Влад Талтош. Том 4. Дзур. Джагала. Иорич - Стивен Браст

– Она сама, считай, запретила.

– Морролан, вероятно, чуть не лопнул от злости.

– Да, ему не понравилось.

Я кивнул.

– Вот, значит, во что я вляпался. Ну хорошо. И все равно не понимаю, почему императрица избрала на заклание именно Алиеру.

– А кого бы ты предложил?

– Сетра, но должны же быть сотни и тысячи людей, преступивших тот или иной закон, которых можно было бы использовать, отвлекая внимание от того, что императрица считает нужным скрыть.

– Не совсем, – проговорила она, подняла палец и начертила им в воздухе перед собой светящуюся белую черточку. – Алиера известна всем, даже среди текл, о чем свидетельствует факт, что даже ты услышал об этом в своем захолустье. – Она нарисовала вторую черту. – И все знают, что она подруга императрицы. – Сетра провела третью черту; надо бы самому выучить этот трюк. – И ни для кого не секрет, что на штудии Алиеры Империя смотрит сквозь пальцы. О ком еще такое можно сказать?

Я скорчил гримасу.

– Ну ладно. Итак, все зависит от меня. И что же мне делать?

– Похоже, адвокат, которого ты нашел, очень хорош. Положись на него.

– Действительно хорош?

– В своей области – да.

– Приятно слышать. Он подрядил меня… ну, ты знаешь, на что.

– Да. Мудрое решение.

– Я собираюсь поговорить с Норатар.

– А, – сказала она. Потом: – Ой.

– Угу.

– Ладно, – подумав, проговорила она, – я это устрою.

– Спасибо.

Я выпил еще вина, совершенно не чувствуя вкуса.

Мы сидели вот так, пока уютное молчание не стало неуютным, и тогда я спросил:

– Сетра, а кто ты еще?

– Хмм?

– В смысле, у тебя, наверное, есть и другие, э, личности, помимо…

– А. Никого из них ты не встречал. Даже и не слышал, пожалуй.

– Должно быть это трудно.

– Иногда. А иногда это единственная радость, которая у меня остается.

Я кивнул. Хотелось расспросить о других ее персоналиях, но очевидно было, что она не желает об этом говорить, так что я допил вино и хранил молчание.

Чуть позже она сказала:

– Норатар согласна встретиться с тобой.

– Когда?

– Сейчас, если это удобно.

– Удобно, – повторил я. – Угу. Ладно. А потом я бы…

– Что такое? – нахмурилась Сетра.

– Так, ничего. Значит, повидаюсь с Норатар, а потом, пожалуй, пойду подкрепиться.

Она отвела взгляд.

– За «Валабаром» постоянно следят.

– Да, я так и предположил. Мне на ум пришло более безопасное место, скажем, «Разбитая башка».

– Боюсь, не знаю такой.

– Извини, жаргон джарегов. «Разбитая чашка».

– А. На Клеверном кольце.

– Владеет ей Дом Джарега, так что там я в безопасности. Нискан там обедал, когда за ним полгорода гонялось со смолой и перьями.

Она кивнула.

– Лишь бы ты там был в безопасности. Не хочу, чтобы что-то с тобой случилось.

– Весьма любезно с твоей стороны. – Я встал и наклонил голову.

– Я тебя телепортирую.

Как спросить Чародейку горы Дзур, достаточно ли она трезвая, чтобы справиться с телепортацией? Ответ: никак.

– Спасибо, – проговорил я.

Интерлюдия: Воспоминания

Резко и ясно, все образы четкие, цвета живые, даже звуки все еще звучат в моих ушах. Я стоял и смотрел на ее жилище, утратив дар речи. Я как раз закончил доказывать, что я не герой. Крейгар проводил меня, для моральной поддержки или вроде того, но остался ждать на улице, чтобы сперва я встретил мальчика сам.

Она пригласила меня войти.

– А где…

– У него тихий час.

– О.

– Скоро проснется.

Мы сели и поболтали ни о чем. А потом из соседней комнаты раздался звук, словно кошке наступили на хвост; сердце мое сжалось.

– Сейчас вернусь, – сказала Коти.

Вокруг меня плавали псионические следы Нойш-па, надменные и возбраняющие, – что доказывает, сколь обманчивы могут быть псионические следы. Ее не было долгие две или три минуты.

За ней катился карапуз. Короткие штанишки, серая рубашонка, темные волосы аккуратно причесаны. Громадные глаза и взгляд, как у Коти.

– Влад, это твой отец, – сказала она.

Мальчик мгновение изучал меня, потом повернулся и прижался лицом к коленкам Коти. Она виновато улыбнулась.

– Очень стесняется чужих, – проговорила она. Я кивнул. – Просто не обращай на него внимания. Образуется.

Не обращать внимания. Угу.

– Хорошо, – ответил я.

– Ну же, Влад, давай поищем твою черепашку?

Он кивнул куда-то ей в колени. Она взяла малыша за руку и подвела к длинному ящику красного дерева, стоящему под окном. Знакомый ящик; когда-то в нем хранилось оружие. Сейчас, похоже, там лежала черепаха – сшитая из ткани и набитая бог весть чем.

Я думал, он ее обнимет, но малыш ушел с черепахой в угол, сел и принялся ее изучать. Коти присела на край кушетки, мне незнакомой, и взяла бокал. Мы наблюдали за ним.

– Что он делает? – тихо спросил я.

– Соображает, как все устроено, – ответила она.

– А. А это сложно?

– Вроде головоломки. Ткань сложена определенным образом, чтобы получилась черепаха, и если правильно ее развернешь, получится что-то другое. В первый раз у него был лиорн, во второй – дикая кошка. Что будет здесь, не знаю. Думаю, он разберется.

Я улыбнулся.

– А первые две решил?

– Быстро.

Я улыбнулся еще шире.

– Где ты нашла такую игрушку?

– Их делает одна девочка и носит сюда. Не знаю уж почему, но она не кажется мне опасной.

– Девочка? А у нее есть имя?

– Девера.

Я кивнул.

– Ты ее знаешь? – спросила она.

– Хм. И да и нет. Но ты права, ему она вреда не причинит.

Это, кажется, устроило Коти. Мы продолжали наблюдать за нашим сыном. Если малыш и чувствовал, что мы за ним наблюдаем, то предпочел не обращать на нас внимания. Трудно было о нем говорить так, словно его тут нет. Да и не стоило, пожалуй.

Влад Норатар подошел к своей матери и продемонстрировал ей вещь.

– Очень хорошо, – сказала она. – Знаешь, что это такое?

– Это лошадь, – объяснил он.

Она кивнула.

– Покажи своему отцу.

Малыш повернулся и оценивающе на меня посмотрел; хотел бы я знать, какое лицо следовало изобразить. Я попытался выглядеть заинтересованным, но не взыскующим; наверное, сработало, потому что он прошествовал ко мне и показал мне лошадь.

– Очень хорошо, – проговорил я. – Но, наверное, черепахе там внутри очень неуютно.

Он нахмурился и поразмыслил.

– Ты глупый, – решил мальчик.

Никогда еще меня не называли глупым; не знаю, как я это воспринял. Наверное, мне понравилось.

Он повертел туда-сюда уши лошади, довольный, что разгадал секрет, потом отошел, устроился на ящике и занялся превращением ее обратно в черепаху. Коти и я смотрели на него.

– Очень умный, – сказал я.

Она улыбнулась.

Мы долго смотрели на