улицу. Резкая перемена воздуха ударила по лицу — сырой, холодный, пропитанный запахами тлена, ржавчины и чего-то сладковато-гнилостного. Мир наверху был другим: безжалостным, полным невидимых угроз. Она инстинктивно сжала автомат, ладонь скользнула по рукояти ножа, проверяя еще раз, что все ее оружие на месте.

Брайан уже ждал, присев на корточки. В его руке была зажата бита. Он молча протянул руку, помогая Неве окончательно выбраться, и так же бесшумно, с едва слышным металлическим щелчком, закрыл крышку за собой.

— Тише, — его шепот был едва различим, сливаясь с шелестом ветра в разбитых окнах многоэтажки.

Они двинулись вдоль стены, превратившись в две скользящие тени. Брайан шел первым, его темный силуэт буквально растворялся в глубокой ночной синеве. Он выбирал путь с интуицией дикого зверя: то прижимался к шершавой бетонной стене, то замирал за ржавым каркасом старого рекламного щита, то резко менял направление, обходя груды битого кирпича и стекла. Нева следовала за ним, повторяя каждое движение, ее дыхание было поверхностным и тихим. Каждый случайно задетый камень, каждый хруст под ногой заставлял ее внутренне сжиматься. Автомат был наготове, каждый