Всадники Перна - Энн Маккефри

– Что такое?

– Ничего, – поспешно заверила его она, улыбнувшись. – Рамот’а говорит, что ты очень напряженно думал.

Ф’лар сжал ее в объятиях, поморщившись от боли.

– Горе ты мое, – с притворной строгостью проговорила Лесса и повела его в помещение под башней.

– Килара вернулась к гостям?

– Да, – слегка раздраженно ответила Лесса. – Они с Мероном неразлучны. Как и их файры.

В комнате соблазнительно исходила паром большая лохань с водой. Лесса настояла, что сама его искупает, и начала рассказывать, что произошло за то время, пока он сражался с Нитями. Он не возражал, расслабившись под мягкими прикосновениями нежных ладоней, хотя порой они вызывали совсем другие чувства…

Т’рона, закутав в плотный войлок, отправили в Южный Вейр. Мардра пыталась оспорить распоряжение Ф’лара об изгнании, но ее протесты натолкнулись на глухую стену в лице Робинтона, Ларада, Фандарела, Сангела и Грожа, которые вместе с Лессой и Киларой сопровождали Мардру в Форт-Вейр. Она была уверена, что ей стоит лишь обратиться к народу своего Вейра и ее поддержат как госпожу. Обнаружив, однако, что осталась практически без сторонников из-за высокомерного и сварливого нрава, она покорно удалилась в Южный Вейр.

– Килара с Мардрой едва не подрались, но вмешался Робинтон. Килара провозглашала себя госпожой Форт-Вейра…

Ф’лар застонал, и Лесса тут же заверила его, разминая напряженные мышцы на плечах:

– Не беспокойся, она сразу же передумала, как только узнала, что Т’кул и его всадники покидают Вейр Плоскогорье. Для Т’бора и людей из Южного куда логичнее взять власть там, чем в Форте, поскольку большинство всадников Форта остаются.

– Значит, Килара окажется слишком близко к Наболу, что нисколько меня не радует.

– Да, но это расчищает дорогу П’зару, всаднику Рот’а. Он сможет стать предводителем Форт-Вейра. Он не слишком силен, но нравится многим, так что вряд ли жители Форта особо расстроятся. Они счастливы освободиться от Т’рона и от Мардры, но вряд ли нам стоит полагаться на удачу.

– Н’тон мог бы стать там хорошим командиром крыла.

– Я тоже о нем подумала и спросила П’зара. Он не против.

Ф’лар покачал головой, удивляясь расторопности Лессы, и тут же зашипел от боли, почувствовав, как она снимает слой старой засохшей целебной мази.

– Пожалуй, я все же предпочла бы позвать лекаря… – начала она.

– Нет!

– Он будет молчать, но предупреждаю: драконы уже все знают.

Ф’лар удивленно уставился на нее:

– Странно… никогда не думал, что столько драконов следят за мной и Мнемент’ом. Вряд ли мы уходили в Промежуток более чем дважды.

– Драконы ценят тебя, бронзовый всадник, – язвительно заметила Лесса, обматывая его чистыми мягкими бинтами.

– И Древние тоже?

– Большинство. И куда больше, чем я предполагала. Лишь двадцать всадников и женщин ушли из Форта следом за Мардрой. Само собой. – Она поморщилась. – У Т’кула ушли почти все. Четырнадцать оставшихся – молодые всадники, прошедшие Запечатление уже после того, как Вейр переместился в наше время. Так что в Южном народа хватит…

– Южный нас больше не волнует.

Лесса как раз подавала ему чистую рубаху и замешкалась, смяв ткань в руках. Он забрал одежду, поправил рукава и начал не спеша облачаться, давая время переварить его слова.

Она медленно опустилась на скамью, озабоченно хмурясь. Ф’лар взял ее руки в свои и поцеловал их. Лесса продолжала молчать, и он пригладил ее выбившиеся из прически волосы.

– Мы честно поступили с ними, Лесса. Там они никому не причинят вреда, кроме самих себя. Возможно, некоторые решат вернуться…

– Но они могут затаить обиду…

– Лесса, сколько ушло королев?

– Лорант’а, королева Вейра Плоскогорье, и еще две… Ох!

– Да. Все они стары и давно уже не в расцвете сил. Сомневаюсь, что Лорант’а поднимется в брачный полет больше одного раза. С тех пор как Вейр Плоскогорье переместился в наше время, там вылупилась лишь одна королева, Сегрит’а. И, как я понимаю, она осталась с Пильгрой?

Лесса кивнула, и внезапно ее лицо прояснилось. Она взглянула на Ф’лара с нарастающим раздражением:

– Можно подумать, ты планировал все это на протяжении многих Оборотов.

– Неужели лучше считать меня трижды глупцом за то, что я недооценил Т’рона, не желал признавать факты и бросил вызов слепой судьбе? Как настроены холдеры и ремесленники?

– Они вздохнули с облегчением. – Лесса закатила глаза. – Согласна, их веселье смотрится несколько истерически, но Лайтол и Робинтон были правы. Перн последует за Бенденом…

– Да, до первой моей ошибки!

Лесса озорно улыбнулась, погрозив ему пальцем:

– Ага… только тебе не позволено совершать ошибок, предводитель Бендена. По крайней мере, пока…

Он поймал Лессу за руку и привлек к себе, не обращая внимания на острую боль в ране. И с радостью ощутил, как поддается ее стройное тело.

– Пока у меня есть ты, – прошептал он и, не в силах выразить словами своей благодарности, гордости и счастья, слился с ней в долгом страстном поцелуе.

Лесса томно вздохнула, когда он наконец выпустил ее и, смеясь, стал целовать закрытые глаза. Она с трудом села, а затем, еще раз недовольно вздохнув, решительно поднялась на ноги.

– Да, Перн последует за тобой, и твои верные советники не дадут тебе совершать ошибки, но я все же надеюсь, что у тебя найдется что ответить этому пучеглазому старику лорду Грожу!

– Ответить Грожу?

– Да. – Она сурово взглянула на него. – Хотя меня нисколько не удивляет, что ты забыл. Он потребовал, чтобы всадники Перна отправились прямо к Алой Звезде и покончили с Нитями навсегда.

Ф’лар медленно выпрямился:

– Я всегда говорил, что стоит нам решить одну проблему, как тут же, словно из Промежутка, появляются пять новых.

– Что ж, думаю, этой ночью нам удастся держаться от Грожа подальше, но мы обещали провести совместное собрание холдов и мастерских в Бенден-Вейре завтра утром.

– Хоть это радует.

Уже открывая дверь, он поколебался, а затем снова застонал.

– Что, мазь не помогает?

– Не в том дело. Фандарел… я так и не смог с ним поговорить из-за этих файров, Нитей и Т’рона.

– А, Фандарел! – Лесса, широко улыбаясь, распахнула дверь. – Он уже полон планов закопать эти несчастные провода в землю, покрыть оболочкой и сделать толще. Он собирается наладить связь с каждым лордом и мастером. Вансор приплясывает, будто ополоумевший на жаре цеппи: ему не терпится заполучить дальногляд, и он постоянно причитает, что незачем было разбирать первый аппарат. – Она взяла Ф’лара под руку, с трудом поспевая за ним. – Кто всерьез разочарован, так это Робинтон.

– Робинтон?

– Да. Он сочинил расчудесную балладу и поучительные песни, а теперь в них нет никакого смысла.

Ф’лар не знал, специально ли Лесса приберегла эти слова напоследок,