Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

удивлению, страстно захотел ее поцеловать. В конце концов, от одного раза ведь не случится беда? Тем более что они и так скоро умрут. Он приблизился к объекту своей неожиданной страсти и уже был готов на опрометчивый шаг, когда услышал последующие слова Оделян, немного отрезвившие его:

– В этом месте творится что-то странное, да?

Одди оказалась не в меру проницательной.

– Да, – честно ответил сын академиков, с сожалением подумав о том, что поцелуй откладывается на неопределенный срок.

– Ты понимаешь, что тут происходит?

– В целом да. Но вряд ли я смогу понятно объяснить тебе.

– Прости меня, Даниел. Я не хотела говорить дурного о твоем друге. Знаешь, что самое удивительное? Как только мы зашли в этот лес, я перестала думать о нем с плохой стороны, и это очень странно…

– Стоп, так ты знаешь Артура? – живо воскликнул Даниел во весь голос, совсем забыв о том, что надо вести себя незаметнее.

Оделян смущенно кивнула.

– Как только ты начал историю о твоем несправедливо осужденном друге, которого сослали в Доргейм, я сразу поняла, о ком идет речь. Я была знакома с Артуром, даже общалась с ним… До тех пор, пока у нас не произошли некоторые… размолвки. Но теперь, в этом лесу, я уже ни в чем не уверена. Я надеялась, ты прояснишь мне ситуацию…

Даниел, не удержавшись, порывисто схватил Оделян за плечи.

– Расскажи мне все о нем. Где он? Как вы познакомились? Ты тоже из Доргейма? С ним все в порядке?

Оделян грустно улыбнулась.

– Можно подумать, его участь интересует тебя более, чем своя собственная.

– Я человек пропащий, – тоже улыбнулся Даниел. – А он мой лучший друг. Расскажи скорее все, что знаешь!

И Оделян, смущаясь и запинаясь, поведала новому приятелю о том, как впервые встретилась с Артуром. Как тот рассказал ей свою историю. О том, что она является сестрой какого-то там Тода. А Даниел, затаив дыхание, слушал ее с широко раскрытыми глазами. Он был так взволнован, что, казалось, даже забывал дышать.

– Артур склонил меня на побег. Я, Единица, Спайки, Четверка и другие ребята решились убежать из Доргейма, чтобы (по его словам), уйти от влияния какой-то… Тени? Нам почти удалось убежать, но по пути нам встретился бродячий цирк… И если события до этого момента я помню отчетливо, то потом все было как в тумане. Ты знаешь, Артур предал нас, рассказав управляющему цирка, что мы сбежали из колонии. А тот захотел отдать нас охотникам. Здесь могло быть несколько вариантов развития событий – либо нас бы расстреляли, либо вернули в лагерь. Все зависит от жестокости карательного отряда, но я наслышана, что туда идет всякий сброд. Сам же Артур сбежал, прихватив с собой награду за нашу поимку. А потом… Нас спас один человек…

– А где же Артур? – нетерпеливо воскликнул Даниел, которому совсем не было дела до того, кто спас сбежавших заключенных; судьба друга волновала его в первую очередь.

Оделян нахмурилась.

– Не знаю и знать не хочу, ты что, не слышал про то, что он предатель?

– Чушь, такого быть не может! – излишне запальчиво воскликнул Даниел. Но царица Доргейма не рассердилась.

– Ты знаешь, чем более я нахожусь в этом лесу, тем более мне начинает казаться, что вовсе не Артур сдал нас управляющему… Тут было что-то еще… Но, может, станет понятнее, если ты пояснишь, что это за место?

Даниел пожал плечами.

– Лабиринт естествознателей. Они возвели его, чтобы к ним никто не проник…

– Да! – воскликнула Оделян, будто что-то припоминая. – Артур вроде рассказывал про них… Те самые люди, которых единорог наделил своей силой для борьбы… С Тенями? Так это все правда, Даниел? Но почему я стала верить во все это только здесь, в этом лабиринте?

– Я не знаю… Может, он как-то защищает от влияния Тени? Может, это Тень руководит всеми вашими действиями, а вы этого не подозреваете? Любая война выгодна Теням, так как это возможность заполучить себе больше вместилищ....

– Но тогда… Все, что мы делали и во что верили – ошибка! – растерянно пробормотала Оделян, а Даниел вновь ощутил страстный порыв обнять девушку и прижать к себе. – Что… Теперь делать?

– Сколько вас человек? – спросил Даниел, мозг которого принялся лихорадочно работать. Он не видел, кто с ними шел, так как проводники возглавляли отряд, а доргеймцы плелись в хвосте.

– Со мной Джехар, Питбуль и Четверка. Остальные остались в деревне.

– Помогите нам сбежать от полидексян! Сейчас это первое, что надо сделать! А потом – решим по обстоятельствам.

– Мне надо посоветоваться с Джехаром… Мы все ощутили в лабиринте изменения, однако я не уверена, что они сочтут решение освободить вас… Правильным.

– Пожалуйста, доверься мне, Одди, – умоляюще прошептал сын академиков, глядя в черные глаза. И такой прекрасной и подающей надежды вдруг стала эта странная ночь, так причудливо из тумана выступали искривленные ветви деревьев, так красиво трепетали черные ресницы суровой девушки-воительницы, стоящей напротив, что Даниел, позабыв все свои невзгоды и проблемы, не выдержал и робко поцеловал ее. И, пожалуй, это был один из самых смелых его поступков. Конечно же, он тут же отстранился, покраснел, уставившись себе под ноги, и хотел было пролепетать что-то, объясняющее его поведение, однако Оделян не захотела его слушать и потянула за собой к лагерю.

Спустя какое-то время Даниел вновь сидел на своем месте, привязанный к дереву, а друзья с пристрастием допытывались у него, что произошло.

– О чем вы говорили? И почему ты так глупо улыбаешься, как будто нас уже отпустили? Разве есть повод для веселья? – возмутился Тин, с искренним недоумением косясь на приятеля.

– Вы не поверите, ребята! – мечтательно произнес Дан, смакуя про себя свой недавний смелый поступок. – Оделян из Доргейма!

– Что?! – в один голос воскликнули Тин с Дианой.

– Она была знакома с Артуром и поможет нам сбежать.

Глава 28. Мирись с соперником твоим скорее, пока ты еще на пути с ним, чтобы соперник не отдал тебя судье, а судья не отдал бы тебя слуге, и не ввергли бы тебя в темницу

Когда слон величавой поступью прибыл на территорию с искусственными садами, принадлежавшими семье Ролли, к нему навстречу кинулся статный юноша с раздвоенным посередине парчовым плащом, развевавшимся за его спиной, как крылья атакующего орла. Молодой человек находился в крайнем волнении: это было видно по его трепыхающимся ноздрям, вздымающейся груди, поту, проступившему на лбу и прочих деталях, уже менее бросавшихся в глаза.

– Я так рад тебя видеть! – с необычайным чувством