Кречет: Случайный шаг. Первый очаг. Нежданная кровь - Эльхан Аскеров

он и вои его, после торга, крепко род какой-то побили. Тот род на торгу ему вызов бросил, да поединщик бой проиграл. Вот татары и озлились, и решили после торга отыграться. Да опять не вышло.

– Прямо как с нами, – удивлённо хмыкнул Беломир.

– Верно. И у нас так же было, – кивнул казак. – Да только мы открыто на род не нападали. А князь не сдержался. Вот и вышло, что супротив него все татары навострились.

– Дядька, а торг-то осенью будет? – помолчав, вдруг спросил парень.

– А чего тебе торг? – не понял казак.

– Хочу ещё один тюфяк сделать. Полегче. Для наших дел, – коротко пояснил парень, про себя прикидывая, как сделать что-то вроде фальконета.

С такой штукой запросто можно было бы отбивать атаки кочевников даже в степи. Про горы и говорить не приходится. Встань с такой штукой на тропе и только успевай перезаряжаться. А с учётом его придумки с заряжанием орудия заранее заготовленными зарядами, это можно делать быстро. Но в данном случае требовалась серьёзная разведка. А главное, нужно для начала понимать, а надо ли высовываться так вообще. С этой мыслью парень и отправился обратно домой.

Григорий, усталый и голодный, первым делом отправился в баню. Беломир заранее отнёс туда горячей воды, так что после оборота казак старательно отмылся и, пройдя в дом, уселся за стол. Оставив его насыщаться, парень снова выскользнул на улицу и направился к Любаве. Утром, приведя себя в порядок, Беломир пошёл в кузню. Пришло время изготовить себе хоть какой-то чертёжный инструмент.

За этим занятием и застал его Григорий, придя в кузню следом за напарником. С интересом оглядев, чем парень занят, казак недоуменно хмыкнул и, повертев в руках простейший циркуль, проворчал, качая головой:

– Это что ж такое будет?

– Этим можно ровный круг нарисовать, – коротко пояснил Беломир, осторожно вытачивая из куска деревяшки оболочку для свинцового карандаша.

Идея была проста и функциональна. Тонкий свинцовый стержень забирался деревянным чехлом, в котором была нарезана резьба. По мере стачивания свинца стержень выдвигался и фиксировался деревянным стерженьком так же с резьбой. Понятно, что это всё были полумеры, но для этого времени и такое было идеальным. Хвататься за свинец голыми руками постоянно парень не хотел, помня, что это не полезно для здоровья.

– А что за тюфяк ты сделать хочешь? – вдруг нарушил Григорий воцарившееся молчание.

– Тюфяк? – тут же насторожился Векша.

– Не знаю, как его тут называют, а свеи такую штуку фальконетом называют. Их обычно на кораблях, в море пользуют, – пустился Беломир в пояснения.

– В море? – заинтересовался казак. – И что, добре стреляет?

– Да тот же тюфяк, только полегче, – отмахнулся Беломир. – Такой запросто на коне увезти можно. Ему и станка большого не надо. Треногой обойтись можно.

– Это что ж за тюфяк такой, что на обычной треноге удержится? – не поверил казак.

– Да говорю же, лёгкий он. А тренога широкая. Его только наводить тяжело. Механизма-то нет никакого. Приходится руками на цели удерживать.

– Вот и половины не понял, – честно признался Григорий, растерянно почёсывая в затылке.

– Я тоже, – смущённо усмехнулся Векша.

– Рисовать придётся, – растерянно хмыкнул парень, подвигая к себе небольшой листок пергамента.

Быстро набросав треногу и фальконет, он подвинул пергамент приятелям и, тыча в рисунок карандашом, принялся объяснять, что к чему.

– Руки отшибёт, как выстрелишь, – внимательно его выслушав, заявил казак.

– Не отшибёт. Там заряд малый, – отмахнулся Беломир.

– И что ты малым зарядом сделаешь? – удивился Григорий.

– Ну, к примеру, ежели в горах потребно тропу какую перекрыть, – вздохнул парень, уже понимая, что без демонстрации тут ничего не докажешь. – Не тащить же туда большой тюфяк, – развёл он руками.

– Это да, – задумчиво протянул Григорий. – А отлить его сможешь?

– Векша сможет. Я только форму нужную сделаю, – тут же перевёл Беломир стрелки.

– Будет из чего, так и отлить можно, – проворчал кузнец, пожимая плечами.

– Я потому про торг и спрашивал, – напомнил парень. – Нам с того торга много чего потребно.

«Опять придётся всё за свой счёт делать, – добавил он про себя. – Или сразу какой пищалью озадачиться? Раз уж тут уже пушки делать начали, значит, и что-то подобное должно появиться. Блин, как бы все начальные этапы проскочить и сразу с какой-нибудь мосинки начать? В принципе, ничего сложного там нет. Карабин с поворотным затвором мне тут был бы в тему. И даже обоснуй какой я под всё это дело придумать могу. Но из чего нарезной ствол сделать?»

Задумавшись, Беломир не заметил, как оба приятеля, быстро переглянувшись, отступили от стола в сторонку, но перед этим Векша ловко подсунул ему под руку очередной кусок пергамента.

«Или отложить нарезной ствол как следующий этап и поиграть пулей? – продолжал размышлять парень. – В этом деле главное унитарный патрон. Тогда и перезарядка будет на уровне. Блин, тут ведь ещё даже пружин толком нет. Выходит, однозарядная фузея с гладким стволом, унитарным патроном и зарядкой с казны. Получилось охотничье ружьё. Но если сделать что-то вроде пули Минье, то полёт у неё будет устойчивый. Калибр поменьше, заряд чуть больше, а пуля длинная с оперением. Осталось прикинуть, как ствол нормальный сделать».

Не отрываясь от своих размышлений, парень подтянул поближе пергамент и тут же принялся набрасывать эскиз возможного ружья. После, подумав, принялся вырисовывать патрон в разрезе. Закончив, Беломир пару минут разглядывал свои каракули и, вздохнув, проворчал:

– Блин, считать надо. А этого я не умею.

– Чего считать-то, друже? – осторожно подобравшись к столу, тихо поинтересовался Векша.

– Слух был, что где-то у немцев уже ручные тюфяки появляться стали, – задумчиво проворчал Беломир, сообразив, что снова засветился. – Точнее, не тюфяки, а оружие, на него похожее. Им один стрелок орудует. Сам заряжает, сам целит, сам и стреляет. Только ствол надобно малый сделать. И ствол тот стальной. Но самое главное, его ровным сделать надо.

– Тяжкий получится, – подумав, высказался Векша.

– Нет, – решительно мотнул парень хвостом. – Там ствол чуть поболее этого карандаша, – ткнул он пальцем в означенный предмет. – Но стрелять только свинцовой пулей придётся.

– Это как же такое отливать? – озадачился кузнец.

– Его не отливать, его или сверлить, или на что-то навивать, а после проковывать. А уж после полировать изнутри, – вздохнул Беломир, понимая, что в данных условиях дело почти невыполнимое.

– Погоди, друже, – оживился вдруг Векша. – Это что ж получается. Полосу доброй стали на прут навить, а после проковать так, чтобы она промеж себя спеклась? – уточнил он.

– Верно. Но там только первый слой в один ряд навивают. А вот два других внахлёст, чтобы ствол ровный и плотный получился.

– А полоса какой толщины? –