Фантастика 2026-103 - Виктор Олегович Баженов

В сопровождении стражей я миновала часть парка, уничтоженную Стужей. Сейчас здесь не покладая рук работали садовники – и под их руками из чёрной жирной земли уже показались первые нежные ростки будущих розовых кустов и декоративной кислицы.

Биркер Химмельн впервые принял меня не в привычной беседке. На этот раз мы встретились во дворце, в покоях, заполненных всевозможными безделушками и диковинами, привезёнными из-за границы. В глаза бросилась заспиртованная неведомая тварь в банке. Биркер, чьё кресло стояло за огромным, заваленным бумагами столом чёрного дерева, поймал мой взгляд:

– Увлечения моего отца. Я распорядился, и скоро всё это перенесут в библиотеку. Думаю, этому месту не помешает новое начало. А что думаешь ты, Сорта?

Я молчала, и некоторое время мы смотрели друг на друга.

Биркер Химмельн был одет в камзол пыльно-голубого цвета – не его привычный серый, но и не химмельновский синий. Волосы аккуратно подстрижены, глаза спокойны. Что-то в них изменилось, и я поняла: недоброе пламя, горевшее в глубине взгляда, притихло. Быть может, не навечно. Ведь никогда не знаешь, когда вновь затлеет старое пепелище. Но прямо сейчас он получил что хотел и – по крайней мере, на время – наконец-то был счастлив.

Не дожидаясь его приглашения, я опустилась в кресло напротив.

– Меня вызвали внезапно. Я не успела ни выпить кофе, ни поесть.

Он кивнул:

– Завтрак скоро принесут, я уже распорядился… Но, Сорта… Внезапно? Мы оба знаем, что ты ждала этого приглашения. Как мог я не пригласить героиню, стоящую в основании новой эпохи? Газетчики хорошо поработали.

– Благодарю.

Теперь он улыбнулся:

– Необязательно было затевать всё это, чтобы гарантировать себе безопасность. Я и без того был бы достаточно признателен, чтобы…

– Я пришла сюда не за признательностью. И не за безопасностью.

– Вот как? Тогда зачем?

Я смотрела ему в глаза и видела, как там, за серой озёрной пеленой, Биркер Химмельн просчитывает варианты, комбинирует, складывает, анализирует… Он моргнул.

– Да, – произнёс он медленно, – само собой, это и мне приходило в голову, Сорта. Но позволь спросить: зачем тебе это? Мне всегда казалось, что больше всего тебя заботит благополучие твоей семьи. Что-то изменилось?

– От моей семьи мало что осталось. Но меня и в самом деле беспокоит её благополучие. Как и благополучие препараторов – нынешних и будущих… Как и благополучие всех живущих в Кьертании.

Биркер восхищённо присвистнул:

– Вот оно что.

Наш разговор прервало появление слуги, принёсшего завтрак, и, не дожидаясь, пока он расставит посуду, я принялась за еду – намазала хлеб маслом, запихнула в рот и не почувствовала вкуса.

После гибели Эрика вся еда надолго утратила вкус, но я заставляла себя питаться хорошо, поэтому подлила сливок в кофе.

– Я всегда полагал, что жажда власти – болезнь, – заметил Биркер, когда слуга оставил нас. – Особенно если человек, скажем так, был предрасположен к тому, чтобы её подцепить. А ты, добрая девушка из Ильмора… Да, это было в тебе. Было с самого начала.

– Может, так, может, нет, – отозвалась я, дожёвывая кусок. – Дело не во власти. Дело… во влиянии. Я не могу позволить, чтобы всё это было напрасно. Мир изменится. Но даже в изменившемся мире всё однажды может пойти своим чередом… Если не будет кого-то, кто помнит. Кто не позволит забыть.

Биркер рассмеялся:

– Выходит, препараторы мне не доверяют. Как жаль. Ведь я так старался быть паинькой. Или это – постой, постой – не их общее, а только твоё суждение?

Я пожала плечами:

– Это имеет значение? Ты не мог не заметить, что я рассказала газетчикам не всю историю. Но расскажу больше – если, конечно, потребуется. Магнус и остальные всё это время процветали благодаря Химмельнам. Согласись, это не вызывает доверия.

Он откинулся в кресле, неожиданно умиротворённый, почти довольный:

– И что же?

– Думаю, ты и сам понимаешь что.

– Понимаю. Но хочу услышать это от тебя, добрая девушка из Ильмора.

Я пожала плечами, подлила себе кофе. Прямо сейчас я чувствовала себя пустой и холодной, как ледяная игла, – ни насмешки, ни подначки не имели надо мной власти.

– Хорошо. Несколько дней назад наш мир изменился, Биркер Химмельн. Я хочу верить, что изменился к лучшему. Прежний уклад висит на волоске. Новости разносятся быстро, их уже не удержать. Даже случись со мной внезапное несчастье – это не сыграет тебе на руку…

– Ну что ты, Сорта. За кого ты меня принимаешь? В конце концов, не для того я с такой помпой доставил тебя сюда.

– Я тоже так подумала. Поэтому и приехала. Итак… Химмельны могут остаться в Химмельгардте и – в определённой степени – участвовать в принятии решений… Или могут уйти вместе с прежней эпохой, как того хотел… – Я запнулась. – Мой ястреб. Но я много думала над этим… и пришла к выводу, что это было бы не лучшим решением.

Он поднял бровь:

– Вот как?

– Да. Имеющаяся система несовершенна, но проще улучшить её путем постепенных, продуманных изменений с учётом новых условий, чем создавать новую из хаоса. Хаос с большой вероятностью приведёт к тому, что к власти придут самые смелые, беспринципные и везучие. Я не могу позволить таким людям распоряжаться наследием…

– …Эрика Строма, – мягко закончил Биркер, милосердно избавляя меня от необходимости произносить его имя.

– Да.

– И что же? Ты пришла расспросить меня о взглядах на будущее? Решить, достаточно ли я хорош для вас, м?

– Ты сам вызвал меня, – напомнила я. – Полагаю, потому, что понимаешь: сейчас я нужна тебе не меньше, чем ты мне. Твой отец в изгнании и не вернётся, сестра отказалась от трона, а мачеха погибла. Ты – единственный, кто имеет законные права в глазах многих… но это легко может измениться. Однако если тебя поддержит…

– «Всекьертанская героиня», – вкрадчиво вставил он, и я кивнула.

– Именно так. Ты всегда делал ставку на препараторов и простых людей, ведь так? Я – уроженка Ильмора, и я – препаратор. В глазах людей я смогу стать гарантией того, что их голоса будут услышаны. Что с этого дня всё в Кьертании будет по-другому. Многие поверят мне. Ты всё ещё не занял верхний трон. Церемонии не было – среди диннов и служителей многие сомневаются, так ведь?

– Многие? Сильно сказано.

– Пусть так. Но судя по тому, что церемонии не было, некоторые, наверное, всё ещё ждут знака, что тебя и в самом деле стоит поддержать. Наш союз мог бы стать таким знаком. Кроме того… я уверена, многие сочтут меня безобидной. Не сомневаюсь: есть