Фантастика 2026-168 - Светлана Волкова

Она нашла меня на Дворцовой площади и отнесла в квартиру, в которой жил некогда её брат. Там осталась моя одежда. Вас удивит фасон моего наряда, но главное не это! Главное – это то, что в брюках будет лежать бумага, на которой изображён ваш дворец и стоит дата того самого дня, когда я перенеслась сюда.

Каждый раз, когда Клэр пыталась объяснить императору про свои джинсы или про то, что этой бумагой был билет в его дворец, она заикалась и несколько секунд подбирала подходящие для этого слова.

– Как какая-то купленная бумага сможет убедить меня в правоте ваших слов?

– Когда Ваше Императорское Величество увидит её собственными глазами, то поймёт, – её голос наконец зазвучал уверенно. Клэр сделала шаг вперёд, чтобы поклониться императору, и, вмиг обессилев, упала на колени.

На лице Александра появился ужас. Он незамедлительно вызвал стражу.

– Немедленно лекаря! Срочно! – грозно приказал государь, отойдя от Клэр в сторону.

Личный врач императора находился рядом с его покоями, поэтому очень быстро поспел на крики Его Величества. Клэр перестала слышать, что происходит вокруг. Она мирно закрыла глаза и, ничего не чувствуя, вновь погрузилась в сон.

Пропал крик, пропали люди. Клэр, как и прежде, не было среди них. Какие-то светлые лица мелькали в её сознании, но их очертаний она не могла ни разглядеть, ни понять.

Было ясно одно. Этот мир давно принял её. Осталось лишь ей впустить его в себя.

Глава 10

Тайна императора

Прошло больше недели, прежде чем Клэр смогла наконец подняться с кровати. Впервые открыв глаза после случившегося, она с некоторым сомнением боялась, что снова перед ней окажутся разодетые дамы, император Александр и весь этот 1811 год. Всматриваясь в белый высокий потолок, она мгновенно поняла, что по-прежнему находится в этом времени.

Постепенно приходя в себя, Клэр вяло окинула взглядом комнату, без того интереса, с которым она привыкла рассматривать всё в этой эпохе. Большие окна, прикрытые кремовыми занавесками, пропускали свет, заливающий картины, что висели на стенах, бело-жёлтыми пятнами.

В углу стоял полированный маленький столик из красного дерева. Над ним висело массивное зеркало с узорчатыми овальными краями, в котором отражался небольшой напольный цветок, напоминающий зелёную пальму.

Нежные белые ткани висели над головой девушки и плавно стекали вдоль всей кровати, закрывая её со всех сторон у изголовья. Пышные подушки с синей обшивкой соответствовали большому одеялу, половина которого была сброшена Клэр на пол.

В день, когда она впервые пришла в сознание, об этом сразу доложили государю. Спустя некоторое время он лично посетил её покои, чтобы убедиться в её выздоровлении.

Александр с таинственной улыбкой сказал, что продолжит «весьма деликатный разговор» только с позволения её врача. Покидая комнату, он положил на тумбочку небольшой кусочек какой-то цветной бумаги, но Клэр так и не смогла найти в себе силы взять её в руки.

И вот, когда жизнь вновь стала к ней возвращаться, удовлетворяя своё любопытство, Клэр склонилась над той самой бумагой. Перед ней лежал смятый, даже слегка порванный билет из Эрмитажа, купленный ею в её последний день в своём времени. Это значило только одно: император Александр поверил ей. Её глаза тут же наполнились светом и заблестели. Клэр глубоко вдохнула, и, прижав тот самый билет к своей груди, спокойно выдохнула, ощущая лёгкий дискомфорт под ложечкой.

Когда придворные заметили, что Клэр окрепла и уже может вставать с кровати, послали за врачом, который курировал её лечение.

Через час к ней в покои зашёл мужчина среднего телосложения, в возрасте сорока – сорока пяти лет. Его прямые редкие волосы в буквальном смысле стекали по голове. Лицом он был приятен, но взгляд тёмных глаз ни на мгновение не делался мягким.

– Ну-с, мадемуазель, пора бы нам с вами уже познакомиться! – сказал он с небольшим акцентом, пройдя несколько шагов от двери по направлению к её кровати. – Разрешите представиться: баронет Яков Васильевич Виллие, личный врач императора Александра.

– Клэр, – чуть ли не шёпотом произнесла она в лёгкой растерянности, прикрывая себя одеялом.

– Вам незачем стесняться меня, ведь я лично осматривал вас неделю назад, – намекнул он на то, что, по всей видимости, уже видел её тело. Клэр немного успокоилась, но по-прежнему держала руки с одеялом перед собой.

– Что со мной произошло?

– Мы хотели бы в подробностях узнать это лично от вас, сударыня. Вероятнее всего, лёгкая травма и сильное душевное потрясение.

– Помню, как меня ударили несколько раз по лицу, – перебирая в памяти те события, Клэр бесконтрольно вздрогнула, опустив глаза на свои руки.

– Сейчас вам уже ничего не угрожает. Можете быть покойны. Я вынужден просить вас снять сорочку, чтобы осмотреть вас и проверить ваше дыхание.

Клэр, подозрительно взглянув на него, практически сразу принялась стягивать с себя белую одежду. Пару лет назад она посещала врача и проходила похожую процедуру обнажения. Несмотря на это, чувства безысходности и стыда не оставляли её ни на минуту. Повторяя про себя заветные слова «он же врач», она старалась придать себе сил и терпения.

– Разумеется, я бы рекомендовал вам ещё неделю покоя. Но со слов императора я понял, что он с нетерпением ждёт встречи с вами. Я дам указания прислуге, чтобы каждый раз после приёма пищи вам подавали настойку из травы пастушьей сумки, листьев земляники, крапивы, и, пожалуй, полынь с тысячелистником вам также не повредит.

– Благодарю вас!

– Не забывайте чаще отдыхать и дышать свежим воздухом.

После ухода доктора к Клэр в спальню зашла молодая фрейлина с двумя молчаливыми служанками. Она представилась Екатериной Васильевной Салтыковой. Наиприятнейшая молодая женщина с чёрными густыми волосами. Её голос звучал складно и нежно, и, несмотря на уверенность в своих словах, она казалась скромной и хрупкой. Её лицо было румяным и круглым, а глаза напоминали два сияющих сапфира.

– Доброго дня, belle créature [171]. Слава богу, что вы набрались здоровья так скоро. Император пожелал, чтобы я привела вас в подобающий вид. Сейчас вам помогут обмыть тело, а затем я лично прослежу за вашей подготовкой к приёму у Его Величества Александра Павловича.

Клэр лишь покорно кивала, восторгаясь статью и речью девушки.

* * *

Процедура сборов ничем не отличалась от той, к которой она уже успела привыкнуть в доме Милановых, только протекала она гораздо быстрее.

После полуторачасовых подготовок Клэр наконец стояла перед дверью зала, в котором её уже ожидали. На протяжении всего пути от комнаты до этой двери её сопровождал охранник. Он был слишком молод, и, судя по его