Чудесные механизмы - Цинхань Цэцэ

– Ну, пошли тогда, командующий Чжугэ.

Девушка всегда любила носить яркую одежду. Сегодня на ней была блузка цвета первоцвета и юбка в складку из зеленого шелка. Одежда плотно облегала ее талию и руки, подчеркивая высокий стройный силуэт.

Подойдя к входу в туннель, А-Нань обернулась, улыбнулась Чжу Юйхэну и прыгнула вниз – мелькнула и исчезла, как цветок, сорванный с ветки весенним ветром. Чжу Юйхэн подошел ко входу и заглянул вниз. Вокруг раскопанного отверстия земля еще не была полностью убрана, из темного входа тянуло прохладным ветерком, нежно ласкавшим его кожу в дневном зное.

А-Нань уже исчезла во тьме. Чу Юаньчжи и Гэ Чжия последовали за ней, один за другим спрыгнув вниз. Чжу Юйхэн поднял голову. Чжугэ Цзя с отобранными им помощниками сложил руки в прощальном приветствии и тоже спрыгнул вниз.

На глубине около шести чи под землей зияло наклонное отверстие, в которое едва мог пролезть даже один человек, согнувшись в три погибели. Чжугэ Цзя и его подчиненные были рослыми и широкими в плечах, в самых узких местах им приходилось зажимать факелы из сосновых лучин в зубах и проползать участки на четвереньках.

К счастью, туннель оказался недлинным, и вскоре впереди замерцал свет – они выбрались в просторную пещеру. Хотя развернуться тут было негде, но, по крайней мере, можно было выпрямиться во весь рост. В свете факелов тут же заблестели яркие одежды А-Нань, рядом с ней стоял Чу Юаньчжи. Облаченная в черное Гэ Чжия прислонилась к стене пещеры и осматривалась вокруг ледяным взглядом.

Чжугэ Цзя, увидев, что А-Нань освещает факелом стену, подошел и тоже внимательно осмотрел ее. Его лицо тут же омрачилось.

Перед ними была странноватая на вид деревянная дверь. Замка на ней не было, лишь две перекрещенные балки в форме иероглифа «десять» [169], прикрепленные к створке и фиксировавшие ее со всех четырех сторон, прочно вмуровывая в земляную стену.

В самом центре пересечения находилась пустая деревянная рамка, врезанная в дверь, под которой висели тринадцать деревянных иероглифов: «И», «Эр», «Сань», «Сы», «У», «Лю», «Ци», «Ба», «Цзю», «Ши», «Бай», «Цянь», «Вань» [170]. Черты иероглифов были соединены друг с другом тонкими веревочками [171], выглядело все ровно и аккуратно. Судя по размеру, в рамку как раз помещались четыре иероглифа, поставленные в ряд.

– Похоже, это числовой замок. – Чжугэ Цзя взял деревянные знаки, осмотрел и сказал. – Нужно выбрать правильные четыре символа из этих тринадцати, затем расположить их в верном порядке, вставить в рамку – и потайной замок на двери откроется.

– Верно, но сейчас проблема в том, – А-Нань постучала пальцем по рамке, – что мы не знаем, какие именно четыре иероглифа выбрать, и тем более – в каком порядке их расположить.

– Тринадцать символов с точки зрения вероятности дают тысячи вариантов перестановок. Как жа нам рассчитать нужный? – Чжугэ Цзя отложил знаки, его тон стал твердым. – Времени на перебор все равно нет. Эта дверь не такая уж прочная, проще ее взломать!

– Если хочешь взломать… – А-Нань слегка приподняла подбородок, указывая на Чу Юаньчжи, – сначала спроси совета у господина Чу. Замок на воротах его дома работает по тому же принципу, что и эта дверь.

Чжугэ Цзя обернулся к Чу Юаньчжи. Тот, следуя ее словам, подошел к двери и указал на места соединения двери с земляной стеной:

– С четырех сторон двери проложены сотни огненных шнуров, соединенных с внутренней обшивкой. На шнурах подвешено множество специальных камешков разного размера, которые за счет взаимного натяжения поддерживают хрупкое равновесие. Если вставить четыре иероглифа правильным образом и продвинуть их внутрь, потянутся нужные шнуры, и дверь безопасно откроется. Но если потянуть не тот шнур или попытаться насильно сдвинуть дверь или раскопать землю вокруг… – Дрожа, Чу Юаньчжи провел своей поврежденной рукой по дверной раме и указал на земляную стену рядом. – Дерни один шнур – и мгновенно сработают все связанные с ним огненные нити. А как только они придут в движение, все камни сверху рухнут вниз. Камни упадут – механизмы придут в действие, туннель непременно взорвется и обрушится, похоронив нас заживо под толщей земли. Шансов выжить не будет!

Мышцы на лице Чжугэ Цзя дернулись, и он убрал руку с двери. Его подчиненные, даром что все были опытными военными, тоже выглядели мрачно, все уставились на дверь, не смея издать звука.

– А если… – Подумав, Чжугэ Цзя снова спросил: – Мы попробуем с другой стороны, прокопаем в обход? Сработает?

– Во-первых, с чего ты взял, что в других местах не установлены механизмы? Мы сможем определить лишь примерное направление, в котором надо копать, и, если наткнемся на ловушку, пока будем рыть, возможно, будет еще хуже, – парировала А-Нань, растирая затекшую от долгого наклона шею. – А во‐вторых, разве вы сами не сказали, что смертоносная система внутри должна сработать сегодня в час цзы? Где уж тут время искать направление и копать?

Чжугэ Цзя нахмурился и замолчал, погрузившись в размышления. Тогда А-Нань развернулась и пошла обратно, бросив:

– Ты подумай пока, не торопись. А я знаю, кому лучше всего задать вопрос о задаче, связанной с числами!

Огонь испепелил величественные деревянные дворцы, но не смог уничтожить солнечные часы снаружи.

Чжу Юйхэн стоял среди руин. Позади него евнухи держали желтый шелковый зонт, создавая вокруг островок тени. Юноша оставался недвижим, наблюдая, как тень от солнечных часов, с незаметной для глаза скоростью, медленно смещалась к его ногам.

До часа цзы оставалось всего четыре больших часа [172].

А он мог лишь бессильно смотреть, не в силах замедлить движение светила, неумолимо стремящегося к закату, отсрочить грядущую ночь хотя бы на миг.

Вчерашний разговор с дедом еще звучал в ушах. Он поклялся перевернуть ситуацию, использовать свою странную болезнь, чтобы найти источник бедствий. И все же Его Величество одним указом запретил спускаться, хоть и знал, что эта подземная смертоносная ловушка тесно связана с его внуком, что корни этой болезни, впервые проявившейся при пожаре, вероятно, скрыты глубоко под землей. И вот теперь он все равно вынужден оставаться здесь, ожидая, что другие найдут за него окончательный ответ на загадку.

А-Нань… где она сейчас под землей, куда дошла?

Он посмотрел под ноги. После пожара уже прошло достаточно времени и руины успели покрыться дикими травами и цветами. В разгар лета из всех щелей между кирпичами упрямо пробивались сорняки, распуская крошечные желтые цветки, размером с просяное зернышко, они упрямо распространялись среди обугленных развалин.

Эта зелень с позолотой невольно напомнила ему блузу оттенка