Упал намоченный 2 - taramans

— Вот найдете, мне позвонишь, подъеду, посмотрю и денег тебе на это дам. Это чтобы я мог в любой момент к вам в гости заехать, и чтобы не мешал никто. Поняла?

Девчонка не удержала довольной улыбки и горячо расцеловала Васильева.

Глава 38

Сергей Васильев дежурил. То есть являлся дежурным участковым инспектором в следственно-оперативной группе. Есть такая нагрузка у участковых: по очереди, невзирая на чьем участке случилось происшествие, они выезжают на это самое происшествие. Начиная с утреннего развода, то есть с восьми нуль-нуль текущих суток и до… Вот это самое «до» могло продолжаться до бесконечности, но максимум, как правило, до следующих восьми нуль-нуль: все зависит от везения, или — от невезения. Сиречь, как карта ляжет. Бывало и такое, что и следующие сутки приходится прихватывать.

Припоминалось: как-то в будущем один из высоких начальников решил, что выезжать на происшествия должен именно родной участковый, на чьей земле и произошло нечто паскудное. Но — не взлетело, как говорится, ибо у околоточных в таком случае совсем исчезнут выходные дни и личное время отдыха: преступному элементу как-то насрать, на чьей земле гадить и в какое время это делать. Они, жулики, то есть, вообще границ обслуживаемых территорий не знают и знать не хотят, сволочи поганые.

Однако Васильев надеялся на несколько факторов. Во-первых, сегодня с утра была суббота, то есть выходной день, а выходной день даже жулики всех мастей хоть сколько-то, но уважают. Во-вторых, с самого что ни на есть утра в городе Кировске и в ближайших окрестностях зарядил мелкий, нудный дождь. А эта погода не нравилась абсолютно всем, в том числе — противоправным посягателям на что бы то ни было, а вот ментам, наоборот — нравилась.

Потому-то Васильев сидел в родном кабинете, поглядывал с удовлетворением в окно и пытался вникнуть в паспорт на административный участок. Запомнить не надеялся, нет — слишком уж много было там разнообразнейшей информации. Начиная с перечня организаций, предприятий и учреждений…

«Их, оказывается, на моем участке аж двадцать шесть. Всех видов и форм собственности — кроме частной, конечно же — и отраслей деятельности. Смотри-ка ты! А о некоторых я вообще и не слышал, но такие есть: и адреса имеются, также как руководители и работники. Вот, скажите на милость, чем отличаются „Ветстанция“ от „Ветлечебницы“? Казалось бы — ничем, а оказывается есть отличия. Или — „Льносемстанция“ и „Станция химизации растений“, а еще и „Агрохимическая лаборатория“. Каково, а? Я-то думал: РТС, „Дорстрой“, „Мелиорация“, и сельхозтехникум, как средне-специальное учебное заведение, но — нет, шалишь! Даже какой-то „Ремсельбурвод“. Такое звучание этого предприятия, что почему-то представляется это неким существом, страшноватеньким, неопрятным и вечно недовольным. Неприятным в целом типусом. И везде значится, я должен побывать, со всеми познакомиться, хоть чуток вникнуть в их дела. А что? Людям нравится, когда представитель власти хоть чуть-чуть разбирается в их проблемах!».

Познакомиться пока получилось лишь с двумя руководителями: директором РТС Никифоровым Александром Харитоновичем и директором «Дорстроя» Котовщиковым Николаем Яковлевичем. Первый Васильеву сразу понравился: типичный хороший руководитель, хоть и имел Никифоров несколько усталый вид, однако не отмахнулся от Мельника, когда тот приехал представлять нового участкового. Не отмахнулся, послушал, присмотрелся, немного поговорили в директорском кабинете, даже чай попили. А вот Котовщиков… Может, он и деловой мужик, но уж больно крикливый, ругательный, не стесняющийся матерно высказывать свое недовольство работягам на территории предприятия.

«Может, просто момент такой был — неудачный? Ладно, посмотрим!».

Паспорт участка был толстым, изрядно потрепанным гроссбухом и подразделялся на несколько частей — по видам деятельности «анискиных». Записи в этой книге начинались с начала шестидесятых годов, и велись они по-разному: где-то убористым аккуратным почерком, подробно и с массой пояснений, а где-то — как курица лапой сикось-накось и хрен чё поймешь. Ну и содержание — соответствовало.

Васильев встал, потянулся, разминая поясницу, одобрительно покосился на новую, купленную им трехрожковую люстру — мужикам сказал, что купил две в магазине уцененных товаров, да и собрал одну. И ведь работает, и в кабинете куда светлее стало!

Чуть подпрыгнул, угнездился седалищем на широченном подоконнике и с удовольствием закурил в приоткрытую форточку, раздумывая о своем житье-бытье и милицейской службе. С одной стороны, жизнь налаживалась, устаканивалась, входила в колею. Вот — он уже третий день квартирует по новому месту: в общежитие педучилища, и ему пока все нравится. Комната приличная — три на четыре или около того. В комнате имеется кровать с панцирной сеткой, письменный стол со стулом, платяной шкаф и небольшой кухонный столик со вторым стулом. И все чистое, почти новое…

«Ну да, общагу же не больше шести лет назад построили. В смысле, именно это здание!».

В секции, где располагалась его комната, были еще две, но побольше размерами, аж двухкомнатные. Как пояснил Пашка Сергиенко, такими их сделали специально для семейных преподавателей училища, попросту совместив смежные, ранее изолированные помещения. То есть, было четыре комнаты, а стало — две. Между комнатами имелся холл немалых размеров, где могли порезвиться малолетние отпрыски проживающих. Направо от холла шел коридор, ведущий в такую же секцию на противоположном конце здания. Посредине коридора имелась изрядная кухня на четыре электроплиты, водопроводные раковины аналогичного числа и пара холодильников. В общем, живи — не хочу!

«Ах да! В каждой секции имеется и санузел, тоже вполне продвинутый по нынешним временам: две туалетных кабинки, две закрытых душевых кабины по другую руку, и пара умывальных раковин прямо от входа. В общем, вполне приемлемо!».

Сергей вернулся к изучению документации. Как и рассказывали коллеги, доставшийся ему административный участок был неплох: хоть и великоват по размерам, но довольно спокойный. К примеру, поселок РТС — это бывшая деревня Нагорная, где большинство жителей знают друг друга издавна, еще с довоенных времен. И пусть деревня та изрядно разрослась после организации в ней МТС, но по-прежнему была процентов на девяноста все той же деревней — частный сектор.

— РТС вообще край тихий, там и жуликов-то толком нет. Пара-тройка, если и наберется, но и те не законченные зэчары, а больше — «от сохи на