Бесконечность - Марцин Подлевский

Симулятор Флота Отрицания медленно повернулся к генералу. Его лицщ — или то, что от него осталось — напоминало маску, натянутую на компьютерные компоненты. Мгновение командующий флотом Стрипс выглядел как Холодный Бледного Короля — механический, покрытый льдом и Глубиной живой труп. Но его глаза, в отличие от слуг Бледности, остались живыми.

— Понимаю, — ответил Вальтер Динге.

Юсаку больше ничего не сказал. Он только посмотрел, как Флот Отрицания делает плавный поворот и наступает на плотную волну Призраков Бледного Отряда.

***

Информацию о том, что происходит, Пинслип Вайз получила в личной каюте капитана на борту «Славы».

После последних событий она неохотно, но с пониманием приняла охрану, выделенную ей Сумсом. Со времени встречи с очередным фанатичным поклонником Грюнвальда — а после Цары таких было еще двое — она решила, что каюта на суперкрейсере гораздо безопаснее, чем «Лента». Конечно, она по-прежнему забегала на прыгун, чтобы «помочь Хабу», но не хотела сидеть на корабле, окруженном постоянной толпой зевак и фанатов. Здесь она хотя бы могла отдохнуть. По крайней мере, так она надеялась. Во всяком случае, до тех пор, пока не поняла, что сумасшедших и фанатов сменил ее старый добрый знакомый. Лед.

Когда с ней связался Тански, она дрожала от холода, пытаясь выпить подогретый флюид. Компьютерщик не использовал личную связь и вывел свое изображение на плоский монитор. Увидев его, Пин чуть не выпустила термокружку из окоченевших от холода пальцев.

— Плохо выглядишь, Вайз, — заметил он.

— На себя посмотри, — отрезала она.

— С тобой всё в порядке? — спросил он, и Пинслип поняла, что он спрашивает не из вежливости. После многих совместных приключений весь экипаж «Ленты» научился уважать её предчувствия. Поэтому она покачала головой.

— Нет. Мне холодно.

— Неудивительно, — сказал он. — Как ты наверное знаешь, прибыл флот Бледного Короля.

— Я уже передала все данные для экстраполяции, — напомнила она. — Те, что были подготовлены Натриумом на случай чрезвычайной ситуации, и добавленные в «Бритву утопленника» векторные координаты с точек сбора. Больше я ничего не могу сделать… разве что вы хотите, чтобы я появилась в СНОЗ «Славы».

— Я не это имею в виду. Твое присутствие там не нужно. Наоборот: я хочу, чтобы ты немедленно вернулась на «Ленту». Эрин, Месье и Миртон уже идут сюда. Если Бледный Король разнесет «Славу», а Грюнвальд будет на борту, мы потеряем наш основной козырь. На прыгуне у нас больше шансов. Хотя бы… в глубинном скольжении.

Опять то же самое, подумала она. Мы еще здесь, а он уже планирует побег. Она на секунду закрыла глаза. Нет, не стоит так думать. Выживание Миртона означает выживание его Флотилии. Тански, может, и не был до конца человеком, но даже он это понимал.

Я устала, подумала она. И лед парализует меня.

— Я иду, — сказала она, отставляя термокружку. Хаб кивнул и исчез. Вайз собралась с силами, встала и направилась к выходу.

Как только за ней закрылись двери, ее охватила мысль, что она больше никогда не вернется в свою капитанскую каюту.

***

Сидя в сильно поврежденной «Пенсии», Деликатес понял, что его конец близок.

Прежде чем он добрался до места сбора благодаря беспечному запуску «Бритвы» Лакомой, его зеленоватый, переделанный фрегат получил сильные повреждения. Все потому, что во время схватки с Консенсусом он прикрыл «Чумного», эсминец не совсем нормального капитана Трзявки, члена Костлявой Банды. Теперь он пытался добраться туда, куда долетел эсминец «Агентка» капитана Саншайн и маленькие точки его глубинных истребителей, пилотируемых тремя лучшими пилотами. К сожалению, многое указывало на то, что их предводитель окончательно сошел с ума. Кровавый Нос и большая часть Костлявой Банды, вместо того чтобы сбежать, решили сражаться с этим неожиданно появившимся бледным дерьмом!

— Прости, мастер, но я сваливаю, — услышал он из динамика навигационной консоли спокойный голос Зоны Си, пилота-подруги с тяжелого староимперского глубинного истребителя «Проблеск», много лет сотрудничавшего с «Пенсией». — Этого не было в контракте.

— Си… — начал он, но прервался, понимая, что любые просьбы не имеют смысла. Зона была, может, и отличным пилотом, но о ее холодном отношении к работе ходили настоящие легенды. — Делай, что хочешь.

— Она отключилась… — неуместно заметил Тиут, компьютерщик «Пенсии». — Она улетает к эскадрилье «Саншайн»… Похоже, они собираются атаковать этих чужаков! «Агентка» уже стреляет в них из плазмового оружия!

— Зона точно ни в кого не будет стрелять, — с отвращением заметил Деликатес. — Она точно сбежит. Русалочка?

— Мы не прорвемся на окраину, как я планировала, — слабым голосом сказала хрупкая астролокатор. — Наверное, мы поступили неправильно, пытаясь сбежать. Теперь все маршруты пролегают…

Она не закончила. Следующий бледный удар грима едва коснулся их, но этого было достаточно. Деликатес вдруг увидел свет, который не разорвал корпус, а вывернул его, превратив любимый корабль в призрачное, мертвое отражение. Он открыл рот, чтобы закричать, но его крик смешался с обреченным воем экипажа, пораженного проклятием Бледности.

***

Миртон быстро шел к ангару, но вдруг пошатнулся и упал бы, если бы не Эрин. Хакл схватила его в последний момент. Она посмотрела на него с испугом.

— Корабли, — сказал он. — Еще один выстрел из грима… Я должен немедленно активировать все остальные подразделения…

— Сначала ты попадешь на «Ленту», — решила она резким тоном и крепко обхватила его за талию. Ей пришлось почти тащить его по палубе суперкрейсера. Панцерники Пустоты по явному приказу испуганного Фанилла остались в СНОЗ, как раз в тот момент, когда они оказались действительно нужны… — Ну, давай!

— Эрин… — сказал он с легким упреком, но позволил себя вести. Как никто другой, она знала, во что ему обходится постоянная привязка стольких кораблей. И что он должен чувствовать, когда один из них гибнет или превращается в корабль Бледного Короля.

Они прошли так еще тридцать метров, когда наткнулись на бегущего к ангару Месье в компании Пинслип Вайз. Видимо, оба послушались рекомендаций Хаба и решили присоединиться к эвакуации с суперкрейсера. Когда Месье заметил Грюнвальда, он сразу подбежал и помог ему, хотя Миртон пытался оттолкнуть его.

— Я сам, — шипел он, но Месье только фыркнул. Миртон нахмурился.

— Сколько? — спросил он.

— Я улучшил почти восемьдесят процентов кораблей, — с гордостью объявил механик. — Не один… капитаны быстро