Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

— Так вот оно какое, — сказал он. — Логово системного татуировщика.

— Почему системного? — поинтересовалась Марина.

— Да это шутки наши локальные, — махнул рукой он. — Меня зовут Валера, я ваш коллега с далёкой Казани.

Я представил коллеге с далёкой Казани Марину, Вику и Лёху.

Они тут же накрыли чай, и мы весело посидели, рассказывая всякие истории. Потом я всех отпустил по домам, а к нам пришёл Соколовский.

Без четверти полночь мы отправились на место.

Разница с прошлым разом была существенной. Тогда я шёл в кирху один и почти вслепую. Теперь у меня были союзники и информация.

Наследники уже ждали. Вместе с Верещагиным, который коротко кивнул нам.

Хранитель пришёл последним. Ильдар Тагирович вошёл неспешно, оглядел собравшихся и остановил взгляд на моих спутниках.

— Я вижу, вы привели союзников, — сказал он.

— Я привёл свидетелей, — поправил я. — И я готов объявить своё решение.

Обе стороны замерли.

— Я не встану ни на вашу сторону, ни на вашу, — я поочерёдно посмотрел на Хранителя и на наследников. — Я не допущу ни уничтожения Осколков, ни их использования для власти. Это моё решение. И оно не изменится.

Повисла тишина. Потом голос подал один из наследников.

— Мы знали, что вы так скажете, — заявил он. — Но кажется, вы не успели поинтересоваться, что конкретно делает артефакт «Игла»? Иначе вы бы подготовились лучше.

Интересный поворот.

Глава 11

Скованные одной цепью Связанные одной целью

Наследник явно ожидал от нас какой-то реакции. Скорее всего испуга, или замешательства. Смотрел мне в глаза в ожидании безоговорочной капитуляции.

Не дождётся.

Я опустил руку в карман и коснулся броши. Активировал «Анализ слабых звеньев».

— Вы сказали, что я не знаю, что делает Игла, — произнёс я. — Так просветите же меня и моих друзей.

Наследник замялся. По его лицу было видно, что разговор пошёл не по плану. Он рассчитывал, что одно упоминание Иглы заставит меня отступить. А теперь ему приходилось объяснять.

— Игла не наносит начертания, — сказал он. — Она их расплетает, и сводит на нет. Вы уже давно работаете с Моноклем, верно, Артём Сергеевич? Представьте, что все ваши клиенты разом лишатся того, что вы им дали. Тот, кто обрёл спокойствие, впадёт в апатию. Тот, кто получил связь с близкими, почувствует себя брошенным. Вы уверены, что хотите это проверить?

Я смотрел на него через монокль. Пока что я не видел моментов, на которые можно надавить. Он говорил правду, Игла действительно умела расплетать начертания.

Но было и кое-что ещё. Я увидел, что Игла представляет гораздо большую опасность, чем они говорят. И они это знали. Уже успели единожды применить Иглу, и результат им не понравился.

Они боятся своего же артефакта.

— Вы сами боитесь своей Иглы, — спокойно сказал я. — Вы её не контролируете. Одно дело угрожать нам и совсем другое — воплощать в жизнь эти угрозы.

Повисла тишина. Наследники переглянулись и женщина едва заметно поджала губы. Это сказало мне больше любых слов, я попал в точку.

— Я объявил своё решение, — продолжил я. — Ни на чью сторону я не встану. Вам придётся с этим смириться.

Хранитель молча наблюдал за происходящим. Кажется, карта с Иглой стала сюрпризом и для него. Ильдар Тагирович чуть склонил голову набок, словно заново оценивал расстановку сил.

А вот Верещагин выглядел откровенно растерянным. Он переводил взгляд с наследников на меня и обратно. Похоже, он и сам не знал, на что способен артефакт, к поискам которого был причастен.

— Это был ваш последний шанс, Артём Сергеевич, — заговорила женщина. — Теперь мы начнём действовать.

— Как и я, — объявил Ильдар Тагирович. — Осколки следует уничтожить. Все осколки.

— Я вас услышал, — ответил я.

Развернулся и пошёл прочь от кирхи. Валера и Соколовский двинулись за мной следом.

Теперь всё будет иначе.

* * *

Ночной Саратов был довольно пустынным. Только редкие машины проезжали мимо.

Соколовский попрощался с нами через два квартала.

— Мне нужно всё обдумать, — сказал профессор. — И выспаться. В моём возрасте ночные приключения дают о себе знать. Завтра свяжемся, Артём Сергеевич.

Он ушёл в сторону своей машины. Мы с Валерой зашагали дальше вдвоём.

Какое-то время шли молча. Валера первым нарушил тишину.

— Они боятся, — сказал он. — Игла у них, но пользоваться ею без последствий они не умеют. Это наш шанс.

— Шанс на что? — спросил я. — Мы не собираемся воевать. Власть над Осколками нам не нужна. Вот скажи мне честно, чего мы вообще хотим?

Валера задумался. Какое-то время он шёл молча, смотря себе под ноги.

— Я хочу работать, — наконец сказал он. — Делать людям татуировки и помогать им. Чтобы никто не решал за меня, что можно, а что нельзя. Чтобы моё Зерцало было моим инструментом. С помощью которого я понимаю, что нужно людям.

— Вот и я о том же, — кивнул я. — Просто работать. Помогать людям, слушать их истории, развиваться в этом деле.

— Значит, наша цель не победа над Хранителем или наследниками, — подытожил Валера. — Наша цель, чтобы нас оставили в покое. А для этого нужно, чтобы Осколки перестали быть предметом охоты.

Лучше и не сказать.

— Поэтому надо найти остальные Осколки раньше них, — сказал я. — Чашу и Цепь. Собрать их у нас. Когда у нас на руках окажется большинство Осколков, с нами придётся договариваться.

Это был не план войны, это был план защиты.

— С чего начнём? — спросил Валера.

— С Чаши, — сказал я. — Выставка через две недели, но готовиться нужно уже сейчас. Соколовский обещал разузнать про доступ к экспонатам.

— А я поспрашиваю про Цепь, — кивнул Валера. — У меня в чатах коллекционеров есть пара полезных человек. Если Цепь где-то всплывала, следы найдутся.

— Договорились.

Остаток пути до дома мы обсуждали Чемпионат. После разговоров про артефакты и угрозы это была самая обычная и самая приятная тема. Дома Валера ещё раз пересмотрел свой эскиз с Соколом, и мы отправились спать.

* * *

Утром в пятницу я отправился на практику в поликлинику. Анна Петровна на этот раз отправила меня в процедурный кабинет, туда же определила и Алексея.

— Поможешь Алексею, — сказала она. — Народу сегодня много, вдвоём справитесь быстрее.

Алексей уже вовсю работал, Зинаида Васильевна даже разрешала ему самому брать кровь у пациентов. Я быстро подключился к работе.

В перерыве между пациентами мы разговорились.

— Старшая сестра поступила, — гордо сообщил он мне. — В университет, на бюджет. Представляешь? Мы всей семьёй как на иголках сидели, пока списки не опубликовали.

До этого Алексей рассказывал про младшую сестру, из-за которой он и пошёл в