Разъяренный дракон - Цинхань Цэцэ

Видя ее легкое, радостное настроение, Чжу Юйхэн снова мельком взглянул на потолочную балку и, не меняясь в лице, сказал:

– В раскрытии этого запутанного дела твоя заслуга немалая. Я в полной мере доложу государю об этом и изберу наказание для преступницы по закону. Там уже видно будет, можно ли твоими заслугами искупить вину.

– Ой, не важно, – улыбнулась А-Нань. – Все равно…

Она вскинула бровь, не договорив, и махнула рукой:

– Ладно, как решишь. Главное, что с этим делом покончено и меня больше ничто не связывает.

После всего этого ночного действия все изрядно устали. Вэй Ханчжи поднял Фан Бимянь на ноги, а А-Нань подхватила Ци Ся:

– Пойдем. Ты сегодня перепугалась до смерти, тебе нужно отдохнуть.

Ци Ся кивнула, взяла ее под руку, чтобы подняться, и вдруг, наклонив голову, снова согнулась, держась за грудь, и ее вырвало.

– Все еще не отошла? – А-Нань принялась похлопывать ее по спине.

– Да нет, – с трудом сдерживая рвотные позывы, ответила Ци Ся, направляясь к выходу. – Просто в последнее время, что не съем – плохо, все время тошнит, мутит постоянно… Ох…

А-Нань замерла на месте, ошарашенным взглядом окинула подругу и спросила:

– Может, тебе яблочек купить? Таких же кислющих, как в тот раз?

– Где ж ты их сейчас, ночью, купишь? Завтра возьму побольше, очень уж вкусные!

Тут они обе вышли под навес и замолчали.

– Не… не может быть? – наконец сообразила Ци Ся. – Лекарь же сказал, что детей у меня быть не может…

Девушка была в растерянности и изумлении. А-Нань же, наоборот, обрадовалась и хлопнула ее по руке:

– Значит, лекарство помогло – это же прекрасная новость! Беги скорее, скажи братцу Цзяну!

Столько событий, и все в один день: пережитая смертельная опасность, снятие обвинений и вдруг – возможная беременность. Ци Ся чувствовала себя оглушенной, ничего не соображала. Она легонько погладила себя по животу – и радостно, и с недоверием. А-Нань, одной рукой держа фонарь, другой поддерживая ее, осторожно помогала спускаться вниз по ступенькам.

Когда они добрались к воде и направились к пристани, Ци Ся вдруг схватила подругу за руку и остановилась. А-Нань с недоумением посмотрела на нее. Та, прикусив губу, долго смотрела на огонек в лодке Цзян Байляня, потом покачала головой и тихо сказала:

– А-Нань, я хочу вернуться в Шуньтяньфу. Я… я не скажу Байляню об этом. И ты, пожалуйста, не говори. Ладно?

– Почему?! – изумилась А-Нань.

– Я не хочу, чтобы мой ребенок всю жизнь был привязан к воде. Конечно, так тоже можно стать хорошим, замечательным человеком, Байлянь тому пример, но… но я хочу жить с ребенком там, где шумно, где много людей. У меня не хватит духу всю жизнь просидеть в лодке с одним мужчиной. Я с ума сойду!

А-Нань молчала, крепко сжимая ручку фонаря.

– Смейся надо мной, называй эгоисткой, падшей женщиной – как хочешь. Но я люблю лазить по горам, люблю ходить в лес за цветами и ягодами. И с ребенком я тоже хочу все это делать. Байлянь – даньцзя, то, что он ради моего спасения нарушил запрет и сошел на берег, – это уже подвиг, он жизнью рискнул ради меня. Ведь он с детства на воде вырос, так верит в судьбу, так боится нарушать запреты… – она поднесла руку к глазам, смахивая навернувшиеся слезы, и, с трудом дыша, прошептала: – А-Нань, я очень-очень его люблю. Но как ни люби, у меня свой путь, и я не хочу для ребенка такой же участи. Ты… понимаешь меня?

А-Нань крепко обняла ее, давая опереться на плечо. Помолчав какое-то время, она подняла глаза на лодку Цзян Байляня. Теплый одинокий огонек, казалось, ждал Ци Ся, но из-за холодного ночного ветра и кромешной тьмы выглядел очень маленьким, словно тьма вот-вот поглотит его.

– Понимаю, – тихо-тихо сказала А-Нань.

Даже птица, парящая высоко в небе, и рыба, обитающая в загадочных глубинах моря, могут на миг соприкоснуться у поверхности воды. Но жизнь так длинна и многообразна, нельзя все время согреваться лишь этим кратким мгновением тепла.

– Пусть это будет прощальным подарком от него. Этот ребенок – мое самое большое благословение в жизни. Я не требую, чтобы Байлянь ради меня отказывался от своей жизни, но и сама не могу ради него отказаться от всего. Эх, А-Нань… ты понимаешь?

– Возвращайся в Шуньтяньфу, – А-Нань вздохнула и обняла ее за плечи. Я попрошу А-Яня помочь тебе выйти из списков певиц и танцовщиц. Нельзя, чтобы ребенок родился в Музыкальной палате.

– У-у-у… А-Нань, ты такая хорошая! Я… я даже не знаю, как тебя благодарить! – Ци Ся разрыдалась, размазывая слезы и сопли по груди А-Нань. – Когда ребенок родится, ты станешь его названой матерью!

– Это само собой! Если не я стану названой матерью, то кто же? – рассмеялась А-Нань, похлопала ее по спине и спросила: – Так поздно, ты в палату или к братцу Цзяну?

– Ладно уж, до Музыкальной палаты далеко. Пойду… пойду к Байляню, – Ци Ся вытерла слезы. – Заодно… хочу с ним как следует попрощаться.

– Хорошо. Боюсь, Зеленый лотос захочет отомстить, так что тебе лучше эти дни быть поближе к братцу Цзяну. Вот, возьми, – А-Нань достала из рукава «Сишэн», вытащила из браслета маленький напильник, подправила отверстие свистка, сточив слишком острые края. – Теперь, даже если дунуть кому-то прямо в ухо, он не повредит слух. Но звук будет очень резким, все в радиусе нескольких чжанов будут оглушены и не смогут на тебя напасть.

Она легонько дунула и, увидев, что Ци Ся зажала уши, и ее снова чуть не вырвало, удовлетворенно протянула ей переделанный «Сишэн» и научила зажимать уши.

– Когда будешь дуть, затыкай уши и точку тинхуэй, тогда на тебя не подействует. В случае опасности сразу уноси ноги!

– Хорошо! Хоть я драться не умею, но бегаю быстро! – Ци Ся, придя в себя, дала А-Нань проверить, все ли в порядке, и, подражая Фан Бимянь, воткнула шпильку в волосы, а потом направилась к пристани.

Ее обычно легкая походка невольно замедлилась, словно она боялась потревожить маленькую жизнь в себе.

Цзян Байлянь, давно ждавший в лодке, увидев ее, несказанно обрадовался. Он взял девушку за руку и помог взойти на борт. Почувствовав, что у нее холодные руки, он, что-то говоря, прижал их к своим щекам, согревая. Ци Ся, улыбаясь, подняла на глаза. В отблесках свечи было видно, что веки у нее покраснели.

А-Нань