Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

– Артур? А разве он не приходил к тебе? Видишь ли, я с некоторых пор не разговариваю с ним, так что не имею ни малейшего понятия, где бы он мог находиться.

Увидев, как стремительно мрачнеет и бледнеет лицо Тина, беруанец почувствовал сильный укол совести, который, впрочем, так и не повлиял на его последующую речь.

– А где Дан, Диана? – с каким-то исступлением продолжил вопрошать бедный пациент.

Беруанец небрежно пожал плечами.

– Тоже не знаю. Но ты лучше расскажи про себя. Как тебя лечат? Долго ли ты еще пробудешь в больнице?

То ли интонации голоса приятеля показались Тину излишне издевательскими, то ли он сам сильно расстроился, но ему не захотелось больше продолжать разговор. Поэтому Тин безмолвно исчез в своем гамаке, и на этот раз, судя по всему, уже надолго. Тод язвительно хмыкнул, но не без огорчения.

«Не стал даже говорить со мной! А ведь когда-то мы все были друзьями», – с обидой подумалось ему. Что ж, по крайней мере сегодня его ждет еще одна небезынтересная встреча и, как беруанец искренне надеялся, куда более приятная. Размашистым шагом он резко вышел из палаты, не забыв одарить хорошенькую медсестру обольстительной улыбкой.

Этим же днем Даниел и Диана, расположившись на уютном балкончике достопочтенных академиков, мучительно пытались определить, что же им делать дальше. Юноша не мог усидеть спокойно; он запальчиво вскакивал на ноги, сжимал кулаки, да и вообще вел себя не как тихоня и домашний мальчик, а скорее, как разъяренный армут, который неожиданно узнал о краже любимой лошади. Только что Диана поведала сыну академиков о своей второй и совершенно безрезультативной встрече с Тодом, и обычно спокойный юноша совершенно потерял контроль над собой.

Впрочем, Рикки так сильно укусил его за ухо, что он остановился и тяжело дыша схватился за поручни балкончика.

– Не думал, что я буду когда-то так сильно его ненавидеть, – горестно прошептал Даниел. – И зачем я только спас его тогда из Желтого моря?

– Успокойся, Дан, – ласково проговорила ему Диана. – Тода уже вряд ли получится исправить. Сейчас разговор не о нем. Что нам делать с Тином?

Даниел пессимистично покачал головой, с тоской глядя на проплывавшие над их веткой сизые облака. Вечер был хмурый, небо свинцовое, и в сумрачной дали, увы, не угадывались решения их жизненных проблем.

– Ах, не знаю, не знаю! Диана, прости меня, но я совершенно ничего не могу придумать! И, честно сказать, пребываю в совершенном отчаянии. Я так надеялся, что Тод сможет помочь! Но, судя по его мерзкому поведению, помогать предатель никому не собирается. Мне страшно, когда я думаю про Артура, мне скверно от мысли, что мы совсем ничего не сделали, ни-че-го-ше-ньки из того, что он просил! Я знаю, мне надлежит выглядеть мужественным и спокойным, чтобы своим видом поддерживать еще и тебя, но я не в силах, просто не в силах… Наверное, не такой уж и стойкий у меня характер на самом деле. Как вытащить Тина на свободу? Мы ведь просто не можем оставить его в Беру! Во-первых, он ничего не знает про случившееся, а во-вторых, его тут непременно «залечат» и превратят в овощ. Я много нелицеприятного слышал про эти дурацкие психбольницы, и что эти «врачи» творят там с людьми. С другой стороны, и сам Артур наверняка нуждается в помощи, пока мы прозябаем в столице, ничего не предпринимая! Мне так хочется надеяться, что вся эта скверная история закончится хорошо, но, если честно, я не вижу иного исхода, кроме как…

Даниел все говорил и говорил, а в глазах у него стояли слезы, которые он бы малодушно пролил, если бы не серьезный ласковый взгляд серых глаз, устремленных на его опечаленное лицо.

– Это просто сумасшествие какое-то – все, что происходит! – простонал он, не в силах сдерживать эмоции. В этот самый момент дерзкий Рикки вновь цапнул его за ухо. Неизвестно, какую цель преследовала этим действием бесстыжая рептилия, однако Даниел вдруг замер и обратил свое взволнованное лицо на Диану. Темные глаза его загорелись, как сухие поленья от искр.

– Точно! – прошептал он. – Сумасшествие! Вот что нам нужно!

– Ты что-то придумал? – поинтересовалась Диана, любуясь оживленным лицом друга. Даниел же скромно потупился.

– Идея не моя, скорее, Рикки. Но, думаю, сперва мы должны спросить разрешения у мамы с папой.

Прошло еще несколько недель, может больше – Тин уже потерял счет дням. Он практически смирился со своим вынужденным заточением и даже был в некоторой степени счастлив, ибо еда в больнице превзошла бы ожидания самого притязательного столичного гурмана, так что уж было говорить о нем самом. Его соседи по палате – Калм и Миррит, были вполне доброжелательными и даже, если так позволительно выразиться, удобными, ибо ни о чем не спрашивали и совсем не напрягали.

Разговаривали они между собой преимущественно на отвлеченные темы: то обсуждали новых древесных музыкантов, то затрагивали королевскую политику, то сплетничали о красивых беруанских актрисах. Ничего личного, глубокого, важного. Их разговоры напоминали невесомый эвкалиптовый пар, а сами мальчики были настолько безразличны к кому-либо еще, кроме своих персон, что Тин чувствовал себя вполне уютно. До встречи со своими новыми соседями его сердце кровоточило, будто в нем имелась незаживающая рана, ибо не ведающий ничего мальчик ошибочно посчитал, что друзья его вероломно предали. Как-то раз во время очередного целительного сеанса, он даже проговорился об этом волнующем его предмете сестре Главси.

– Вас так заботит их отношение к вам, мой мальчик? – с неподдельным сочувствием вопросила она.

– Конечно, ведь это мои лучшие друзья.

– Однако сейчас их влияние весьма для вас вредоносно, разве нет?

– Скорее я сам постоянно о них думаю.

– Вы слышали когда-нибудь про Церберу, или Дерево самоубийц?

Тин отрицательно покачал головой, ибо никогда не отличался особой любовью к познанию.

– Если захотите использовать его древесину в качестве дров для костра – сразу умрете от ядовитых испарений. Так и некоторые люди выделяют вредоносные токсины, невидимые глазу, но весьма чувствительные для окружающих. Что вы обычно делаете, когда видите нечто ядовитое и опасное для жизни?

Тин пожал плечами, ибо он никогда ничего такого не видел, кроме разве что гигантского муравья. Но назвать их встречу в пустыне «обычной» у него не поворачивался язык, поэтому он замялся, не зная, какой дать ответ.

– Вероятно, вы убегаете?

– Да, наверное.

– А что вы делаете, если рядом с вами ядовитый человек? Разве не то же самое?

Тин вновь безразлично пожал плечами, так как