Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

— Приятно быть вкладом в науку.

— Главное, чтобы вас потом не изучали по частям.

Попугай хмыкнул.

— О, я знал, что этот разговор плохо закончится. Он решил собрать коллекцию стихий. Следующим шагом будет — “а давайте объединим их все и посмотрим, что получится”.

— Ты преувеличиваешь, — сказал я.

— Нет, я цитирую твои мысли, — парировал попугай.

Психолог усмехнулась:

— Хороший фамильяр.

— Плохой, — ответил я. — Слишком болтливый.

Она отложила папку.

— Ладно, Кирилл. Сосредоточимся на первом этапе. Вы должны научиться различать уровни напряжения потока. Когда вы чувствуете, что внутри слишком жарко — не держите. Ваша задача — найти безопасные способы разрядки.

— Сжечь аудиторию не подойдёт?

— Только если на экзамене.

Она улыбнулась чуть шире.

— И помните: вы не должны бороться с огнём. Вам нужно научиться слушать его.

Я кивнул, хотя не был уверен, что понял. Пламя нельзя “слушать” — оно не говорит. Оно просто живёт. Когда я вышел из кабинета, попугай всё ещё молчал.

Лишь на лестнице пробормотал:

— “Главное — не сдохнуть.” Ты вслух это сказал, между прочим.

— Ну и что?

— А то, что теперь она точно подумает, будто ты ненормальный.

— Пусть думает. Главное чтобы не мешала мне разбираться в стихиях.

— Если и так — лишь бы ты не взорвал меня вместе с собой.

— Учту, — сказал я. — Но обещать не буду.

Птица вздохнула.

— Прекрасно. Я, кажется, единственный в Академии, кто мечтает не дожить до твоего диплома.

Следующий день начался с занятий физической культурой. Точнее меня направили к боевикам.

Боевой полигон Академии находился за основным корпусом — огромная площадка, выложенная зачарованным камнем, на котором даже огонь оставлял лишь копоть.

Утро было прохладным, небо затянуто лёгкой дымкой.

Я стоял в строю вместе с новыми “товарищами по факультету” и чувствовал, как по мне скользят любопытные взгляды.

Шёпот не заставил себя ждать:

— Это кто?

— Универсал.

— Серьёзно? Каким ветром сюда аристократа занесло?

— Аристократа? Да брось, это тот самый! Что Морозову ритуал очищения проводил!

— Ааа, тот! Так это он поджёг половину арены?

— Говорят, случайно.

— Конечно, случайно. Как и то, что Морозов теперь из комнаты не выходит.

Я вздохнул. Прекрасно. Теперь я не просто универсал, я достопримечательность.

Инструктор — сухощавый мужчина с шрамом через левую бровь — прошёлся вдоль строя.

— На площадке неважно, кто вы — сын барона или чернорабочего. Здесь решает не титул, а результат. Если кто-то не выдержит — дверь вон там.

Он посмотрел прямо на меня.

— Особенно это касается тех, кто пришёл к нам по “особой программе”.

— Учту, — ответил я.

— Надеюсь. Боевой факультет — не место для прогулок и не санаторий для нестабильных.

Рядом кто-то хмыкнул. Я обернулся — и замер. Киря. Стоял в третьем ряду, в алой мантии с символом огня, и ухмылялся.

— Не ожидал тебя здесь увидеть, — сказал я.

— А чего удивляться? — пожал плечами он. — У меня дар огня, путь очевиден.

— Ну, удачи нам обоим.

— Тебе она нужнее, — усмехнулся Киря. — Если что, я не буду тебя тушить.

Инструктор рявкнул:

— Разговоры прекратить! Начинаем разминку!

Разминка у боевиков отличалась от обычных занятий. Никаких формальных упражнений — сразу практическая часть. Нас построили полукругом и выдали задание: контролируемый выброс.

Каждый должен был направить энергию в сферу и удерживать её в стабильном состоянии не меньше десяти секунд.

— Кто перегреет — получает штрафное. Кто не дотянет — двойное, — предупредил инструктор.

Первые трое справились без проблем — их сферы сияли ровным пламенем, почти идеальной формы. Потом подошёл Киря. Огонь вспыхнул у него в ладонях, мягкий, послушный.

Инструктор кивнул одобрительно:

— Отличный контроль. Потенциал виден сразу.

Я подошёл последним. Все притихли.

Попугай, устроившийся на тренировочной мачте, прокомментировал громко:

— Готовьтесь, сейчас будет или красиво, или очень дорого.

Я закрыл глаза, сосредоточился. Тепло пошло изнутри — знакомое, сильное, живое. Я попытался собрать его, удержать… но поток был как живая река.

Стоило сосредоточиться чуть сильнее — и пламя рвануло вверх, превратив сферу в столб огня.

Инструктор едва успел поставить барьер.

Волна жара прошла по площадке, несколько студентов отшатнулись от неожиданности.

Когда дым рассеялся, я стоял посреди чёрного круга, а на моих ботинках тлели края ткани.

Инструктор выругался:

— Львов! Мы сказали “удержать”, а не “взорвать”!

— Простите, — ответил я. — Не привык к малым дозам.

Толпа заржала.

— Ну точно он!

— Очистительное пламя, часть вторая!

— Ставлю, что к концу недели он подожжёт общежитие!

Киря подошёл, когда все начали расходиться.

— Ну и шоу ты устроил.

— Хотел просто попробовать.

— Попробовал — и устроил пожар. Типично.

Он ухмыльнулся и хлопнул меня по плечу.

— Не переживай. Для первого раза неплохо. Хотя, если ты снова поджаришь кого-то — смотри чтобы меня рядом не было, хорошо?

— Хорошо, — ответил я.

— И всё же... — он стал серьёзен. — Контроль, Кир. Это важно. Мы оба знаем, чем заканчиваются неконтролируемые выбросы.

Я кивнул, глядя на собственные ладони.

Пламя не рвалось наружу, но где-то глубоко внутри тлело, будто напоминало: я рядом, стоит лишь позвать.

Попугай взмахнул крыльями и произнёс философски:

— Одни мечтают зажечь мир, другие — просто выжить после первой искры. Ты, кажется, совмещаешь оба варианта.

— Главное, чтобы не сгорел раньше, чем пойму, как это работает, — ответил я.

— О, в тебе говорит оптимизм! — усмехнулся попугай. — Или посмертный рефлекс.

Я рассмеялся, но внутри понимал — смеяться рано.

Огонь не отпускает тех, кого выбрал.

Он ждёт.

После тренировки, когда большинство студентов уже разошлось, я остался на площадке, помогая заклинаниями подсушить участки земли, где огонь успел прогрызть камень.

Пламя теперь слушалось меня чуть лучше — будто устало и решило не спорить.

Инструктор наблюдал издали. Он стоял, скрестив руки, и не сводил с меня глаз.

Наконец подошёл, когда остальные ушли.

— Львов, — сказал он негромко. — Есть минутка?

— Если вы не собираетесь сдать меня в пожарной бригаде, то да, — ответил я.

Он хмыкнул и чуть улыбнулся.

— Признаться, я не ожидал, что универсал способен так стабилизировать чистый поток. Обычно они либо рассыпаются, либо вызывают хаос.

— А я, похоже, исключение.