Вольный наследник. Том 6 - Артём Кей

свои бесконечные плюшки. Один раз даже Гнида, приревновала и обиженно фыркнула, услышав очередную его просьбу. Она как бы говорила: «На меня ты столько не тратишь! Я тебя возю, а он только жрёт!»

Когда мы наконец подъезжали к поместью, я заметил на территории много народу. Какие-то всадники, слуги, суета у ворот. Я нахмурился и окликнул нашего стражника, который стоял на воротах с озабоченным лицом.

— Это кто? — спросил я, указывая на толпу, которая явно ждала нашего возвращения.

— Граф Белкин прибыл на разговор.

Глава 5

Я смотрел на Белкина и улыбался. Самая широкая, самая радушная улыбка, какую я только мог изобразить, но внутри уже всё кипело от раздражения.

Этот тип был явно не из тех, кого можно взять на понт или обвести вокруг пальца сладкими речами. Он сидел напротив меня в том же самом кабинете, где пару дней назад мы принимали Федотова, и смотрел на меня с такой наглой уверенностью, будто уже всё решил за нас. В его глазах читалось чёткое понимание: он здесь хозяин, а я — лишь досадная помеха на его пути к лакомому куску.

— А я плевать хотел на все ваши проблемы! — заявил он в очередной раз, всего лишь переставляя слова местами, но от этого суть не менялась. Он бубнил одну и ту же мантру уже минут десять, переливая пустое в порожнее, и я начинал понимать, что этот разговор будет бесконечно долгим и бесполезным.

Только на этот раз Белкин взял с собой не сотню дружинников, а всего пару телохранителей, которых оставил у входа, и это было красноречивее любых слов. Он не боялся. Или делал вид, что не боится.

Я начал играть радушного хозяина, но с Белкиным это не прокатило с первой же минуты. Он перебил меня на полуслове и сразу же начал качать права, требовать, угрожать, давить авторитетом.

Я понял, что с ним эта тема не прокатит, и если Федотов был пронырливым лисом, который пытался договориться полюбовно, то Белкин оказался волком — прямым, жёстким и не терпящим возражений.

Вероятнее всего, если их целью было пощипать сиротку, пока она не пришла в себя, они действовали, наверняка совместно. И скорее всего, Федотов, как только уехал от нас, тут же навострил лыжи к Белкину и выложил ему всё, что произошло на прошлой встрече. Слово в слово, с деталями и моими улыбочками.

Ну, я хотя бы попытался, когда понял, что притворяться больше нет смысла.

— И что дальше? — спросил я, переходя к делу.

— Вы сейчас же… — начал он, но я перебил его, не дав договорить.

— Нет.

— Что «нет»? — опешил он, явно не привыкший к такому тону.

— Ничего мы сейчас делать не будем, — сказал я, глядя ему прямо в глаза. — Ни вы, ни мы.

— Слушайте, вы что, хотите нас обмануть?

— А вы? — спросил я спокойно, не сводя с него взгляда.

— Я не собираюсь бегать по судам! — рявкнул он, и его голос отразился от стен, заставив свечи на столе заколебаться. — Это унизительно! Я граф, а не какой-то торговец!

— Боитесь, что суд вам затолкает в одно место ваш липовый договор? — начал я огрызаться, понимая, что дальнейший разговор бесполезен, и судя по его выражению лица, я попал в точку. Его левый глаз дёрнулся.

— Вот значит как! — прошипел он, делая шаг в мою сторону, и я почувствовал запах дорогого одеколона и давней злобы. — Вы же понимаете, что вам здесь не Грейн, принц?

— А вы же понимаете, что я не беспомощная сиротка? — переспросил его я, медленно поднимаясь из кресла, чтобы мы смотрели друг другу в глаза на равных.

— Значит, мы не договоримся, — Белкин встал и уже собирался уходить, на ходу застёгивая свой расшитый золотом камзол.

— Вероятно, нет, — ответил я ему в спину. — Но учтите, в следующий раз я не буду с вами столь любезен.

После того как он отвалил, я собрал всех на срочное обсуждение. В кабинете снова собрались Ксюха, Елена, Аркадий и Лёха. Все лица были напряжены, а в воздухе витал запах надвигающейся бури.

— Что же делать? — начала паниковать Ксюха вместе с управляющим.

— Значит так. Мне нужно собрать информацию. Всё, что есть на этих двух деятелей. С кем в союзе, с кем в ссоре, какие у них есть имущество, слабые места, долги, тайны. Мне нужно знать всё, вплоть до того, какую кашу они едят по утрам.

— А это зачем? — спрашивала Елена, и её взгляд был озадачен.

— Я думаю, что они начнут с устрашения, — ответил я, обводя всех тяжёлым взглядом. — Они попытаются продавить нас грубой силой, тем более что численное превосходство пока на их стороне. Им надо показать, что с нами шутки плохи, иначе они будут лезть всё глубже и глубже.

— С устрашения? — переспросила Ксюха, и её глаза расширились от ужаса. Она явно представила себе горящие деревни и бегущих людей.

— Именно, — кивнул я. — Какие самые ближайшие деревни к их землям? Где они могут ударить в первую очередь, чтобы посеять панику?

— По сути, только одна, — сказала Ксения, и я заметил, как она сглотнула. — Заболотная. Маленькая деревушка, двадцать домов, вся живёт сельским хозяйством. И она находится ровно между нашими и их новыми землями.

— Ага, — задумался я, потирая подбородок. — Давай-ка, Лёха, бери с собой сто человек и попробуйте поохранять её. Если кто сунется — особо не церемоньтесь.

— Сделаем, — коротко ответил Лёха.

— Человек пятьдесят оставь на охрану поместья, — продолжил я. — Остальные пусть занимаются информацией: шпионят, слушают, вынюхивают. Мне нужны все их слабые места, чтобы при случае нажать на них. И, Лёха, если увидишь что-то подозрительное, не жди, действуй. Но без шума, если можно.

На этом мы разошлись. Все разбежались по своим делам, и в кабинете остался только я, сидящий в полной тишине и прокручивающий в голове дальнейшие планы. Оставался ещё Орехов, но он пока молчал, и это настораживало больше всего. Он был самым сильным из всех, и если он решит вмешаться, нам придётся туго. Но