Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

денег подзаработаешь. С деньгами потом и паспорт получишь, и в Асино на поезде поедешь. С деньгами, ты везде кум королю! — усмехнулся и хлопнул его по плечу таджик и Челентано заметил у него на левой кисти наколотую голову черта с длинными рогами, но постарался скрыть свою неприязнь опустив глаза и закивав соглашаясь.

— Хорошо, я согласен. А во сколько приходить? Завтра нужно? — спросил у таджика голова которого была ему по плечо.

Борька задумался, а потом мотнул головой.

— Если найдешь где перекантоваться, то приходи послезавтра с утра, часикам к восьми. А если, завтра сюда придешь, то о нашем разговоре не распространяйся — желающих много, но там бухарики нахрен не нужны, а ты парень крепкий, не пьющий. Поди и некурящий?

— Нет, не курю! — подтвердил Челентано и кивнул, — Хорошо, завтра как получится, а после завтра точно приду!

* * *

Договориться с Валом о использовании алтаря и оплате за магический порошок с глазу на глаз не получилось. Валофф назначил встречу в администрации, да еще притащил с собой своего помощника — вот же перестраховщик! Дима тоже на встречу вызвал Илью, но скорее просто для психологической поддержки. Под давлением Смирнова согласились передавать в колледж три четверти магического порошка получаемого с установки, потому как часть изготовленного алхимическим путем пойдет для нужд города бесплатно, другая часть на продажу. Ладно, тут Димка упираться не стал, но цену за каждый грамм озвучил реальную и стоял на своем до упора. Смысл отдавать порошок дешевле, если он даже в Варгионе может его продать за золото? В конечном итоге, установили приемлемую для обеих сторон цену и за каждый грамм и количество чистого серебра из которого Вал обязуется изготовить магическое для штамповки монет. По алтарю решили так — три недели он находится в колледже, а на неделю его привозят Башню для Дмитрия, Ильи, Ивана и зельевара с травником, которые будут активировать на нем зелья высшего порядка. Сначала не хотел возить алтарь туда-сюда — чего тягать столь дорогую вещь? Но здравый смысл взял вверх, Валу с его массовым производством, он реально почти каждый день нужен, да и выторговать Дмитрию удалось лишних пару килограмм магического серебра.

Получилось десять килограмм обычного серебра плата за алтарь и порошок, то есть пятьсот рублей серебром и еще десять килограмм Вал обязался преобразовать из чистого серебра в магическое. Выхлоп для Дмитрия получался не один к трем как хотелось бы в мечтах, а один к двум — с учетом работы и затрат всех сопутствующих алхимических ингредиентов. Ну ладно, не сто килограмм конечно, но сорок килограмм магического серебра в месяц тоже не мало, пусть с этого еще ювелиру с помощниками заплатить нужно и в кассу администрации десятую часть сдать.

По прикидкам Дмитрия, в месяц им выходило чистой прибыли около трех с половиной тысяч рублей — деньги и не малые. Но рано радовался — зехер был в другом. Тут-то Ковалев понял, почему они встречались и договаривались в кабинете главы города, а не заключали договор с Валом тет-а-тет. Чистое серебро, а вернее его отсутствие. Смирнов запретил использовать для преобразования серебряные деньги — только для расчета, а у Дмитрия не было сразу двадцати килограмм в слитках, чтобы запустить эту схему на полную катушку. Да и у Вала не было двадцати килограмм серебра, это считай, тысяча монет рублями или две тысячи полтинниками, за аренду алтаря и порошок уже преобразованный из ледяных кристаллов. Вся оплата предполагалась с прибыли от торговли готовым алхимическим товаром, а ее быть не могло без алтаря и порошка соответственно — замкнутый круг! В общем, за первый месяц сделки Димке отдавали только часть оплаты — остальное шло в долг, под гарантию администрации. Да уж, гладко было на бумаге — раскатал губу на сто, блин, килограмм!

Фактически выходило, что Дмитрий получал только треть оплаты монетами и мог рассчитывать, примерно, на десять килограмм магического серебра в этом месяце если отдаст Валу имеющееся в слитках серебро. Ну, и что делать? Пришлось соглашаться и подписывать этот тройственный договор. Одна надежда, что в следующий раз Коста сможет заказать и выкупить в банке серебра на порядок больше! Ну и на крайний случай, часть вардовских талеров можно пустить на преобразование — тоже вариант.

И хоть дело по запуску разменной монеты в асинской агломерации сдвинулось с мертвой точки, через два с половиной часа переговоров и споров вышел из администрации как выжатый лимон. Ха, а он еще удивился — чего это Смирнов так легко на десять процентов прибыли согласился? А теперь понятно, что вся маета и головняки на плечах Дмитрия, ну и Валл пусть думает где серебро для расчетов брать, а Василич и город не выходя из кабинета деньги получать будут — штампуй Дима монеты, да налог сдавай в кассу!

«Вот только, не хотелось бы светить серебро в слитках, да еще в больших количествах. И Вал, и Смирнов не дураки, сразу пойму, что есть какой-то канал по которому сюда ручеек серебряный течет! Если всерьез в оборот возьмут, придется не только все рассказывать, но и серебром делиться. Замучаемся с Костой документы как посыльные туда-сюда таскать, да грузы под контролем спецслужб возить и через портал перетаскивать. Нафиг, нафиг такое счастье! А что делать — изготовить штампы вардовских талеров и сначала все привезенные слитки в талеры пускать, а потом талеры сдавать Валу для преобразования? Двойная работа конечно и потеря части денег, ну, а что еще остается? Ладно, обмозгуем еще возможные варианты.» — вздохнул Дмитрий.

Вернулся в Башню и сразу же к нему выбежал дежурный.

— Дмитрий Юрьевич, вам Николай Геннадьевич звонил. Два раза, пока вы в администрации были, просил срочно с ним связаться.

— Из Белого Яра звонил? — на всякий случай уточнил Ковалев, — Что там у них случилось, с лодкой проблемы?

Но дежурный только пожал плечами и Дмитрий сказал, что перезвонит из квартиры. Но набрал номер Моисеича не сразу, сначала открыл сейф и вытащил все серебро в слитках и нестандартных монетах — советские трех и пятирублевки с соболем и балетом, вардовские талеры и монгольские монеты — плата от Бату. Хотя, монгольские серебряные мунгу и тугрики имели точно такой же вес как полтинники и рубли — может и не переплавлять?

Димка еще раз глянул на лежащую на столе кучу монет. На глаз — килограмма два будет. Потом махнул рукой, устав