Чудесные механизмы - Цинхань Цэцэ

– Я получил от него карту входа – карту вот этого туннеля и планировки его коридоров. И еще одну фразу, – опустив все детали, коротко объяснил Чжу Юйхэн.

– Какую?

«Если встретится препятствие – выход в конце шарика».

Но Чжу Юйхэн не произнес эти слова. В конце концов, этот шарик связан и с А-Нань. Хотя он и поручился за нее перед дедом, убедил его, что она не имеет отношения к Зеленому лотосу, но пока он сам не узнает всю правду, он не будет наивно раскрывать ей все.

А-Нань, видя, что он молчит, уже хотела переспросить, как вдруг впереди замерцал свет – подземный ход повернул, и они оказались перед дверью. Изучавший цифры Чжугэ Цзя, увидев, что Чжу Юйхэн действительно спустился, крайне удивился и поспешил вместе с подчиненными отдать ему честь.

– Не стоит. – Чжу Юйхэн дал им знак не церемониться в такой момент, подошел к двери и взглянул на тринадцать цифр.

– Один, два, три… сто, тысяча, десять тысяч. – Он размышлял, как это связано с оставленной Цзи Чэнмином фразой «выход в шарике».

Подумав недолго без результата, он взял несколько деревянных иероглифов, висевших под рамкой, и снова осмотрел их.

Иероглиф «И» был простейшим – просто горизонтальная палочка [174]. Иероглифы «Эр», «Сань», «Лю» и «Ба» требовали веревочки для соединения черт. Остальные цифры были просты для вырезания, и лишь иероглиф «Вань» обладал довольно сложной формой, но резчик справился отлично, сквозная резьба в середине была четкой, без малейших изъянов или разрывов.

Среди всех иероглифов лишь на «У» был небольшой изъян – на средней горизонтальной черте был маленький разрыв. Концы черты сохранились, из-за чего так и хотелось заполнить этот крошечный промежуток.

Глядя на этот небольшой дефект, Чжу Юйхэн тихо выдохнул, поднял взгляд на уставившихся на него людей и медленно произнес:

– Я знаю, как открыть этот замок.

– Правда справишься? – с вызовом посмотрела на него А-Нань. – А-Янь, тут на кону жизни! Если ты поставишь хоть один иероглиф не так, мы не то что систему не разгадаем, мы даже живыми отсюда не выйдем.

Чжу Юйхэн на мгновение задержался, затем уверенно сказал:

– Доверься мне.

Видя его решимость, А-Нань тут же открыла крышку деревянной рамки, предлагая ему действовать. Чжу Юйхэн поднял деревянные иероглифы, внимательно осмотрел их, еще раз подтвердив свою догадку. Затем он медленно вдохнул, сначала взял иероглиф «И» и поместил его справа в пустой рамке. Затем взял иероглиф «У».

Все затаили дыхание в ожидании, когда он вставит и этот иероглиф. Но вместо этого он перевернул в руке иероглиф «У» с изъяном и показал всем. Из-за маленького разрыва справа на центральной черте иероглифа «У» после переворачивания он превратился в иероглиф «Чжэн» [175].

– Значит, это не цифра? – воскликнула А-Нань.

– Да. Цзи Чэнмин попытался ввести нас в заблуждение. Он сделал разрыв на иероглифе «Чжэн» очень маленьким и намеренно поместил его перевернутым среди других цифр, так что мы, естественно, решили, что это точно «У». Но на самом деле это текстовый иероглиф, а не цифра.

А слова Цзи Чэнмина «выход в конце шарика» на самом деле указывали на последнюю фразу в его предсмертной записке – «да славится единственная истинная династия на тысячу осеней и десятки тысяч поколений»

Однако это была тайна, известная только ему и императору, поэтому Чжу Юйхэн, конечно, не стал говорить об этом при всех.

