Упал намоченный 2 - taramans

— Мы не ссорились, — с досадой фыркнула Катя, — Мы спорили.

Васильев засмеялся:

— Я бы даже сказал — торговались. И ты перебила наш торг на самом интересном месте.

— Да я бы все равно не согласилась, — отмахнулась старшая сестра.

Сергей потянул Катьку к себе, приподнялся и язычком поласкал ей сосок:

— Даже если так?

— Ф-ф-у-х… — выдохнула, прикрыв глаза, Катя, и помотала головой, — Ну, Сереж-а-а… Даже если и так. Ты совсем Светки не стесняешься, бесстыжий?

— Совсем, — подтвердил он.

«Катька, похоже, какая-то нимфоманка — заводится мгновенно!».

Перевел взгляд на младшую: та буквально пожирала взглядом лежащую перед ее глазами картину.

«А Степа Светку-то, видимо, не того… Не постарался, в общем!».

— Свет… Чай пить будешь? — привстал он на локти.

— Буду, — кивнула та, — Я бы, честно говоря, и перекусила бы немного.

Катя негромко засмеялась:

— Я тоже, — а потом, как будто извиняясь, пояснила Васильеву, — Мы почти не ужинали. Ну, в смысле… У нас всегда так: бабка, у которой мы комнату снимаем, постоянно ворчит, что мы — засранки, что никогда за собой не прибираем. В общем, мы только чай вечером пьем.

— А чего мы засранки? — с обидой продолжила Светка, — Мы ей постоянно весь дом намываем, и в ограде тоже прибираемся, и в огороде помогаем. А ей, клюшке старой, все не так. И проститутки мы, и засранки, и мало платим, и дрова, что наш батя привозит, плохие.

— А почему другого жилья не поищете? — удивился Сергей.

— Да все примерно так же, — хмыкнула Катя, — Учащихся-то в Кировске — полно, и далеко не все в общежитиях живут, чуть не половина также жилье снимает. А еще по организациям многие работники углы ищут, особенно молодые семьи. Потому… Сложно, в общем, нормальное жилье найти.

Катя как будто нехотя оторвалась от Васильева, посмотрела вниз, вздохнула огорченно и, не навевая белья, натянула на себя спортивный костюм.

— Ну, не вздыхай, хорошая моя, у нас с тобой еще вся ночь впереди, — Сергей погладил девушку по попе.

— Светка, пошли до кустиков сходим…

Васильев метнулся к воде, обмылся, свято соблюдая заповедь: «Главное — чистота половых органов!». Потом подкинул дров в почти прогоревший костер и, подойдя к столу, принялся нарезать уже заметно отощавшие запасы продовольствия.

«Шурпу съели, шашлык — тоже. Осталось немного соленых огурцов, сало вот есть — и соленое, и копченое. Полно его! А не поджарить ли мне сальца на прутиках? Мировой же закусон!».

Серега вмиг нарезал ивовых прутьев, ошкурил их, чуть опалил на огне и, правильно порезав сало, нанизав, принялся поджаривать. Поплыл вкусный запах, и Серега сам почувствовал, что проголодался. Поджаривая порции «вкуснятины», скидывая готовое в миску, он волей-неволей прислушивался к негромкому разговору сестер, вернувшихся и севших за стол. Те шептались, то совсем неслышно, похихикивая, косясь на Сергея, то чуть громче.

— Да он палку только и кинул, — обиженно шептала Светка, — А потом уснул. Да ладно бы… Но ведь ты — то стонешь, то орешь благим матом.

— Да прям там, скажешь тоже — орала я, — хмыкнула Катя.

— А то — нет? Я ажно позавидовала. Нет, ну правда же — тебе вон как… А мне — хоть уши затыкай, и Степка еще — храпит под боком. Да ладно бы храпел, он же и попердывает, поганец. Шубу с меня стащил, развалился как фон-барон, а я в уголке скорчилась. Слушай… А чего Сережка говорил, мол — торговались вы. Это чё еще такое?

Катька покосилась на Васильева, склонилась к сестре, и Сереге пришлось делать вид, что он «ващпе» глухой. Но ответа старшей и правда не услышал, только Светка покосилась задумчиво на него.

Светка и присоединившаяся к ней Катька допили «Рябину», Серега — так понравившийся ему коньяк, закусывали жареным салом. Ну и что, что без изысков? Для русских сало — не менее сакральный продукт, чем для хохлов. Попили чай. Сергей ловил на себе задумчивые взгляды сестер, видел их переглядки, но пока молчал, нагнетая интригу.

— Сереж… — не выдержала старшая, — А можно, Светка с нами ляжет? Ей в машине неудобно.

Васильев хмыкнул, попытался сохранить невозмутимый вид, но не смог — довольная ухмылка вылезла на морде:

— Х-м-м… Только ляжет? В смысле — спать? А мы что же, не будем с тобой продолжать торг? Ты не застесняешься сестры?

Катя фыркнула:

— Вот ты бесстыжий, а! Вообще-то, я уже думала и впрямь — спать.

Сереге надоело ходить вокруг да около, и он уставился на девчонок:

— Девки! Ну мы же взрослые люди, да? Чего мы все пытаемся… Давайте уж начистоту.

— Ты о чем? — с вызовом приподняла носик старшая.

— О чем, о чем… Да все о том же! Вы двое — красивые девчонки. И я, Катюшка, тебя хочу по-прежнему. Ты, надеюсь, тоже хочешь. Смогу ли я… к-х-м-м… Это самое рядом со Светкой и удержусь, чтобы к ней не пристать? Нет, не смогу.

— Ты хочешь сказать, что тебя на двоих хватит? — усмехнулась Катя.

— Именно. Именно это я и хочу сказать.

— Ой ли? — наклонила голову Катька.

— Проверим? — загорелся азартом он.

Старшая перевела взгляд на младшую, а та… Ну, не как лампочка, но светилась отчетливо.

Катька прищурилась с ухмылкой, уставила на него палец:

— Тогда… Тогда это и будет условием, а не моя задница. Договорились? Но — обеим, чтобы и Светке не было обидно.

Сергей покачал головой:

— Ох, ты и хитрая, Катерина Батьковна. Хочешь и на елку влезть, и рыбку съесть.