Песнь Ариадны - Guiltythree

Переход от тьмы к свету был настолько резким, что казалось, будто кто-то нажал кнопку, переключив мир на другой канал.

Санни не был в Пустыне Кошмаров со времён своего Третьего Кошмара. Теперь, глядя на бескрайние просторы безупречно белых дюн, уходящих вдаль, — и на недосягаемый чёрный треугольник Гробницы Ариэля, маячащий на горизонте, — он воспринимал её иначе. В первый раз он думал только о том, как выжить в этом таинственном аду.

Но, глядя сейчас на Пустыню Кошмаров, Санни думал о другом, несмотря на предстоящую битву с армиями проклятой нежити, населявшей её.

Он думал о Демоне Ужаса и Нечестивом Титане, уничтоженном Ариэлем.

Эта земля не всегда была пустыней. Когда-то здесь был океан, и этот океан был стёрт с лица земли яростной битвой между даймоном и Каменным Титаном.

Труп Каменного Титана стал стенами Гробницы Ариэля, а его кровь — Великой Рекой. Семь осколков его души стали солнцами, освещавшими её, и, если подозрения Санни не ошибочны, пространство внутри колоссальной пирамиды было сотворено из Моря Души Титана.

А крошечный осколок этого первобытного ужаса стал Голиафом, Падшим Титаном, который опустошил Антарктический Центр тысячи лет спустя.

Таков был масштаб битв между божествами. Целые миры уничтожались, в то время как другие рождались. Смертное царство, где пал Каменный Титан, превратилось в безжизненную пустыню, и даже тысячи лет спустя она всё ещё была мертва…

Раньше эти знания были для Санни чисто теоретическими. Но теперь они перестали быть таковыми.

Один шаг. Один шаг на Пути Вознесения — вот и всё, что отделяло Санни от битвы с существами вроде самого Каменного Титана.

Сможет ли он сделать то, что сделал Ариэль?

И сколько миров будет уничтожено в процессе?

Разрушитель Цепей начал снижаться и вскоре приземлился на самом краю белых песков.

В этот момент Нефис вдруг повернула голову и посмотрела на юг, в сторону далёкой чёрной стены Полых Гор.

Или, возможно, за них.

Почувствовав едва уловимую перемену в ней, Санни нахмурился.

«Что случилось?»

Нефис помедлила, а затем опустила голову и на мгновение закрыла глаза.

«В моём Море Души стало на одну Цитадель меньше, и все её люди исчезли из моего Домена. Астерион, должно быть, забрал ещё одного Святого».

Некоторое время после этого никто из них не произносил ни слова.

Вместо этого они просто смотрели на Пустыню Кошмаров, вглядываясь в далёкий силуэт Гробницы Ариэля.

Бескрайние просторы белой пустыни сияли под лучами палящего солнца.

Глава 2844

Домену Тоски оставалось существовать совсем недолго… и всё же, как ни странно, у Санни и Нефис на данный момент не было никаких дел. Они добрались до Пустыни Кошмаров ранним утром, когда яркое солнце медленно карабкалось по яркой лазури небосвода. Гробница Ариэля маячила на горизонте, но добраться до неё было невозможно — сколько ни иди по белым пескам, она не приближалась ни на шаг.

Однако они никогда не пытались пересечь Пустыню Кошмаров ночью, когда две проклятые армии превращали её в смертоносное поле боя.

И Санни, и Нефис считали, что добраться до Гробницы Ариэля можно только ночью, так что пока всё, что им оставалось — это ждать.

Вероятно, это был последний день покоя, который у них будет в обозримом будущем. Пустыня Кошмаров была огромна, и даже если их теория окажется верной, потребуется много времени, чтобы достичь её сердца — дни, а скорее недели. Особенно учитывая, что им придётся пробиваться сквозь огромную орду бессмертных существ, проклятых Богом Теней на вечность непрекращающейся войны.

Похоже, Бог Теней был довольно безжалостным. В конце концов, он проклял не только армию, сражавшуюся под знамёнами взбунтовавшихся даймонов… его проклятие пало и на воинов Божественного Воинства, не делая различий между другом и врагом.

Но чего ещё Санни мог ожидать от Бога Смерти?

Он и Нефис оставались на борту Разрушителя Цепей, молча наблюдая за пустыней. Устав от жары, они укрылись в капитанской каюте летающего корабля. Санни помнил, как они вдвоём спали здесь во время путешествия в Падшую Благодать…

Нефис, конечно, не помнила.

Наверное, можно было бы найти какое-то полезное занятие до наступления ночи, например, помедитировать, чтобы прояснить разум, или ещё раз пройтись по плану битвы. Но ни один из них не хотел тратить последний день покоя на рутинную скуку. В конце концов, существовала реальная вероятность, что они не вернутся из этой экспедиции живыми… или, по крайней мере, вернутся не оба.

Они остро ощущали присутствие друг друга, наполнявшее каюту горячим напряжением.

Присутствие Неф разжигало тоску Санни, а её Аспект позволял ей чувствовать пламя его желания.

Лёгкое прикосновение переросло в поцелуй, а поцелуй — во что-то большее.

В итоге оставшееся до заката время они посвятили себе, предаваясь страсти и поглощённые друг другом с жаром и интенсивностью, столь же осознанными, сколь и неистовыми, подвергая прочность Разрушителя Цепей серьёзному испытанию. Наконец, охваченные сладким изнеможением, они прижались друг к другу на влажных от пота простынях, чтобы отдохнуть и восстановить силы.

Санни вспомнил, что однажды сказала ему Эффи… что, когда стоишь лицом к лицу со смертью, как никогда хочешь чувствовать себя живым.

Он смотрел в потолок каюты, его мысли текли медленно.

Его разум перенёсся к последнему разу, когда они с Нефис проводили время вместе в этой каюте, а затем — в будущее.

Скоро они вторгнутся в Пустыню Кошмаров. Если они переживут это, то войдут в Гробницу Ариэля. Если переживут и это, то столкнутся в битве с Мерзкой Птицей-Воровкой.

А если переживут и это, Санни, скорее всего, вернёт свою судьбу.

Это означало возвращение Истинного Имени, повторное подчинение Теневой Связи, повторное становление носителем Заклятия Кошмара, восстановление способности бросить вызов Пятому Кошмару…

И, что самое важное, это означало, что Санни снова будут помнить.

Это было то, чего он желал долгое время, порой с отчаянной силой. Годами он пребывал в неуверенности, не зная, что делать, и лишь недавно решил, что больше не хочет быть забытым.

Что он снова хочет, чтобы его помнили дорогие ему люди.

Но теперь, когда перспектива быть вспомненным перестала быть просто теоретической возможностью и, казалось, была в пределах досягаемости, Санни внезапно ощутил страх.

Да, люди снова вспомнят его. Нефис узнает, через что они прошли вместе на Забытом Берегу и почему она осталась в рушащемся Багровом Шпиле. Она вспомнит, как они спали в этой самой каюте, пока Великая Река несла Разрушитель Цепей вниз по течению, в прошлое.