Песнь Ариадны - Guiltythree

Подняв взгляд, Нефис помолчала мгновение, а затем произнесла мрачным тоном:

«Сомневаюсь, что я сама смогу продержаться в воздухе… по крайней мере, достаточно долго. Но посмотрим. К счастью, я гораздо живучее, чем Разрушитель Цепей».

Она повернулась к Санни и спокойно закончила:

«Само собой разумеется, Бессмертных нельзя убить. Их даже нельзя по-настоящему уничтожить… однако им можно нанести достаточно серьёзные повреждения, чтобы на время обезвредить».

На её губах появилась слабая улыбка.

«В этом смысле, полагаю, твоя экспедиция в Вечный Город была хорошей тренировкой перед Пустыней Кошмаров».

Санни поморщился.

«Почему в последнее время каждого второго противника, которого я встречаю, нельзя убить… ну, вообще-то, меня самого тоже трудно убить. Думаю, тут есть баланс».

К тому времени солнце уже наполовину скрылось за горизонтом.

Пески двигались, словно вся пустыня оживала.

Конечно, всё было наоборот — из её глубин поднималась армия мёртвых.

Санни с мрачным выражением лица смотрел вперёд.

«Что ж, давайте начнём вечеринку».

* * *

Примечания:

1. К сожалению, пришлось оставить утку из-за последующей реплики Санни, но по идее «сидячая утка» должно переводиться как «лёгкая мишень».

Глава 2846

Когда ночь опустилась на Пустыню Кошмаров и тени поглотили её бескрайние просторы, Санни сделал шаг навстречу своим шести воплощениям.

Один из его аватаров превратился в тень и заскользил по песку, обвиваясь вокруг его тела.

Тьма вокруг Санни внезапно стала глубже, а его холодное присутствие — тяжелее.

Второе воплощение впиталось в эту тьму, делая его сильнее. Затем — ещё одно.

С каждым новым слоем укрепления Санни чувствовал, как становится сильнее, быстрее и выносливее. Более того, яростная мощь, бурлящая в его жилах, была настолько устрашающей, что ему приходилось сжимать зубы, едва сдерживаясь, чтобы не рвануть вперёд.

Шесть фрагментов родословной Ткача также делали его сильнее. Плетение Крови, Плетение Костей и Плетение Плоти слились воедино, сделав каждый аспект его физического проявления более грозным. Плетение Души усиливало его эссенцию, одновременно укрепляя душу. Плетение Разума позволило ему обдумывать тысячу мыслей одновременно. Плетение Духа, в свою очередь…

Плетение Духа усиливало его Волю, делая мир вокруг более податливым и зависимым от его прихотей.

Последние три воплощения Санни тоже превратились в тени. Однако эти трое не двинулись усиливать главного аватара. Вместо этого из них поднялись две фигуры.

Слева от Санни встала Святая, справа — Убийца.

Наконец, Змей соскользнул с его руки и свернулся кольцами на белом песке, его ониксовая чешуя резко контрастировала с ним.

Три тени обвились вокруг них, делая каждую из Верховных Теней ещё более устрашающей, чем мгновение назад.

Стоявшая рядом Нефис просто призвала Благословение. Сияющий меч ярко вспыхнул, отгоняя тьму и делая тени ещё глубже.

Она взглянула на него, на мгновение задержалась и уныло вздохнула.

«Знаешь, мне никогда не везло с Эхо».

Санни повернулся к ней с лёгкой усмешкой.

«Но ты же постоянно их раздариваешь. Если бы не это, у тебя уже был бы целый арсенал могущественных Эхо».

Затем, взглянув на своих Теней, он добавил более тихим тоном:

«Но не таких могущественных, как моя Когорта Теней, разумеется».

Убийца одарила его холодным взглядом, в то время как Святая призвала два потока жидкой тьмы, которые сформировались в меч и щит. Змей только прошипел и, пойдя рябью, медленно принял человеческую форму — форму рыцаря в тяжёлых доспехах и чёрном плаще, а в воздухе за его спиной парили семь ониксовых мечей, похожие на чёрные клыки.

Он принял форму Короля Мечей.

Санни, конечно же, на этом не остановился.

Когда последние лучи солнца засияли красным над горизонтом, глубокие тени вокруг них всколыхнулись и вскипели.

Затем бесчисленные фантомы вышли на белые пески Пустыни Кошмаров, выстраиваясь в огромный боевой порядок. Некоторые всё ещё сжимали оружие, добытое в Вечном Городе, другие были закованы в доспехи из боевых бассейнов Ипподрома.

Зрелище было устрашающим.

Санни призвал сюда весь свой легион, оставив лишь небольшое количество фантомов охранять лагерь для пленных возле Мрачного Города и Цитадель в Выжженном Лесу. Сотни тысяч фантомов вскоре выстроились перед белыми дюнами, безмолвно ожидая появления врага, подобно морю тьмы.

Теневой Легион выглядел действительно грозно…

К несчастью, он не слишком поможет Санни и Нефис в их стремлении добраться до Гробницы Ариэля. В конце концов, лишь относительно небольшое число фантомов, которыми командовал Санни, обладали достаточно высоким рангом, чтобы выдержать битву с Бессмертными — большинство из них были слишком слабы, чтобы выжить в Пустыне Кошмаров, и вскоре будут отправлены обратно в его душу.

В этой битве их роль заключалась в том, чтобы служить щитом из плоти… ну, скорее щитом из теней… давая Санни и Нефис достаточно времени, чтобы узнать о враге больше и придумать, как эффективно сражаться с Бессмертными.

Он сомневался, что хотя бы десятая часть его безмолвных воинов доживёт до рассвета…

И эта первая ночь будет самой лёгкой из неизвестного числа тех, что Санни и Нефис придётся пережить, чтобы достичь своей цели.

Хуже того, Бессмертные не могли умереть, а значит, не будет и постоянного притока новых фантомов, пополняющих Теневой Легион.

Санни взглянул на центр боевого порядка, где стояли готовые к бою фантомы из Вечного Города.

Внезапно его осенила мысль, от которой разболелась голова.

«Итак… легион мёртвых душ готовится сразиться с ордой бессмертных монстров, возглавляемый фантомами бывших бессмертных».

И всё для того, чтобы их мёртвый правитель забрался в гробницу.

Он усмехнулся.

«Знаешь, я никогда не думал, что вернусь в Пустыню Кошмаров с таким размахом».

Нефис бросила на него быстрый взгляд.

«Я давно хотела спросить…»

Санни повернулся к ней.

«Да?»

Она слегка поджала губы.

«Когорта Теней, Теневой Легион… Повелитель Теней, тени, Тени, фантомы… Рейн упоминала, что давать имена — твоё вопиющее слабое место в иначе безупречной коллекции талантов, но ты действительно просто добавляешь „тень“ ко всему, что нужно назвать?»

Санни уставился на неё возмущённым взглядом.

«Что? Конечно, нет! Я гениален в придумывании имён. Взять, к примеру, Блестящий Эмпориум. Разве может быть имя более блестящее, чем это?»

Нефис просто молча смотрела на него какое-то время, и в её взгляде читалось что-то, подозрительно похожее на жалость.

Затем она перевела взгляд на его Теней.

«Итак, давай я уточню… змею зовут Змей, ассасина зовут Убийца, а Каменную Святую зовут Святая?»

Санни пару раз моргнул.

«Да. А что с этим не так?»

Нефис помолчала несколько секунд, затем опустила взгляд и пристально посмотрела на Благословение.

«Понятно.