Песнь Ариадны - Guiltythree

Санни какое-то время изучал её, а затем покачал головой.

«Ты права, это была удача. Однако удача — это не то, что случается с тобой. Это то, что ты заставляешь случиться. Удача протягивает руку только тем, кто способен её схватить. Так что не стоит себя недооценивать».

Нефис усмехнулась.

«Возможно».

Она помедлила мгновение, а затем в последний раз взглянула на чёрный курган.

«Сейчас я Верховная — сияющая богиня человечества. И всё же, как только он появился, Порождение Снов с лёгкостью раздавил меня. Я ничего не могла сделать, чтобы помешать ему, так что я снова потерпела поражение. Посмотри вокруг. В конце концов, всё, что я смогла сделать, — это бросить своих людей и сбежать».

Санни приподнял бровь и спросил с насмешливой интонацией:

«И что? Ты собираешься сдаться?»

Нефис повернулась к нему и улыбнулась.

«Разумеется, нет. Как я уже сказала, упорство — моё единственное достоинство. Неважно, сколько поражений я потерплю, потому что в конце концов всегда остаюсь на ногах именно я. Я всегда поднимаюсь, сколько бы раз меня ни сбивали с ног. Потому что я всё ещё наивна… и молода… и я всё ещё не умею сдаваться. Умение проигрывать — это тоже навык, знаешь ли».

Отвернувшись от кургана, она направилась обратно к Разрушителю Цепей.

«Так что давай убедимся, что в этот раз мы победим. Когда всё закончится, Порождение Снов будет валяться в грязи, а мы будем стоять над ним. Потому что…»

Она взглянула на Санни и подмигнула.

«Ты и я. Кто посмеет нас остановить?»

Глава 2843

Санни хотел бы принять Нефис в своём замке, но, к сожалению, им приходилось держаться подальше от Мрачного Города. Рабы Астериона всё ещё были заточены в поселении у подножия его стен, и, кроме того, он не до конца доверял членам Клана Теней. В конце концов, Астерион уже продемонстрировал свою способность подчинять людей, не вырывая их из Домена Суверена, которому они были верны.

Святой Тан, Торговец Сновидениями, должно быть, пожалел, что родился на свет. Нефис была охвачена гневом после падения Красного Холма, поэтому, когда их расследование указало на эксцентричного Святого и его предательство раскрылось, она просто превратила его в вопящий костёр.

Впрочем, вопил он недолго, потому что испепеляющее белое пламя лишило его голоса. Нефис жгла порабощённого Святого до тех пор, пока от него не осталась лишь съёжившаяся, обугленная фигура.

Но она не убила его.

Вместо этого она использовала то же пламя, чтобы восстановить его до безупречного состояния, а затем сожгла снова — и снова, и снова, и снова… пока имя Астерион не стало в его сознании синонимом невыносимой боли.

В конце концов, агония и ужас оказались достаточно сильны, чтобы преодолеть чары Астериона, стерев их.

И всё же Санни не думал, что порабощённый Святой был рад, когда его разум очистился, а свобода воли вернулась к нему. Впрочем, он не был уверен, потому что к тому моменту, когда они уходили, Торговец Сновидениями ещё не обрёл способность составлять связные предложения.

Что и говорить, метод Неф по исцелению людей от этой чумы был ещё менее масштабируемым, чем у Кэсси.

Так что он не мог привести её в Мрачный Город. Разрушитель Цепей некоторое время летел на восток, и когда они приблизились к городу настолько, что свет, исходящий от летающего корабля, стал виден со стен, Нефис прекратила использовать колдовство и позволила миру снова утонуть во тьме. Санни сменил её у вёсел. Прошло много времени с тех пор, как он в последний раз управлял Разрушителем Цепей, но задача была несложной — им нужно было просто продолжать двигаться на восток.

Санни и Нефис оставили Мрачный Город позади и пересекли огромный кратер, который они преодолели более десяти лет назад на лодке, сделанной из костей Панцирного Демона. За ним лежали Пепельный Курган и обгоревшие останки Пожирающего Души Древа: всё, что осталось от грозного Ужаса — это огромный обугленный пень, от чьей зазубренной массы исходило зловещее чувство страха и злобы.

Разрушитель Цепей продолжил свой путь на восток.

Вскоре они пролетели над безголовой статуей Рыцаря — именно здесь когда-то начался путь Санни. Небольшая поляна в лабиринте из багрового коралла неподалёку была местом, где он встретил Нефис и Кэсси…

Конечно, поляны больше не было. Лабиринт кораллов исчез, превратившись в пепел, когда пал Багровый Шпиль. Нефис тоже не помнила их встречи… и всё же она, должно быть, прошла по тем же следам и посетила эти места, путешествуя к Пустыне Кошмаров.

Тогда она помнила его. Санни задумался, о чём думала Нефис, бродя в одиночестве во тьме.

Нефис, казалось, тоже вспоминала те времена.

«Самым трудным было не одиночество, не холод, не голод и даже не Кошмарные Существа. Труднее всего было с водой. Я умирала от жажды, когда во второй раз путешествовала по этим местам».

Опираясь на перила, Нефис улыбнулась.

«К счастью, хотя цикл дня и ночи к тому времени исчез, погода всё ещё сохранялась. Когда я добралась до Рыцаря, разразилась буря, и мне удалось и утолить жажду, и запастись водой».

Санни некоторое время молчал, рассеянно размышляя о своих собственных скитаниях по Забытому Берегу.

Наконец он сказал:

«Знаешь, я однажды водил Убийцу к статуе Убийцы. Она не впечатлилась».

Нефис тихо рассмеялась.

«Там у Кэсси появилась рапира. Могила мечей вокруг той статуи… это было поистине смертельное дело. Мы едва выбрались оттуда живыми».

Санни вздохнул.

«Знаешь, каждый раз, глядя на эти статуи, я думаю: теперь, когда я правлю Забытым Берегом, ничто не мешает мне принести их головы обратно и приставить их к шеям. Так что я всё время гадаю… а стоит ли?»

Нефис повернула голову на звук его голоса.

«Почему ты этого не сделал?»

Санни на несколько мгновений задумался над ответом.

«Я не совсем уверен. Багровый Ужас… Безымянное Солнце… отрубила им головы, потому что ненавидела их и хотела, чтобы их забыли. Она имела право на свою ненависть, учитывая то, что они с ней сделали, тебе не кажется? Так что я тоже не очень хочу, чтобы их помнили. К тому же восстановление статуй было бы похоже на стирание истории. А я большой любитель истории».

В конце концов они увидели вдалеке, на самом краю горизонта, линию бледно-сиреневого цвета.

Там, где заканчивался Забытый Берег и начиналась Пустыня Кошмаров.

Вскоре они выбрались из вечной тьмы и нырнули в ослепительный солнечный свет. Прохладный ветер внезапно сменился палящим зноем,