Не тот Хагрид - Алексей Савчук

не позволяй этому знанию затмить главное: Том Реддл сейчас — всего лишь шестилетний ребёнок. Напуганный. Покинутый всеми. Нуждающийся в любви. Кто бы ни стал его семьёй, они должны будут увидеть в нём не будущую угрозу, а ребёнка, которому нужна помощь. Иначе наследие Меропы так и останется непробуждённым.

Пожилой маг встал, взял свою трость.

— Если мы сможем найти для него правильный дом, правильных людей… Возможно, дар Меропы получит шанс расцвести.

Он направился к камину, но на полпути обернулся.

— История Тома Реддла и Меропы Гонт — это история упущенных шансов. Девушка, которая могла быть спасена, но не была. Ребёнок, которого могли любить, но не полюбили. Давайте не повторим эти ошибки.

Зелёное пламя вспыхнуло в камине. Альберт шагнул в огонь и исчез.

Мы с отцом остались вдвоём в тишине кухни, окружённые тенями прошлого и тяжестью будущего.

Меропа Гонт умерла тридцать первого декабря тысяча девятьсот двадцать шестого года, дав жизнь сыну и последнее благословение. Прошло шесть лет. И теперь этот дар ждал, когда кто-то откликнется на последний зов умирающей матери.

Мы должны были стать этим откликом.

* * *

Позже, когда я оказался в своей постели и появилось время переварить всё услышанное за этот вечер, меня накрыла волна совершенно иных мыслей. Если всё, что говорил дед Альберт, правда — если материнские посмертные благословения действительно работают ретроспективно, изгибая саму ткань времени и причинности… то не могло ли именно это стать причиной моего попадания в этот мир?

Я лёг на кровать, глядя в потолок, и пытался выстроить логическую цепочку. Меропа умерла в тысяча девятьсот двадцать шестом году, наложив благословение на сына. Это благословение искало способы спасти Тома, притягивало нужных людей, создавало нужные обстоятельства. И вот через несколько лет появляюсь я — попаданец с знанием будущего, способный предотвратить превращение мальчика в Тёмного Лорда.

Совпадение? Или именно магия Меропы вытащила мою душу из одного мира и швырнула в другой, в тело Рубеуса Хагрида, потому что это был хороший способ спасти её сына?

Но тогда возникал ещё более пугающий вопрос. А что, если не только Меропа? Что, если на мое попадание повлияло и благословение Лили Поттер — из того самого будущего, которое я видел? Она умерла в тысяча девятьсот восемьдесят первом, защищая Гарри от Воландеморта. Защищая от Тома Реддла. Но если её магия тоже работала ретроспективно, пронизывая время назад… не могла ли она искать способ уничтожить Тёмного Лорда в самом корне? Предотвратить его рождение или, по крайней мере, его превращение в монстра?

Мой мозг начал лихорадочно выстраивать возможности. Лили умирает, защищая сына. Её магия эхом идёт в прошлое, ища способы устранить угрозу. Находит точку бифуркации — тот самый момент, когда шестилетний Том Реддл ещё может быть спасён. Но для этого нужен человек с определённым знанием, определённой мотивацией. И тогда два благословения — Меропы и Лили — резонируют, усиливая друг друга, создавая достаточно мощный магический импульс, чтобы притянуть чужую душу из другого мира…

А может быть, не только эти двое. Сколько людей убил Темный Лорд за свою жизнь? Сколько матерей умерло, пытаясь защитить детей? Сколько отцов, братьев, сестёр, друзей? Если хотя бы часть этих смертей породила подобную магию, если все эти благословения и проклятия сплелись в один огромный временной узел… то сила, способная пробить дыру между мирами, вполне могла возникнуть.

Я сел на кровати, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Получалось, что моё попадание сюда — не случайность и не прихоть какого-то неведомого божества. Это результат работы древнейшей магии, порождённой множеством жертв. Материнская любовь Меропы, материнская любовь Лили, возможно — любовь десятков других людей, которых я даже не знал. Все они, умирая, желали одного: чтобы те, кого они любили, были спасены. И магия нашла способ.

Но тут возникал парадокс, от которого у меня начинала болеть голова. Если я изменю будущее — а я собирался его изменить, уже изменил, — то что произойдёт с благословением Лили? Она все так же умрёт, защищая сына? Но если я спасу мальчика Тома, его темное альтер эго не появится. Значит, не будет и смерти Лили. Значит, не будет и её благословения, которое притянуло меня сюда?

Это был классический временной парадокс. Если благословение из будущего привело меня в прошлое, чтобы изменить это будущее, то изменённое будущее уничтожит само благословение, которое меня сюда привело. Получалась замкнутая петля без логического выхода.

Если только… если только некоторые события не были предопределены изначально. Если моё попадание уже было частью истинной временной линии, а то «будущее», которое я видел в книгах, было лишь одним из возможных вариантов. Вариантом, который никогда не должен был случиться, потому что магия уже работала над его предотвращением.

Я провёл руками по лицу, пытаясь справиться с головокружением от этих мыслей. Магия времени. Ретроспективные благословения. Предопределённость и свобода выбора. Всё это было слишком сложно, слишком запутано, слишком… пугающе.

Потому что если моё попадание было предопределено, если я был просто инструментом в руках древней магии, то насколько свободен мой выбор? Насколько я контролирую собственные действия? Или я просто марионетка, которая думает, что принимает решения, в то время как за её ниточки дёргают силы, которых я даже не понимаю?

Но с другой стороны… разве это имело значение? Даже если моё попадание было результатом работы посмертных благословений, даже если меня сюда притянула магия Меропы и, возможно, Лили, это не меняло главного. Том Реддл был реальным ребёнком, который нуждался в помощи. Будущее, которое я видел, было реальной угрозой, которую нужно было предотвратить. И независимо от того, как я здесь оказался, теперь это была моя ответственность.

Возможно, в этом и заключался ответ на вопрос о предопределённости. Да, меня могли привести сюда силы, которые я не контролировал. Но что я буду делать дальше, как я поступлю с Томом, какой выбор сделаю в решающий момент — это зависело только от меня. Магия могла открыть дверь, но пройти через неё я должен был сам.

Я снова лёг, закрыл глаза и попытался успокоить лихорадочно работающий мозг. Завтра начнётся новый этап. Мы будем искать способ помочь Тому Реддлу, вытащить его из приюта, найти ему семью. И независимо от того, привела ли меня сюда магия Меропы, или Лили, или кого-то ещё, я сделаю всё возможное, чтобы оправдать это доверие.

Потому что если материнская любовь способна пронзить саму смерть и время, чтобы спасти ребёнка, то меньшее, что я могу сделать, — это