Атланты 1-9 - Дмитрий Владимирович Колосов

— Но, кажется, она ему обещала…

— Мало ли кто кому что обещал! Гумий, сдаётся, тоже давал обещания… — Кеельсее не договорил и выжидающе уставился на собеседника. Тот никак не отреагировал на эти слова…

Со времени злосчастной встречи с Аландром, столь позорно для него завершившейся, зрентшианец развил кипучую деятельность, превосходя в том союзников по коалиции. Понимая, что важно выиграть время, он продолжал подрывать империю Солнца изнутри, поднимая мятежи в городах и странах, подчинившихся власти Аландра и Леды.

Увы, это не доставляло тем особых хлопот, ибо армия Солнца сама обеспечивала себя необходимым провиантом, пополняя убыль в конях за счёт табунов, пригнанных из Сирии и Парфии, снабжаясь оружием, изготовленным умелыми мастеровыми из Поднебесной в походных кузнях. Так что бунт в одной из многочисленных Александрий, Антиохий, Селевкий, где-нибудь в Пантикапее или Артаксате едва ли беспокоил Леду, если беспокоил её вообще. Серьёзно уязвить могли разве что мятежи в войске, но после успешно сплетённого раздора между сарматами и скифами Русию не удалось посеять недовольство ни в одном другом племени, что дали воинов в армию чёрного Солнца. Конфликт между хуннами и динлинами был моментально погашен Аландром, переместившимся в Степь с помощью Леды.

Потому-то Русий и затеял возню с тумаитами, беспощадными созданиями, техническая мощь которых могла создать немало хлопот даже самой Леде. О последствиях этой затеи Русий не очень-то размышлял: разум его был помрачён ненавистью к царственной парочке: Леде и Юльму, — не раз побеждавшей его и уже не раз унижавшей. Ради сладкой мести Русий готов был на всё — даже привлечь на Землю яростно злобных существ, враждебных ко всему живому и вооружённых убийственным по своей силе оружием. Для себя он решил, что не остановится даже пред тем, чтоб уничтожить эту планету, как некогда уже поступил, испепелив Марагас. Но Кеельсее вовсе незачем было об этом знать.

— Какое мне дело до Гумия? — сказал он, с лёгкостью отрекаясь от бывшего друга. — Если хочешь знать, он уже мёртв.

— Когда ж он успел? — удивился Кеельсее. — Я видел его этим утром.

— Он был мёртв к моему возвращению. Или будет. Время причудливо. Я не говорил об этом. Перед тем, как обратиться к тебе за помощью в тот самый раз, я переговорил с Изидой, Гумием и Гиптием. Изида и Гиптий отказались принять меня. Гумий — тоже: не из вражды ко мне, а потому, что был мёртв. Его уже пожирали черви.

Кеельсее покачал головой.

— Возможно ли?

Русий не ответил, продолжив гнуть свою линию.

— Я договариваюсь с тем, кто действительно представляет для меня ценность и с кем в будущем я готов поделиться властью, предоставив на то гарантии.

— Какие же?

— Назначь сам.

Кеельсее задумался, прекрасно зная, что для зрентшианца больше, чем просто для Посвящённого, не существует святости клятв и обязательств.

— Я подумаю, — после ощутимой паузы сказал он. — А чего ты хочешь от меня?

— Ты должен помочь мне в деле с тумаитами.

— Каким образом?

— Всё просто. Раз ты вытащил меня на Землю, значит, только ты сумеешь отправить обратно.

— За десять мгновений до взрыва? — Во взоре Кеельсее читалось нескрываемое любопытство. Подобного фокуса от Русия он явно не ожидал.

— Именно.

— На что же ты рассчитываешь?

Русий не желал быть откровенным до такой степени.

— А вот это моё дело.

— Согласен, — не стал спорить Кеельсее. — Только я хочу знать, что ты намерен делать, когда установишь контроль над кораблём.

— Нанесу точечный удар по этому лагерю. — Русий кивнул вниз, где на плато меж пологих гор и затерявшейся в камыше речушкой раскинулся громадный стан армии Чёрного Солнца.

— А куда же деваться моей скромной персоне?

— Как только отправишь меня, ты волен уйти. Полагаю, не нужно учить: как.

— Волен? То есть могу не уходить?

На изуродованном лице зрентшианца появилась утвердительная гримаса.

— Именно. Свободное волеизъявление — право каждого. Потом, если потребуется, я нанесу ещё несколько ударов.

— Позволь поинтересоваться: сколько?

— Обещаю с этим не злоупотреблять. Я не заинтересован причинять чрезмерный ущерб планете, которой намерен властвовать. Итак, каково твоё решение?

— Что ж, — задумчиво вымолвил Кеельсее. — Соотношение таково, что твоя затея в лучшем случае лишь уравняет силы сторон. Я готов помочь тебе, но с одним условием: в случае победы вы уступаете мне одного человека.

Русий даже не стал скрывать своего любопытства.

— Кого же? Леду?

— Нет, эту красотку делите сами. И доброе пожелание: не передеритесь.

— Тогда Гиптия?

Кеельсее покачал головой.

— Этот выкрутится сам. Меня интересует Изида.

— Изида? Ты уверен, что она жива? Вот уже много лет её никто не видел.

— Это не значит, что её нет. И не исключаю, что она играет за Леду. По крайней мере, Леда намекнула на это.

— Если она жива, неважно, что она делает — она твоя! — щедро объявил Русий. — Говорю это от лица всех нас.

— Отлично! В таком случае я готов тебе помочь. Но помни, мне нужно немного времени, чтобы смотаться!

Кеельсее испытующе посмотрел на зрентшианца. Тот, сохраняя полную бесстрастность, кивнул.

— Ты получишь его.

Русий протянул руку, Кеельсее после мимолётного замешательства пожал её.

А дальше кричало от боли время. Времени несказанно больно, когда его пытаются подчинить. Сместив оси координат, Русий отвёл время до того самого мгновенья, когда он очутился на Земле, преодолев бесконечность между планетой и гибнущим кораблём. Вернее, Русий отсчитал ещё с сотню мгновений — тот срок, что с помощью демона пытался договориться с оставшимися на Земле Посвящёнными. Вернее, он отсчитал ещё и ещё — к той самой точке течения времени, когда сообщил бортовому компьютеру «Утренней звезды»:

— Нет, Ттерр. Я пришёл сказать, что никогда не знал своей матери!

Как и в прежний раз, Ттерр остался на удивление спокоен. Так и должно было быть. Ведь для него ровным счётом ничего не изменилось. В поисках выхода из щекотливой ситуации он помигал индикаторами и констатировал:

— Так вот в чём заключалась моя промашка.

— Не только в этом, но разговор сейчас об ином. Я знаю, что, будучи сутью Го Тин Керша, ты жаждешь уничтожить меня. Что ж, я оправдываю подобную месть, но могу предложить взамен её сделку, представляющую интерес для нас обоих.

— Попробуй-ка, — сказал Ттерр таким тоном, словно делал одолжение.

— Я дам координаты планеты, густо населённой кислородными литинями на уровне развития, совершенно для вас безобидном. Ты поможешь мне уничтожить моих врагов на этой планете, за это я сохраню корабль. Надеюсь, ты понимаешь, что теперь, когда я знаю о тебе всё, мне не стоит большого труда уничтожить его. Естественно, вместе с тобой.

— Далеко