Разъяренный дракон - Цинхань Цэцэ

– Ваше Высочество, перехватить их? – тихо спросил Вэй Ханчжи, подождав немного.

– Не нужно шума, – Чжу Юйхэн передал ему трубу, развернулся и широким шагом направился вниз. – Сначала проследим, вернутся ли они на тот остров, где обосновались хайкэ. Если там объявятся люди из Зеленого лотоса, тогда и уничтожим. Не раньше.

– Слушаюсь.

Ступив по сходням на сторожевой корабль, Чжу Юйхэн уже не увидел впереди той маленькой лодки. Донесения от разведчиков поступали одно за другим. Сторожевой корабль, не торопясь, вышел в море и, держась на безопасном, незаметном для противника расстоянии, взял курс в том же направлении.

Чжу Юйхэн стоял на носу, глядя на колышущиеся волны, и сжимал в руке «Солнце и Луну». В свете месяца жемчужина излучала слабое сияние, обнажая свою молочно-белую структуру. Она, как и нефрит, была нарезана тончайшими пластинками, скрепленными стальными нитями с медным основанием в форме цветочной чашечки. Жемчужина по-прежнему сохраняла круглую форму, но, взяв в руки, невозможно было не заметить, что она разрезана на части и невероятно остра.

«Солнце и Луна». В сжатой руке оружие выглядело как солнце-жемчужина, вокруг которой вращается нефритовый серп луны. Если же раскрыть ладонь, кусочки жемчуга и нефрита рассыпались, превращаясь в белое облако и бирюзовую воду, струились свечением, переливавшимся по поверхности.

Он легонько встряхнул этой связкой жемчужных и нефритовых лепестков, попробовал нажать на резьбу на основании. Раздался чистый, звенящий звук сталкивающихся нефритовых осколков. Оказалось, что эта резьба на самом деле была тончайшими стальными нитями, соединенными с пружинным механизмом в центре основания. От его прикосновения все острые лепестки, как снежинки, одновременно рванулись вперед, окутав все небо и море перед ним. Под звуки, подобные божественной музыке, на носу корабля вдруг вспыхнули сотни тысяч звезд, озаряя все вокруг.

Вэй Ханчжи, все это время стоявший за спиной наследного внука императора, от неожиданности вздрогнул. Он попытался разглядеть, что это, но в тот же миг все эти огни, описав в воздухе идеальную дугу, словно метеоры, вернулись обратно к Его Высочеству, собрались в его ладони, и он крепко сжал их.

Вокруг было тихо, только на темной поверхности воды появились тонкие, как струны, прямые полосы. Они на миг рассекли воду там, где промелькнул свет, и тут же исчезли, словно их и не было.

Только что выплеснувшийся свет ослеплял, никто не мог бы от него укрыться.

Неудивительно, что она сказала, что это оружие прекрасно сочетается с методом «Девяти ходов». Ведь никто, кроме него и легендарной Фу Линъянь, не смог бы осилить колоссальные по объему вычисления, которые нужно было выполнять за доли секунд. Никто другой бы не справился с управлением.

Это был ее прощальный подарок. Приняв решение уходить, она вложила все свои силы, чтобы создать для него этот механизм.

Это ее последнее проявление чувств к нему?

– А-Нань, ты уже пожалела, что не увидела, как я управляю «Солнцем и Луной»? – Чжу Юйхэн прикрепил механизм к поясу, тот слабо замерцал в лунном свете, как изящная подвеска. – Так вот, скоро я встану перед тобой, и ты своими глазами узришь его сияние.

Глава 16. Назад дороги нет

В лунном свете Бохайский залив казался еще более глубоким и бескрайним. Выйдя в море, А-Нань подняла парус, и ветер стрелой погнал ее лодку. К островку, где обосновались хайкэ, они добрались, когда время уже перевалило за полночь. Сторожевой корабль Чжу Юйхэна шел в отдалении, незаметно для бунтовщиков. Несколько быстроходных лодок вели разведку, непрерывно передавая сведения.

Когда А-Нань и ее спутники высадились на остров, Чжу Юйхэн приказал кораблям встать на якорь в укромной бухте неподалеку, чтобы обсудить план окружения и нападения. Вдруг в небо взвилась сигнальная стрела – произошло что-то важное. Чжу Юйхэн вышел на палубу и увидел, как несколько быстроходных лодок окружили маленькое суденышко. Люди на нем с криками отбивались ножами и дубинками, но правительственные моряки были отлично подготовлены – не прошло и минуты, как они ловко перескочили на то суденышко и взяли всю команду в плен, около десятка человек.

Эти люди, как и ранее захваченные бунтовщики, были с зелеными повязками на головах, с виду отъявленные головорезы. Главарь, даже связанный, не желал сдаваться и, стиснув зубы, рявкнул:

– Мы честные рыбаки! На промысел ночью вышли, а нас хватают!

– Рыбаки выходят в море с оружием? – Чжугэ Цзя, опытный в допросах, не стал с ними разговаривать, велел своим людям скрутить их покрепче, а лодку отвести в защищенную от ветра бухту.

Через какое-то время с той лодки донеслись вой и крики. Чжу Юйхэн, хоть и был на сторожевом корабле, словно своими глазами видел их мучения. Вскоре вернулся Чжугэ Цзя, вид у него был странный. Он попросил Чжу Юйхэна удалить всех и, оставшись с ним наедине, доложил о планах Зеленого лотоса.

– Из них удалось вытянуть три вещи. Первое: Фан Бимянь, которую мы взяли сегодня, очевидно, важная фигура в их секте. Они как раз собирались ее вызволять.

Как нельзя кстати – Чжу Юйхэн велел усилить охрану и устроить засаду на подкрепление. Чем больше мятежников придет, тем лучше.

– Кроме того, судя по тому, как быстро они собрались, Фан Бимянь наверняка много знает. Так что за ней нужен глаз да глаз.

Вот только неизвестно, знает ли она что-нибудь о «Шаньхэ Шэцзи».

Допрашивать ее самому сейчас было невозможно, придется отложить до возвращения. Чжугэ Цзя согласился.

– Во-вторых, раз они здесь, значит, кто-то связался с хайкэ, чтобы позвать их вместе вызволять Фан Бимянь? – спросил Чжу Юйхэн.

– Есть еще кое-что, – кивнув, добавил Чжугэ Цзя. – Люди Зеленого лотоса появились здесь еще и потому, что на море подверглись нападению неизвестных. Силы у противника были немалые, они думают, что это правительственные войска, но, насколько мне известно, наши еще не выступали.

– Если бы выступили местные гарнизоны, они обязательно сообщили бы нам. Значит, эти неизвестные силы… – Чжу Юйхэн на мгновение задумался и сразу понял. – Если он так нетерпелив и решил действовать сам, это, может, и к лучшему. Пойдем, посмотрим, как там обстановка.

Место встречи хайкэ с Зеленым лотосом находилось на песчаной косе в двадцати-тридцати ли к юго-западу отсюда. Эта коса, образованная многолетними наносами ила, обнажалась только во время отлива, превращаясь в островок диаметром в несколько чжанов.

Лунный свет озарял бескрайнюю гладь вокруг. Правительственные корабли остановились в отдалении – коса была открыта со всех сторон, и приближение любого судна было бы немедленно замечено.

Чжу Юйхэн опустил подзорную трубу, задумчиво глядя