Он действовал быстро, последовательно разместил в рамке четыре иероглифа: «И», «Чжэн», «Цянь», «Вань» и кивнул А-Нань. Та улыбнулась ему и с привычной легкостью сказала:

– Открывай ты. Все равно мы уже полностью положились на тебя.

В тесном пространстве пещеры А-Нань стояла вплотную к Чжу Юйхэну у узкой двери, сзади их прикрывали Чжугэ Цзя и четверо воинов из Отряда чудесных механизмов. Гэ Чжия отступила на два шага, не отрывая взгляда от рук Чжу Юйхэна. А Чу Юаньчжи отодвинулся подальше, прижавшись к земляной стене, лицо его было перекошено смертельным ужасом. Тьма и тишина давили на всех присутствующих, заставляя сердца каждого стучать невыносимо громко.

Белые изящные руки Чжу Юйхэна в свете огня отливали легким сиянием. Все зашло уже слишком далеко, он больше не колебался. Ловко опустив крышку рамки, он зафиксировал четыре иероглифа внутри, а затем мягко нажал на крышку и осторожно протолкнул ее вглубь.

Под легкий щелчок рамка с четырьмя иероглифами ушла в дверь.

В этот миг сердца всех подскочили к горлу, дыхание перехватило.

Четыре иероглифа вошли внутрь, раздался еще щелчок, затем все стихло, все вновь затаили дыхание в ожидании.

Казалось, прошло лишь мгновение, но при этом было ощущение, что они простояли в пещере вечность, прежде чем дверь слегка дрогнула, сверху легко стукнул камень, а затем все снова погрузилось в тишину.

Собравшись с духом, Чжу Юйхэн поднял руку и мягко толкнул деревянную дверь. Она поддалась, открыв за собой широкий и ровный черный туннель, уходящий куда-то вниз.

Все одновременно выдохнули с облегчением. Даже всегда холодный и сдержанный Чжугэ Цзя не сдержался:

– Господин, ваша прозорливость восхитительна!

Чжу Юйхэн, хоть и знал наверняка, что нужно делать, но все-таки на кону были человеческие жизни, поэтому сейчас, когда все обошлось и дверь была успешно открыта, он почувствовал легкость и невольно взглянул на А-Нань. Языки пламени на факеле скакали туда-сюда, но улыбка А-Нань сияла почти ярче любого пламени.

– А-Янь, ты великолепен! Я же знала, что по всем вопросам с числами обращаться нужно к тебе!

Чжу Юйхэн слегка кивнул ей, ничего не ответив, лишь уголки губ приподнялись.

А-Нань заглянула за дверь: за ней по-прежнему был темный туннель.

– Ты вернешься наверх? – спросила она Чжу Юйхэна.

– Раз уж пришел, пойдем смотреть вместе, – покачал он головой.

Двигаясь по наклонному проходу за дверью, они спускались все глубже и глубже, а пространство вокруг расширялось. Дышать пока было легко, сосновые лучины в факелах горели ровно, что немного успокаивало.

На стенах туннеля сохранились следы древних водяных потоков. Похоже, это было русло подземной реки, которая тысячи лет назад пересохла, а ее канал сохранился и был использован господином Гуанем, превращен в часть его подземной системы.

Подземная водная сеть была запутанной, русло реки было сложным. Чжу Юйхэн предусмотрительно передал карту Чжугэ Цзя, и теперь тот, сверяясь с картой, освещаемой фонарями четырех подчиненных, вел всю группу вперед, настороженно оглядываясь по сторонам.

Кругом царила тишина, в безмолвной подземной темноте слышался лишь шелест их шагов. Изредка с другого конца подземного русла доносился протяжный ветер, призрачно вытягивая звуки «у-а», а затем снова исчезая.

Времени было в обрез, они ускорили шаг.

Двигаясь вперед, Чу Юаньчжи периодически поднимал руку и проводил по стене, изучая появлявшиеся на каменной поверхности