Песнь Первого клинка - T. C. Эйдж

– Это мой город, Ладлэм, – ответил Элион, поднимаясь. На удивление он выглядел еще внушительнее, чем обычно: грудь колесом, под ярко-синим вандарийским камзолом бугрятся мышцы. – И здесь мои люди. – Элион сделал шаг вперед и окинул Йоника оценивающим взглядом. – Я с самого начала знал, что с тобой что-то не так. Что-то не сходилось. Подумать только, и это я чувствовал себя виноватым за то, что забрался в твою комнату в той вонючей дыре.

Йоник почувствовал запах вина.

«Интересно, сколько он выпил?»

– Я знаю, что ты прятал под кроватью, Ладлэм. Я знаю, кто ты.

Он продолжал наступать, держа ладонь на рукояти кинжала из божественной стали. Йоник почувствовал, как его рука тоже потянулась в складки плаща, но он остановил себя.

«Он знает. Не надо было приходить к его отцу той ночью».

– Что, нечего сказать? – Элион приближался. На мгновение Йоник снова подумал воспользоваться мечом, но Элион просто обогнул его, захлопнул тяжелую дверь и закрыл ее на засов. Затем он резко развернулся и достал клинок.

– Признайся! Здесь только мы. Скажи, кто ты такой!

Йоник прикусил язык. Он сделал несколько глубоких вдохов и произнес:

– Меня зовут Фицрой из дома Ладлэмов, я сын Маршалла Ладлэма из Рогового холма…

– Чушь собачья! На кого ты работаешь? – Элион подошел к нему почти вплотную, кинжал угрожающие посверкивал у него в руке. – Ты пытался убить моего отца, Рыцарь Теней. Думаешь, я оставлю это просто так только потому, что ты считаешь нас родственниками?

Он резко толкнул Йоника, тот от неожиданности попятился, споткнулся и сильно приложился о каменную скамью. В Йонике вспыхнул гнев, и он мгновенно вскочил на ноги.

– Ты мой брат, – прохрипел он своим обычным голосом. – Я знаю это. Я это чувствую.

Элион громко рассмеялся.

– Чувствуешь? Ты хочешь сказать, что эта чернота у тебя внутри способна на какие-то чувства? Может быть, кто-то и пожалеет тебя, бастарда, оказавшегося в ужасном месте, но ты пытался уничтожить мою семью! Ты умрешь за это, Рыцарь Теней. Брат ты мне или нет – я не успокоюсь, пока от тебя и всего вашего ордена не останется только прах.

Йоник опустил глаза, пытаясь собраться с мыслями, но ничего не получалось. Общение с Дэйкарами пробуждало в нем чувства, которые должны были быть давно похоронены где-то глубоко. Амрон. Элион. Он не мог контролировать себя в их присутствии. Они вызывали к жизни какую-то его часть, о существовании которой он даже не знал.

«Потому что моя кровь… это их кровь».

– Ты всего лишь инструмент, – продолжал распалять его Элион. – Ты и все остальные ублюдки, выросшие в горах. Безродные бродяги. Рабы чужой воли…

– А кто ты такой? – сорвался Йоник. Его голос скрежетал, словно металл о камень. Он поднял глаза, и Элион отступил на шаг назад. – Чем ты лучше меня? Я мог бы быть на твоем месте. Ты думаешь, я хотел такой жизни? Ты думаешь, я сам ее выбрал?

Глаза Элиона блеснули в свете лампы.

– Значит, ты признаешь это? – спросил он. – Ты признаешь, кто ты такой?

– Да! – взревел Йоник. – Это то, что ты хотел услышать? Да!

Слова вырвались у него прежде, чем он успел подумать. Он тут же пожалел, что не смог сдержаться, и оглядел комнату, внимательно прислушиваясь к звукам снаружи, ожидая, что через мгновение в комнату ворвутся люди и схватят его за это признание.

Наступила тишина, к ним никто не ворвался, из-за двери снова донесся шум толпы. Элион хмуро наблюдал за ним.

– Странный из тебя Рыцарь Теней, – пробормотал он. – Я думал, вы должны быть бесчувственными.

Йоник раздраженно вздохнул.

– Я в процессе становления.

Он произнес это без тени улыбки, не ожидая, что это может вызвать смех, но Элион все равно рассмеялся.

«Я мог бы быть на его месте, – подумал Йоник. – Кто я такой? Тень. Призрак. Трус…»

– Да, очевидно, – сказал Элион. – Ты же не смог убить моего отца, так что ты явно плохо учил уроки.

Йоник чуть было не рассмеялся сам – «Интересно, каково это – смеяться?» Однако веселье Элиона закончилось так же быстро, как и началось. Он прищурился и криво усмехнулся.

– Тебя это задевает, Рыцарь Теней? Что я называю его своим отцом, хотя ты, очевидно, уверен, что он и твой отец тоже.

Йоник отвел взгляд.

– Он и есть мой отец, – прошептал он. – Я это знаю. – Йоник посмотрел на Элиона – более крепкого, более красивого, но такого похожего на него. – И ты это знаешь, Элион. Ты же видишь. Ты чувствуешь.

– Я не чувствую к тебе ничего, кроме презрения, – процедил Элион, мгновенно потеряв самообладание. Его охватил гнев, глаза сверкали как раскаленные угли. – Для меня и моего отца ты – человек, который пытался разрушить нашу семью.

Элион несколько раз глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться. Затем снова двинулся вперед, держа меч наготове.

– Где Клинок Ночи? Где ты его спрятал?

Йоник молчал.

– Отвечай!

Элион приблизился к нему и замахнулся, но Йоник успел уклониться. Он пригнулся и отскочил от скамьи, выхватывая меч.

– Не стоит провоцировать меня, Дэйкар.

– Думаешь, ты управляешься с мечом лучше меня?

– Я это знаю.

Элион хищно сощурился.

– Докажи.

Юноши напряженно стояли друг против друга. Один – крепкий и холеный, одетый в дорогие одежды, другой – худощавый, угрюмый, закутанный в плащ. Они были как две противоположности, как ночь и день – каждому выпала своя судьба, но их сходство от этого не становилось меньше.

Сердце Йоника бешено колотилось, и с каждым ударом в голове вспыхивала новая мысль. Некоторые из них были не более чем инстинктами, результатом многолетних тренировок: ему хотелось броситься в атаку, но эти порывы сдерживал рассудок.

«Что будет, если я нападу? – думал Йоник. – Я провалю задание, и они придут за мной. Элион Дэйкар может угрожать мне, но он связан законами своего королевства. А они – нет. Они будут преследовать меня до конца».

Прошло полминуты. Крики толпы за стеной то нарастали, то стихали, точно волны. Зрители скандировали имя Дэйкара. Каждый его отголосок, каждое эхо звучали для Йоника как оскорбление. «На его месте мог быть я. А кто я? – Он снова ухватился за собственную самоуничижительную мантру. – Тень. Призрак. Трус…»

– На кого ты работаешь? – спросил Элион. Он, видимо, устал ждать. – Если ты что-то знаешь, говори! Ты же просто пешка. Мне нужны твои хозяева.

«Неужели он наконец заговорил честно? – подумал Йоник. – Он и правда так меня ненавидит или это просто игра?»

– Я… я не знаю, – ответил он. – Мне не положено этого знать.