Атланты 1-9 - Дмитрий Владимирович Колосов

сражение под Нароной, исхода великой войны она не решила. Рим не капитулировал. Жалкие остатки вражьего воинства отошли на север, где заняли мощные позиции в венетийской пойме с опорой на спешно укреплённую Аквилею. Сюда подошли легионы под командованием проконсула Криспина, подтянулись наёмные полки галлов, иберские наместники подвели свои легионы, подкреплённые воинственно кричащими варварами.

Вторая большая армия из лучших воинов со всей Италии и корпуса Ганнибала сосредоточилась в Лациуме, готовая быстрым маршем устремиться туда, где возникнет опасность.

Под усиленную охрану было взято адриатическое побережье от Брундизия до Равенны. Гарнизоны прибрежных крепостей были пополнены, стены подправлены, а Аускулуме, Корфиниуме и Аримине разместились преторские легионы. По легиону были размещены в Региуме, Кротоне и Таренте, на помощь им в любую минуту могли выступить луканцы, каким специально поручили оборону южных рубежей.

Одним словом, Рим и его немногие оставшиеся союзники сдаваться не собирались. Более того, возникли новые очаги сопротивления. Неспокойно было в Тянься, где наместник не откликался на послания Леды, а посланный за подкреплениями Одноглазый Ли не давал о себе знать. Вдруг вспыхнула война между хуннами и жунами, из причерноморских степей доходили известия о возобновлении старой вражды скифов и савроматов.

Отряды их, что находились в составе Армии Солнца, однажды яростно перегрызлись между собой. Повскакав на коней, витязи суматошно носились по холмам, нападая на вдруг обратившихся во врагов вчерашних союзников и сами попадая под ответные удары. Аландру пришлось пустить в ход не только свой авторитет, но и полки хуннов и ди — лишь это остановило кровопролитие. Но проблему вражды не решило, ибо предводители обоих племён явились к Чёрному Императору и заявили, что намерены возвратиться домой, чтоб защищать родные кочевья. Аландр не стал спорить: чем рассчитывать на ненадёжного союзника, лучше не иметь его вовсе. Так в одночасье Армия Солнца сократилась на добрые двадцать дружин сильных, закованных в броню витязей, использовавшихся на острие решающего удара. Наёмники-иллирийцы и перебежчики не могли компенсировать этой утраты ни численно, ни в боевом отношении.

Леда отсутствовала, когда всё это случилось. Узнав о происшедшем, она тряхнула коротко стриженными русыми волосами, всем видом своим выражая, что знает, где кроется причина неприятностей.

— Русий, — сказала она. — Он начал кусаться. Он опасен, хотя не настолько, каким хотел бы казаться.

— Я помню его, — сказал Аландр. — Во времена Атлантиды мы ладили.

Леда усмехнулась.

— Чего не сказать об эпохе безвременья! Ведь это ты оставил там, в Амазоне на память ему шрам, от которого Русий не вправе избавиться, ибо получил его в честном поединке.

— Он всегда фехтовал хуже меня.

— Как и любой на этой планете. Но тогда он рассчитывал на свою быстроту, полагая сломать время. В этот раз он может нарушить правила и прибегнуть к Силе. И постарается сделать это, когда меня не будет рядом. Ты должен помнить об этом.

— Хорошо, — согласился Аландр.

— Это не всё. Держи вот эту штуку. — С этими словами Леда протянула массивный перстень с выпуклым изображением двух перекрещённых клинков.

— Что это? — спросил Аландр, подозревая, что знает ответ.

— Ттул. Приспособление для связи — психокинетической и непосредственной. Телепортационное устройство — приёмник и передатчик сразу. Устройство, способное перемещать в пространстве, минуя время, материю, передавать информацию, оказывать волевое воздействие.

— Даже так?

Именно так. Потому-то и следует быть с ним особенно осторожным — в случае неожиданного контакта с недругами можно получить сильнейший психокинетический удар и утратить волю, а то и погибнуть. Особенно ловок в пользовании ттулом Русий.

— Ттул… Странное название. Что оно означает?

— Следует спросить у Командора. Это он придумал это словцо. Возможно вытащил из транссофических глубин. Одно время я подозревала, что это самое ттул — один из кодов упорядочения Силы, потом убедилась, что это не так.

— Телепортация — налицо две буквы «т», ул — часть другого слова или слов. Ул… — задумчиво повторил Аландр — Модуль! Конечно же модуль! Телепортационный модуль.

— Однако как всё просто! — Леда блеснула ровными белыми зубками. — И вправду говорят: не ищи чёрную кошку в темной комнате, особенно, когда её там нет! Используй ттул для связи со мной, но лишь в самом крайнем случае. Помни, что тебя могут подслушать и даже атаковать прямо через кольцо, когда ты этого не ожидаешь!..

Конец лета и осень прошли спокойно. Решающий бросок на запад после недолгих раздумий решили отложить на подступающую весну. Аландр занимался тем, что усиленно пополнял порядком поредевшее войско да рассылал отряды на усмирение мятежей. Леда помогала ему, время от времени исчезая по каким-то своим делам. Аландр не расспрашивал её: по каким. Когда находила нужным, она рассказывала сама. Но чаще молчала, позволяя подозревать, что и ей не чужды неудачи. Она была особенно грустна в ту осень, словно она обещала оказаться последней. Но Аландр был спокоен на этот счёт: последнюю осень он уже пережил — один за двоих.

Отношения их оставались странными. Всем Аландр и Леда представлялись великолепной царственной парой, прекрасно ладящей. Ближайшее окружение не сомневалось в их взаимной страстной привязанности друг к другу. Она действительно была, привязанность, какую ни Леда, ни Аландр не пытались скрывать. У неё прежде не единожды случались сильные увлечения, именовавшиеся любовью. Не она ли последовательно переменяла в качестве возлюбленных трёх могущественных зрентшианцев, теперь сделавшихся её врагами! Он тоже не раз накрепко привязывался к женщинам. Вспомнить хотя бы Афо — артефакт с прекрасным лицом и телом Леды и нежной душой. В это порождение Командора Аландр, в те времена Леонид, влюбился по настоящему. Возможно, тогда он искал любви Леды, безоглядно влюбившись в её телесную копию? Или же всё же ему требовалась иная женщина — взрослый ребёнок, нуждавшийся в защите?!

Кто знает! Леда защиты не искала, она привыкла нападать. С другой стороны, она нуждалась в Аландре: это не вызывало сомнений. Даже самая искусная обманщица не сумела б столь затейливо и искусно вести игру; Леда же вообще нечасто опускалась до пустого притворства. Хотя опускалась. Так что же это — любовь или сотрудничество? Леда использовала Аландра: это сомнений не вызывало, но было ли это поводом для любви или же любовь породила некое сотрудничество, оставаясь при том первенствующей? Хотелось бы верить в последнее; зная же рассудительность Леды, невольно приходило сомнение, подозрение, что любовь — игрушка, средство достижения цели. Некий мудрый заметил, что мужчина для женщины — не более, как достижение цели: рождения ребёнка. Для Леды же ребёнком являлась её великая Игра. Так что же, он, Аландр — слепое средство, что будет отброшено прочь сразу по достижении