Цвет ночи. Обжигающий неон - Лера Виннер

Однако оказалось, что не только ее тело помнит. Что эта память вбитая на уровне крови и инстинктов в них обоих — засыпать именно так, обнявшись, и просыпаться вместе.

Беспомощность и злость накатили волной и тут же схлынули, когда безошибочно угадавший момент ее пробуждения Зейн коснулся лбом ее затылка и снова застыл, оставляя только за ней право решать, что они станут делать с этим дальше.

Закрыв и открыв глаза еще раз, Эрика провела кончиком языка по губам, попутно собирая с них такой знакомый вкус, и наконец развернулась, так и не выпустив его руки.

Если не считать непривычно короткой стрижки, по вечерам он остался таким же — спокойным, расслабленным, сдержанно-хищным и красивым настолько, что невозможно было отвести взгляд.

Точно так же, как всегда и несмотря ни на что, засыпали обнявшись, каждую совместную ночь они начинали с того, что занимались любовью — без оговорок, исключений и оглядки на то, что было накануне. Повинуясь такому же безоговорочному, как память, инстинкту, Эрика потянулась целовать первой, и едва успела перенести опору на руку, когда Зейн неожиданно податливо откинулся на спину.

Глава 13

Дом Мердоков оказался освещен непривычно ярко, и, прежде чем подняться по ступенькам, Эрика все же бросила на Зейна короткий вопросительный взгляд.

Тот ограничился пожатием плечами и толкнул дверь.

В гостиной потрескивал камин, а Кэт, Дэнни и Селина, расположившись на ковре перед ним, играли в покер.

— Ты жульничаешь! — последняя приподнялась, и, сделав стремительный выпад вперед, попыталась поймать волчонка за рукав.

— Или просто ты плохо играешь, — тот увернулся, показательно сберегая одежду нетронутой.

— Привет! — Селина заметила их первой, и бросив карты, вскочила. — Очень вовремя, потому что ваш мальчик мухлюет.

— Или ему кажется забавной твоя реакция, — появившийся из кухни Мердок хмыкнул, и только после кивнул вампирам. — Добрый вечер.

— Добрый.

Зейн ответил ему, в то время как Эрика смотрела только на Селину.

— Вижу, тебе лучше?

— Да, — она пожала плечами и опустилась на ковер снова. — Я в полном порядке. Никакой агрессии или беспамятства. Хотя мне и описали нечто абсолютно непотребное.

— Как я и думала, дом блокирует этому уроду доступ к ее сознанию, — Лив почти бегом спустилась по лестнице, на хочу собирая волосы под заколку. — Скорее всего, он уже выяснил, где она, но пробиться через нашу защиту не может.

— Что это значит? — Эрика проводила ее откровенно восхищенным взглядом.

— Что Селина, пока все не решится, поживет у нас, — Лив только коротко и вопросительно подняла бровь в ответ на него, но ничего не сказала. — Это, конечно, предполагает некоторые издержки. В частности, ей придется питаться донорской кровью, но это лучше того, что было вчера.

— Точно, — сама Селина сколько-нибудь опечаленной таким положением дел не выглядела. — Я что, правда бросилась на Джину?

— Скорее, здорово ее напугала. И еще десятка два посетителей, — Эрика пересекла комнату и присела на корточки перед ней, заглядывая в лицо.

Девочка тут же откликнулась, неосознанно устремилась навстречу всем своим существом.

— Черт. Значит, я лишилась работы, да?

— Если тебя так мучает совесть, напомни после Зейну, чтобы посуду вычли из твоей зарплаты.

Селина столь очевидно и искренне просияла, глядя при этом только на нее, что Зейн предпочел отойти в сторону, занять дальнее кресло, из которого за ними было удобнее наблюдать.

— Кстати, у нас есть интересные новости, — смирившись с тем, что игра закончена, Кэт стала собирать карты, и, изловчившись, все-таки дернула Дэна за рукав. — Ого! Там и правда ничего не было.

— Считай, что я унижен и оскорблен твоими подозрениями, — тот хмыкнул, отдавая ей то, что оставалось в руках, и тоже уставился на Эрику, не решаясь спросить.

Та почувствовала этот взгляд, конечно же. Оторвавшись от Селины, потянулась и неожиданно мягким жестом потрепала по волосам.

— Я в порядке. Из ценного там был только компьютер и куртка Хуго Босс, так что ничего страшного. Но плохая для тебя новость в том, что видеть меня тебе теперь придется чаще. По крайней мере, какое-то время.

Мальчишка хлопнул глазами, моментально заподозрив неладное, повернулся, ища ответ у Зейна.

Тот только пожал плечами:

— Было бы странно, если бы Смотрящая переехала куда-то еще.

— Если ты не против, — Эрика добавила это без издевки, запоздало подумав о том, что надо было сказать наедине.

Пальцы Дэна дрогнули так, словно он собирался сжаться кулак, и спустя долю секунды она поняла, что ошиблась. Волчонок не испугался и не расстроился, а едва успел сдержаться от того, чтобы её обнять.

Отчего-то захотелось громко и горестно застонать.

— Так что у вас за новости?

От греха подальше она предпочла встать, и тут же об этом пожалела, потому что Зейн, словно издеваясь намеренно, расположился в кресле полубоком, опираясь на бедро.

Перед визитом к Мердокам им пришлось наведаться ещё и в брошенный со вчера порт, где они вдвоем справились в кратчайшие сроки. Но перед тем успели дважды.

В том, как Зейн постепенно привыкал к её ведущей роли, безоглядно доверяясь, была нотка горечи и безумия, но гораздо больше — безоглядного и безмерно болезненного счастья.

В Дублине ли, на Аляске, спустя сотню лет в Нью-Йорке, приказывая ему и получая в ответ безоговорочное подчинение Эрика чувствовала себя на вершине мира. Как бы это ни выглядело со стороны, насколько неловко не воспринималось бы по началу…

Она знала, что ему было хорошо. Им обоим было. И в благодарность за этот неожиданный и сумасбродный компромисс хотелось отдать так много… Максимум того, что могла.

Оторвавшаяся наконец от преувеличенно внимательного разглядывания Дэна Селина снова повернулась к ней, пытаясь сформулировать.

— Когда я проснулась…

— Оказалось, что Сель знает Лив, — по всей видимости, уставший от чужих сложных взаимоотношений Мердок все-таки решил прийти ей на помощь.

— Знаешь Лив?

— Как выяснилось, у ее ублюдочного Мастера хранится мой портрет.

— Твой портрет? — моментально растерявший весь свой благодушно-игривый настрой Зейн выпрямился в кресле.

— Да. Не фото, а именно портрет. Хотя и фото тоже, — Селина встала, и так, чтобы всем было удобнее, перебралась на диван, устроилась, подогнув под себя ногу, рядом с Кэт. — Он никак это не объяснял, ничего по этому поводу не говорил, а я не спрашивала, но он хранит их как фетиш или большую ценность. Такое ощущение, что сидит и смотрит по ночам.

— У тебя есть идеи, что бы это значило? — Джон