Фантастика 2026-71 - Юрий Иванович

потерял человеческий облик. Он будто втянул в себя все мясо, так конечности и голова стали тоньше, и напоминали теперь больше насекомого, чем человека. Лапы сгибались под неестественными углами, а когти стали еще длиннее и достигали в размерах под десять сантиметров. Кто бы не сотворил это чудище — он был гением или полным безумцем.

Вольха налетел на меня, словно ураган, не страшась получить повреждения. Большая часть кирасы и кольчуги уже пришла в негодность, поддоспешник с огромным трудом сдерживал кровь. А я уже не видел другого выхода. Трижды я пытался сотворить в уме заклятье Огня, да только времени на его подготовку критически не хватало. До тех пор, пока Гавр не принял очередную атаку на себя.

Король-садовник в последнюю секунду заслонил меня остатками щита, в котором мгновенно начали появляться сквозные дыры от когтей. Следом последовал уже знакомый рывок, сопровождаемый непонятными мне ругательствами, и вот уже тварь откинута к противоположной стене. А уже через мгновение враг разорвал в щепы надоевшую ему защиту, оставив Гавра без двух пальцев и располововав ему предплечье в кровь, оказавшуюся бирюзового цвета.

Но главное было сделано — сила бурлила в моей руке, готовая вырваться наружу в любую секунду, и глаз Они активирован.

Проверка выносливости. База: 3 (+1 выносливость, +5 жилы ангела, −3 ошейник). Бонус: −4 эпическое заклинание. Бросок: 4. Требование: 2. Успех.

Проверка восприятия. База: 16 (+5 виденье уязвимости, +3 элита, −3 ошейник, +4 восприятие, +4 эпическое заклинание, +2 магия Крови, +1 магия Души). Бонус: −13 (-4 эпик, −3 естественная броня, −3 ловкость, +1 легкое ранение, −4 выносливость). Бросок: 3. Требование: 3. Потрясающе!

— В сторону! — крикнул я, наводя заклинание.

Дважды повторять не пришлось, напарник резво ушел с линии огня. С помощью демонического артефакта даже в моем обрезанном интерфейсе показался наконец видимый кружок попадания. Чертовски здоровый и это учитывая значительное усиление восприятия. Но Вольха сделал мне одолжение, прыгнув вперед, и я, наконец, активировал плетение.

Хлопок от огненной вспышки, выплюнувшей вперед огонек, слился со щелчком пальцев, а тварь прямо в полете развернуло и отшвырнуло чуть в сторону. Большая часть ее левого бока была разорвана в клочья, и теперь было прекрасно видно, что это все-таки человек, пусть и очень сильно измененный морфизмом. По крайней мере, кишки и органы торчали наружу, как у совершенно обычного эльфа. Да и кровь зеленая шла.

— Как? — взревел Вольха, зажимая рану, — как это возможно? Что за хрен?

— Поигрались и хватит, — усмехнулся я, — пора отправляться на тот свет.

— Почему нет, — оскалился оборотень, движение его было слишком быстрым и смазанным, так что единственное, что я успел сделать — это прикрыться обеими руками. Но враг и не думал атаковать. Вместо этого он поднес ко рту стеклянный пузырек, без донышка. Поняв, что в сосуде пусто, наверное, разбился во время драки, Вольха начал шарить по карманам. И когда достал еще один полностью черный, я понял, что сделать ничего не успеваю. Подхватив с пола меч, я бросился вперед, но огромная стальная булава меня опередила. Хруст ломаемой кости слился с протяжным выдохом, и, оглянувшись, я увидел Илью. Настоящего.

— Так, — пробормотал я, оглядываясь, — либо меня неплохо приложили по голове, либо в глазах двоится, либо ты настоящий. Очень на последнее надеюсь.

— Да, брат, — серьезно согласился воевода, входя в спальню, — теперь я вижу, что и ты настоящий. А это, что за тварь?

— Оно тобой притворялось, — прохрипел Владимир с кровати, Илья откинул полог, и я понял, что обвинять правителя в трусости или малодушии не стоило. На князе буквально живого места не было. — И судя, по всему, Добрыней тоже. Свяжи его да допроси с пристрастием.

— Понятно, — кивнул богатырь, — каких только мороков враги на нас не насылают. Теперь еще и это, — ловкими движениями он завернул руки противника за спину, а потом, не долго думая, оторвал от кровати кованую завитушку и загнул ее на запястьях Вольхи вместо кандалов или веревки, — некогда мне разговоры разговаривать. Бежать надо, князь. Враги совсем близко. Внешнюю стену уже пробили. Дружина вся во внутреннем дворе сражается.

— Бежать? — усмехнулся Гавр, перевязывая поврежденную кисть лоскутом из балдахина.

— Да, — настаивал Илья, — жизнь князя первостепенна. Потом под его знамена можно будет и ополчение собрать…

— Это все понятно, да только зачем? — острозубо улыбнулся король на все руки. — Ежель ваш враг не знает, как выглядит его собственный лазутчик, — он кивнул в сторону поверженного оборотня. — То почему бы тому, в кого он превращался, не добраться до лидера противника и не покончить со всем этим бедламом одним ударом? Так сказать — клин клином вышибить.

— А ты соображаешь, хрен голубоглазый! — сквозь боль улыбнулся Владимир. — С короной и наложницами перетопчешься, а вот скакуна я тебе дарую. За спасение.

— Превелико благодарен…

— Я дружину не оставлю, — твердо сказал богатырь и посмотрел на меня.

А следом ко мне повернулись просветлевший лицом князь и ухмыляющийся Гавр.

— Ну нет… Вашу мать! Нет!

Глава 34

— Мне нужно, по крайней мере, несколько часов, чтобы восстановить силы! Да и заклятье я только что использовал.

— Больше получаса мы не продержимся, — с сожалением вздохнул Илья, — зелья, настойки мази, оружие. Бери все что нужно.

— Он уже и так взял, — слабо усмехнулся Владимир. — Не так ли? Я прекрасно помню этот меч, он был в сокровищнице.

— У вас там крысы завелись, — пожал я плечами, прислонившись спиной к стене, — считайте, что просто взял мзду за устранение грызунов. А то они вынести могли куда больше.

— Выверни карманы, сними пояс, а все остальное можешь оставить себе, — строго сказал князь, — мне еще город восстанавливать. А взамен станешь моим воеводой.

— Вот счастье-то привалило, спасибо. И на кой черт мне это надо? Я и так корячусь, как могу, а если еще и на тебя работать. Нет уж, извинения прошу. Я вольная птица, даже несмотря на ошейник. И кстати о птичках, жар-птиц я нашел и перебил. Некоторых взял в плен. Так что пожалуй вещи из сокровищницы себе оставлю.

— Зря ты так, — сказал Илья, выглядывая из узкого окна, бойницы, — должность воеводы это не только почет, но